Измена. Попаданка на сносях (СИ)

На ее руках дремал малыш, но она все равно потянулась к Александру. С улыбкой ее губы коснулись его. Легким коротким поцелуем. На который Александр ответил, делая его уже другим, томительно сладким и долгим, до кружащейся головы.
***
По возвращении домой Александр сразу занялся подбором няни. Причем, собеседования претенденткам он проводил такие жесткие, что мне стало страшно, как он пленных в Эдинлее допрашивал! Если хрупкие девушки из его кабинета выбегали в слезах. А стоило зайти к нему, как он лениво откидывался на спинку кресла, как довольный котяра, выдавая что-то вроде: «Эта болеет часто, еще заражать ребенка будет» или «Она смотрела на мое пресс-папье! Точно воровка».
Я обреченно качала головой, понимая, что такими темпами придется мне брать малыша с собой на работу. Ну, или вызывать в качестве няньки Рейвена-старшего – уж очень хорошо он ладил с ребенком! Да и остался в особняке недалеко от столицы, не став возвращаться на земли бывшего Эдинлея. Наверно, бежал от воспоминаний? А может, решил не уезжать, чтобы часто наезжать в гости к нам и малышу. Ведь по-настоящему привязался к ребенку, которому помог появиться на свет.
Впрочем, что греха таить, одну из претенденток забраковала я! А нечего приезжать тут со своим пятым размером и декольте глубиной с Марианскую впадину! Конечно, сказать истинные причины Александру я постеснялась. Соврала, что девушка показалась мне… э-э-э, с недостаточным опытом работы, во! Но мой муж дураком не был. А жаль. Ведь когда мы остались наедине, он закрыл дверь кабинета и устроил допрос с пристрастием уже мне. Усадил на стол перед собой, вжимаясь между моих бедер, покрывая поцелуями шею. Пока я не поддалась на его расспросы, признавшись, что приревновала. И тогда допрос уже плавно перетек в наказание. Когда Александр заставил меня виться под его руками и губами, горячо шепча, что поучит меня доверию. А я ликовала в этих ласках, чувствуя, что теперь он мне и правда больше не изменит. Раз так борется за то, чтобы ему верили.
Наконец наши мучения закончились. К концу недели мы подобрали подходящую няню. Она переселилась в одну из скромных комнат в замке. И хотя большую часть времени ребенок все равно проводил на руках или у меня, или у Александра, теперь я могла без проблем заняться работой! Ведь хоть мы и помирились, свое дело забрасывать не хотелось. Ну, и что, что я теперь жила в замке при богатом муже, который был готов баловать меня и осыпать подарками? Моя лавка – это для души! Нельзя же покрыться мхом за вышивкой, выезжая из замка только затем, чтобы посплетничать с другими пустоголовыми богатыми женушками. Так я и заявила Александру в первое же рабочее утро. Когда этот рыжий наглец обвил меня руками на смятой постели, не желая никуда отпускать.
– Ладно, – вздохнул он неохотно, отпуская меня. – Но тебя отвезет Альфред. А потом заберет. И будет ждать возле лавки. Неотлучно!
– Алекс! – простонала я, возводя взгляд к потолку. – Меня что, еще кто-то похищать собирается? Не многовато ли врагов за последний месяц? Я и так с двумя уже познакомилась! Так мы с ними подружились теперь.
Я фыркнула, встряхивая волосами.
– Это они не устояли перед твоим очарованием, – со смехом отмахнулся Александр. – И нет, я не боюсь насчет врагов. Может, ты снова решишь от меня сбежать? Я этого тебе не позволю!
– Вот как? Это почему же? – промурлыкала я, выбираясь из постели и набрасывая халат.
Александр перехватил меня за руку, притягивая ближе. Заставив наклониться, он украл с моих губ короткий поцелуй.
– Потому что вечером у меня на тебя большие планы, моя милая Клэр. Думай об этом, пока будешь заниматься своими делами в лавке.
В день открытия в лавке царила полнейшая суета. Я наняла себе в помощь одну работницу. По настоянию Александра, который рычал, что нечего молодой матери после родов перегружаться и стоять за прилавком днями напролет! Так что теперь у меня была девчонка-продавщица, молоденькая, со звонким голоском и быстрыми движениями изящной фигурки. Она порхала вместе со мной между манекенов, вешалок с плечиками и полок, чтобы все разложить и подготовить к открытию.
 
– Вот раскручусь и выкуплю этот дом! – заявила я мечтательно. – С хозяйкой я говорила, она только за! У нее там замужество намечается, и с мужем она планирует переезжать. Так что этот домик ей точно будет без надобности. А мне самое то!
Я поправила кружевной комплектик на манекене. Это был притворно невинный набор с высоким скромным бюстгальтером и трусиками-шортиками. Вот только сшила я все это из тончайших кружев, которые просвечивались только так!
– А почему ты не попросишь денег у мужа? Неужели у лорда Маккалистера не хватит средств на то, чтобы купить один маленький домик? Ой, прости, что-то я разболталась! – девушка смущенно прикрыла рот ладонью.
– Да ничего! – отмахнулась я, доставая с верхней полки аккуратно сложенную стопочку кружевных пеньюаров. – Хватит, конечно. Но я хочу… хочу добиться этого сама. Это как приключение. Как дома, в игре, уровень за уровнем, пока строишь свою ферму в телефоне…
Последнюю фразу я проговорила вполголоса, задумчиво, будто сама себе. Прижав к себе стопку кружавчиков, я мечтательно улыбнулась.
– Э-э-э, странные у вас были игры.
– Не бери в голову, – дернулась я и поспешила по делам.
Вскоре все было готово к открытию. Я окинула взглядом свою лавку. Здесь, в самой большой комнате, находилось основное помещение. Были развешены уже готовые комплекты, в углу была оборудована примерочная со шторкой и большим зеркалом. В других комнатах складировались материалы и пока не выставленные на продажу комплекты, а также находилась моя мастерская. Хотя зачастую рукодельничала я и дома, сидя в свете свечи рядом с колыбелькой. Но все-таки хотелось иметь удобный рабочий уголок и в лавке. Например, для того, чтобы делать комплекты на заказ, когда нужно будет снимать мерки и устраивать примерки по ходу рабочего процесса.
С улицы донесся стук копыт. Моя помощница подбежала к окну, выглядывая из-за шторки.
– Ого, да у нас уже первый покупатель! – лукаво сказала она.
Я сначала не поняла, откуда столько коварства в ее голоске! Но побежала открывать. На пороге оказался Александр. Я ахнула от удивления.
– Алекс? Что ты тут делаешь? У тебя же дела и встреча, и…
– Я все перенес, – улыбнулся Александр. – Как я мог не поздравить тебя с открытием?
Он протянул мне огромный букет. Нежно-розовые и белые розы были перевязаны лентой, они источали дивный аромат. Помощница сразу убежала за вазой. А я с нежностью посмотрела на Александра. Почему-то мне и в голову не приходило, что он придет меня поздравить.
– Спасибо… – прошептала я одними губами, и на щеках разгорелся легкий румянец.
– Ты выглядишь удивленной, – заметил Александр, погладив меня по лицу. – Не думала, что я приду? Клэр, ты моя жизнь… Конечно, мне интересно все, чем ты живешь! Даже если это трусы.
Он поднял лежащие неподалеку трусики двумя пальцами, с подозрением во взгляде, будто эти кружева кусались.
– Это не просто трусы! Это деван-дерьер! – возмущенно вспыхнула я.
Александр рассмеялся, притягивая меня ближе, целуя в губы. И противиться этому я не смогла. Поддалась его горячим губам, не думая о том, что первые же покупательницы могут застать нас в таком виде, целующимися посреди лавки.
Рассказывать про другие модели бельишка я не стала. Ведь уже после пары названий Александр сделал большие перепуганные глаза и решил, что это я или ругаюсь, или колдую на каких-то древних языках. Да и в лавку сыпанули первые покупательницы. Некоторые из этих девушек были мне уже знакомы. Они покупали у меня белье на рынке, куда я приходила, чтобы заявить о своем существовании. Несколько даже заглядывало ко мне после, делало индивидуальные заказы. Так что, к счастью, мои кошмары не сбылись. А то снилась мне всякая дрянь перед открытием. Мол, распахиваю я двери лавки, и идет час за часом, а внутри пусто и тихо, и даже мертвые с косами не стоят.