Измена. Дочь отца (СИ)
— Дорогая, перестань себя накручивать. Марк очень тебя любит, и заботиться о вас двоих. Потому и не хотел волновать тебя.
— Волновать?… Он уже довел меня до предела возможного молчанием… — Вздохнула Лиз и… посмотрела в окно. Лучше бы она этого не делала. — Боже… Почему у нас в доме полиция?! — Она, было, порывалась спуститься, но Сара ее остановила.
— Да посиди же ты пока здесь! Они снимут отпечатки в комнате. В ваш дом проник человек, пока Марка не было! Он за тебя перепугался больше, чем ты сама, похоже! — Воскликнула Сара. — Это же надо было додуматься в положении идти прямо к взломщику в лапы! А если бы Марк вовремя домой не приехал?! Что тогда?!
И лишь сейчас до Лиз начал доходить весь ужас ситуации. Какая же она дура! Рисковала бы одна это совсем другое. Но сейчас! Ее просто начало колотить от ужаса и Лиз разрыдалась, расклеилась в хлам. Сара привела ее в чувства, и только за это она была ей безмерно благодарна.
— Боже мой… — Сара вылетела из спальни и через минуту вернулась со стаканом воды. — Вот. Держи милая. И успокаивайся скорее. Иначе Снежный Король меня убьёт на месте, когда увидит, до какого состояния я довела его любимую жену. А Марк в гневе не очень «ласков». Тем более к друзьям. Пей.
Лиз дрожащими руками взяла стакан, и чуть не клацая попыталась выпить. Но у нее не сразу вышло такое, казалось бы, простое действие. Тем временем внизу уже слышались голоса и громкие, торопливые шаги по первому этажу.
— Мне страшно… — Наконец, призналась сама себе Лиз.
— Я бы тоже испугалась до чертиков, случись такое со мной, пока Уго был на работе. — Оглядывая комнату быстрым оценивающим взглядом, ответила Сара. — Скажи ка мне, милая. Где твои вещи? Тут только маленький комод.
— Они в нем. А зачем тебе мои вещи?…
— Ты же не думаешь, что Марк оставит тебя здесь?
— Нет,…Я не хочу! Не хочу ни куда! — Вновь завелась Лиз.
Наряд полиции приехал в течение нескольких минут. Работа тут же закипела. В первую очередь опросили Марка. Что видел, что слышал? Затем группа полицейских вместе с криминалистом пошли осматривать место предполагаемого преступления.
— Нам надо будет опросить вашу жену. — Уже у самых дверей комнаты, сказал кузен Уго, Джо. Марк упорно промолчал и ничего не ответил. — Понимаю, вы оберегаете ее покой, но это серьёзное дело. Раз уж на то пошло…
— Я с ним поговорю. Иди. — Отмахнулся Уго. И проводил брата взглядом. — Мы же с тобой уже все обсудили?! Марк, хватит вести себя словно упертый баран! Ты не в России.
— Ты прав.… Но я… Я даже представить не могу, что она чувствовала в эти минуты…
— По твоим описаниям, Лиз готова была убить любого. — Усмехнулся Уго. — Вряд ли в этот момент она о себе задумывалась. Женщины… Они такие непостоянные.
Внезапно наверху послышался шум и громкие голоса двух женщин. Одна пыталась вразумить другую. А Лиз перейдя на русский, высказывала Марку и всем окружающим, что на самом деле она обо всех сейчас думает. И только сейчас Марк непроизвольно улыбнулся.
— Что она говорит? — Любопытство съедало его друга.
— Ничего, чего — бы я не понял с первой секунды. Все что думает о моей «заботе» и проклинает тот день, когда она чуть не упала в лужу. — Улыбаясь, ответил Марк. Встав, он направился в комнату, где вот-вот могло разгореться сражение за чемодан.
Зайдя в комнату, он увидел такую картину. Сара что — то выкрикивала на испанском и складывала одежду в дорожный чемодан. А Лиз на русском кляла всех из их веселой компашки и раскидывала все по полу. Словно дитя малое. Девушки уже были на пределе, обе с осипшим голосом. Но не сдавались до конца, стоя на своем. Увидев Марка они воскликнули одно и тоже:
— Скажи ей!
— Что мне сказать? — Марк подошел к Лиз и приобняв ее посадил рядом с собой на кровать. Погладил по голове, словно ребенка. — Лиз, успокойся. Тебе нервничать нельзя.
— И ты туда же! Все вы мне это говорите. А толку, если ты мочишь, как рыба?! Я только от одного этого накаляюсь как забытая на плите сковородка… — Вздохнула она.
— Я не хотел тебя беспокоить. Вот так сразу… — И он сделал Саре знак, чтобы та вышла. Она не преминула им воспользоваться. — Прости. Я был неправ. Признаю что я «дундук». Только скажи кто это? — Уже поглаживая Лиз по животику, спросил Марк.
— Дурачье… Лгун. Думающей, что делает это во благо человека… — Уже спокойно ответила Лиз. — Я…тоже испугалась… — Внезапно призналась она, перехватив его руку и прижав к себе покрепче, и Марк сразу понял, о чем она говорит. За себя Лиз никогда не боялась, по-видимому. Но вот сейчас. Она очень переживала. Её рука была ледяной и дрожала, она чуть ли не сжалась в комок нервов.
— Ну, все, все. Лиз… послушай. Сейчас я дома, все нормально. Я рядом с тобой. — Он приподнял ее за подбородок. В слабом свети одинокой прикроватной лампы были видны слезинки. Они были словно роса на ее ресницах. И он, не удержавшись, поцеловал ее, легко, практически невесомо. Лиз ничего не сказала, только чуть придвинулась к нему. Как будто простила глупость. Но вряд ли это так.
Вскоре все ее лицо было усыпано нежными поцелуями, сводившими с ума Лиз. Она буквально вцепилась в его плечи, прижавшись к Марку. Подставляя горящие от стыда и от слез щеки. Ведь дом был полон чужих людей, а они позволили себе расслабиться и пуститься «во все тяжкие». Вспомнив сериал, Лиз усмехнулась и прикусила нижнюю губу, чтобы никто кроме Марка не услышал ее приглушенный стон.
— Ты прощаешь меня?… — Послышался обжигающий шёпот, и Марк поцеловал Лиз, туда, куда не следовало бы. За ухо.
— Ах… — тихо простонала она, и тут же покраснела. — Тиран! — Чуть оттолкнула она его, шутя, и надула губы. — Так уж и быть. Но при одном условие. Ты не замалчиваешь впредь от меня ничего, что происходит в пределах нашей семьи. — Это было для Лиз очень важным. Ведь ее папа часто недоговаривал маме многое из его жизни. К чему это привело? Перед Лиз была наглядная картина несчастных отношений.
— Клянусь! Всем чем у меня есть!
— Это чем же? — Улыбаясь, поинтересовалась она.
— Тобой. — Спокойно ответил Марк, наблюдая за ее реакцией.
— А как же все это? — Она обвела комнату взглядом.
— А оно мне надо, если ты от меня сбежишь?
— Сбегу?! Как ты себе это представляешь? — Марк развеселил Лиз так, что она прямо сейчас готова была лопнуть от смеха, заливисто смеясь. Как никогда в жизни не смеялась.
— Найдешь, кого ни будь получше, и…
— Тц! Фантазер! — На лестнице послышались шаги, а затем полицейский, постучав, зашел в хозяйскую спальню. — Марк?… Что…
— Я пришел тебе сказать, что тебе придётся пройти процедуру допроса, как свидетель. — Спокойно ответил он. — Не переживай. Я буду с тобой все время.
— Добрый вечер! Я сержант Сильвер. Мэм, можете ли вы пройти вниз. На кухню или в холл? — Сняв фуражку, спросил он.
— Да… Конечно. — Лиз встала, и как есть в мягком плюшевом костюме, под руку с Марком направилась вниз.
— Мэм, вы ничего подозрительного, кроме шороха не слышали? — Спросил следователь, сидевший за столом. Их разделяли только две большие кружки. У Лиз травяной чай с мятой, а у полицейского классический американо. — Звук шагов, например.
— Только шорох. Как будто зверь с улице забрался в дом.
— Зверь? — Уточнил следователь у Лиз.
— Да, енот. Последнее время еноты промышляют здесь. — Лиз оглянулась на Марка. Она не знала, что ей еще сказать.
— Соседи собирались вызвать службу по отлову диких животных. — Ответил за нее Марк, поглаживая плечо. — Может, закончим, мистер Бёрд. — Обратился он к следователю. — Вы уже пятнадцать минут об одном и том же говорите. Видите же, что моя жена устала. Ей надо отдохнуть. — Мужчина скосил глаз на Марка, но не стал сопротивляться его просьбе.
— Ты мертвого уговоришь, Евроев. — Вздохнул тот. — Мэм, наш допрос окончен. — Закрыв лэптоп, сказал мистер Бёрд.
— Лиз, поднимись пока в комнату. — Попросил Марк. На удивление Лиз, не сопротивляясь, встала, и лишь поравнявшись тихо прошептала: «Ты обещал». А затем удалилась вместе со ждущей ее у лестнице Сарой. Остались только он Джон Бёрд и Уго.