Хуторок (СИ)
— Так вот оно что. — Расплывшись в жестокой улыбке, буркнул себе под нос Сергей. — Креста боишься. Так получай!
Сергей сложил держаки в огромный крест и принялся им бить монстра и всякий раз след от удара воспламенялся, заставляя незваного гостя вопить от ужаса и боли.
— Продолжай не отвлекайся. — Раздался рядом с вошедшим в раж Сергеем голос кузнеца. — Я только святой водицей крестик сбрызну.
А Сергей и не собирался отвлекаться, просто ещё разок огрел по голове монстра окроплённым святой водой крестом и тот затих. Тишина обрушилась на птичник.
Назару даже подумалось, что он оглох, но нет. Монстр погиб, а его убийца над ним стоял с огромным деревянным крестом, истекая кровью. Кузнец огляделся по сторонам. Увидел остальных охотников в бессознательности лежащих по разным углам помещения.
— Вызови скорую. — Стараясь унять разбушевавшуюся кровь, попросил кузнеца Сергей. — И давай, вынесем всех отсюда.
— Я сам вынесу. — Остановил парня Назар. — Ты едва на ногах стоишь, куда тебе тяжести таскать.
С этим словами, он достал сотовый из штанов, набрал пару сообщений. Сейчас кумовья подъедут и помогут. Скорая будет только через минут тридцать — сорок. Сам понимаешь, пока из Мейска доедет.
— Позвони дочке Потапыча. Она ветврач, сможет всем элементарную первую помощь оказать, да и фельдшер наш сможет. — Невпопад говорил Сергей, а сам поглядывал на дело рук своих.
— А ты круг Серый. Смог таки мутанта уложить.
— Ага. Только зря. Смотри сам. — Сергей ткнул рукой в центр птичника, где несколько кур всё-таки смогли добраться к лунным крошкам внешнего круга, и теперь лежали мёртвыми, а их души витали над ними.
10. Ночная песня
Сергей лежал дома в своей уютной кроватке. Всё тело болело, после ночной драки с куриным богом, а раны, нанесённые его когтями, не переставали сочиться сукровицей. Одно радовало, есть время выспаться с чистой совестью, только вот сон почему — то не шел. Мысли то и дело прогоняли дремоту, мешая молодому мужчине забыться оздоровительным сном.
— Не спишь? — Строго спросил Потапыч, заглядывая в спальню пострадавшего коллеги.
— Ага. — Буркнул Сергей, удивляясь поведению старого следователя. Этот смешной на вид человек, был остр на язык, груб и почти деспотичен. Но сейчас, по-отечески хлопотал вокруг него, словно курица наседка вокруг цыплёнка.
— Не порядок. Сейчас принесу таблеток, что Уткин оставил. Велел дать их тебе, если не сможешь уснуть. Сказал, что для тебя сейчас лучшее лекарство — сон. Кстати. — Добавил Потапыч, заходя в спальню с таблеткой и стаканом воды. — А где твои родители живут? Им нужно сообщить о твоём состоянии.
— Ой, нет. Только не вздумайте маме сообщать. У неё сердце слабое, ей волноваться нельзя.
— Раз не маме, тогда отцу. Так по закону положено, оповещать семью пострадавшего на работе.
— Отец погиб в горячей точке, когда мне лет двенадцать было. С тех пор, мама нас с сестрой одна растила. — Ответил Сергей и поймал на себе странный взгляд Потапыча.
— И где они сейчас? — Просто так спросил пожилой мужчина, чтобы поддержать разговор с больным и убедиться в том, что парень выпил положенную таблетку, а не только вид сделал, что пьёт.
— Дома, в Мейске. А раньше мы тут на хуторе всей семьёй жили. Но потом, мама купила небольшую квартиру в городе и мы туда переехали. А этот дом, мне от деда по наследству перешел.
— А почему в городе не остался? Продал бы наследство дедово, купил хорошую квартиру, устроился в районный полицейский участок, как я.
— Неет. — Спокойно ответил Серёжка. — Городская жизнь не по мне. Не нравится, и всё тут. Все эти многоэтажные скворечники, жизнь друг у друга на головах, постоянная спешка. Нет. На хуторе лучше. Тут если у меня машинка стиральная сломается или кран потечёт, я никого не затоплю, ни кому потом ремонты оплачивать не буду. Только себе больше работы прибавлю. И потом, следить постоянно нужно, чтобы лишний раз не шуметь, соседям музыкой не мешать. Ой, кошмар. А тут, могу врубить музыку на весь дом, и ни кто слова не скажет. Соседи за двести метров, ближайшие. В общем, на хуторе лучше.
— А мама что? Не против была твоего отъезда из города?
— Нет. Только за. Она, если честно в город переехала только потому, что там детский сад и школа рядом. Так удобнее было с нами двумя в одиночку справляться, плюс хорошо оплачиваемая работа. — Делился Сергей. — Но теперь, она сама подумывает продать квартиру и назад переехать. Тем более что Стешка, институт заканчивает в этом году, а тут на хуторе, планируют опять открыть начальную школу. Сестра уже написала заявление на соискание должности учительницы начальных классов в этой школе. Если всё будет хорошо, то осенью все мои домашние на хуторе жить будут.
Пока мужчины болтали в спальне, входная дверь в дом открылась. Пышная дама лет пятидесяти по-хозяйски вошла в дом, поставила две огромные сумки у порога и стала снимать верхнюю одежду. После чего уверенной походкой прошла с сумками на кухню, где замерла прямо в дверях, уронив свою ношу от удивления.
— З-здравствуйте. — Поздоровалась женщина, глядя на хлопочущую у плиты Фиму.
— Здравствуйте. — Поздоровалась Серафима с незнакомкой, которая без приглашения уселась за стол.
— Кто вы, девушка? Что здесь делаете? — С нотками подозрительности, спросила дама.
— Я Фима, квартирантка. Снимаю тут комнату, пока практику в хозяйстве Смирновых прохожу. — Ответила без задней мысли, девушка. — А вы, наверное, по делу к следователям пришли. Тогда проходите в спальню, они там.
— Они? — Переспросила дама и, резко вскочив со стула, почти бегом ворвалась в указанное помещение.
— Сергей! Что здесь происходит?! — С порога строго спросила дама и тут же осеклась.
— Мама? — Удивлённо спросил больной, пытаясь встать.
— Лежи, лежи, не дёргайся, а то швы разойдётся. — Мгновенно среагировав, Потапыч уложил подопечного обратно в кровать.
— Швы?! — Воскликнула дама. — Немедленно объясни мне, Сергей, что здесь происходит? Почему в твоём доме полно народу? Почему ты в кровати и что за швы.
— Да всё нормально, мам. Беспокоиться нечего. Так, пара царапин. Лучше познакомься с моим напарником и наставником, старшим следователем Петром Потаповичем Семёновым. А вы Пётр Потапович, познакомьтесь с моей мамой Тамарой Павловной.
— Здравствуйте, приятно познакомиться. — Учтиво поцеловав ручку пышной дамы, поздоровался Потапыч. — Прошу прощения, за знакомство при таких обстоятельствах. По стечению обстоятельств, был направлен на службу в Ягово. Свободных квартир здесь не нашлось, вот Сергей и сдал нам с дочерью комнату в своём доме.
— А, так девушка на кухне ваша дочка? — С явным облегчением спросила мать. — А я уж грешным делом подумала, что сын без присмотра пустился во все тяжкие. Хотела уже ему взбучку устроить.
— Нет. Нет, что вы. — Сразу поняв мысли женщины, постарался успокоить её Потапыч. — Я подобного не допущу. Да и ваш сын, оказался весьма воспитанным и благонадёжным, не позволяет себе лишнего.
Так слово за слово пошла беседа. Оказалось, что мама приехала пораньше, чтобы купить дом на хуторе для Стеши и себя. К тому же выяснилось, что младшая сестра приедет гораздо раньше и будет проходить преддипломную практику в старой хуторской школе.
— Ой, нам в таком случае с дочерью, нужно поискать другое жильё.
— Да что вы такое говорите, Пётр Потапович. Этот дом и не такое количество народа вмещал. — Рассмеялась Тома. — Разместимся. Правда, придётся устроить небольшую перестановку.
— Надо так надо. Я в вашем полном распоряжении в свободное от работы время.
Так жизнь вошла в новую колею, и Сергею ничего не оставалось, как днями лежать в постели под строгим надзором матери и Петровича, что весьма веселило Фиму. Но день ото дня раны на парне затягивались, повергая доктора Уткина в шок.
— Регенерация организма вашего сына, просто поразительна. — Отчитывался доктор, после очередного осмотра, перед Томой. — Настолько быстро восстанавливается, что завтра уже может приступить к обычному образу жизни, за исключением резких движений и драк. С этим всё же придётся повременить пару дней.