Измена. Попаданка на сносях (СИ)

Рейвен подошел к Александру медленно, как к опасному зверю. Он слышал это по звуку его шагов. Опасливых, размеренных, как капание воды. Он протянул руку, проводя кончиками пальцев по цепям, в которые вцепился Александр. Пока не защелкивая оковы. Не делая ничего.
– Кто же? Расскажи мне, я вижу, что тебя это терзает, – Рейвен слегка склонил голову набок, глядя на то, как Александр напряжен, едва не дрожит от этого, его пальцы с таким усилием впились в железные звенья, словно пытались их смять. – Мы боимся выглядеть недостаточно хорошими и сильными перед друзьями, близкими, возлюбленными… А с врагами такого нет.
Рейвен пояснил это спокойным голосом, опираясь плечом на стену возле Александра. Наверно, он и сам не знал, что это. И правда, разговор начистоту, как у случайных попутчиков, или попытка разбередить старые раны, помучить, поиграть, как с добычей?
Александр тяжело опустил руки. Будто ему было сложно держать их на весу. А может, это память давила пудовыми гирями на его плечи?
– Надеюсь, ты будешь благороден. И не используешь мой рассказ против меня? Не сыграешь на моей слабости или боли.
Его голос потух. Как и он сам. Александр опустил голову и уперся горящим лбом в холодную каменную стену. Борясь с желанием размозжить себе голову в кровь об острые камни.
– Не сыграю… даю слово.
– Я был совсем юн, когда встретил прекрасную деву. Ее звали Рей. Немного похоже на твое имя. Правда комично, Рейвен? – усмехнулся Александр. – Я познакомился сначала с ее братом-близнецом. Нейтаном. Они оба были из семьи боевых магов, их родители были на хорошем счету в столице, отец состоял при личной страже самого короля. Я дружил с ее братом, захаживал в гости к ним, мечтал о любви, руке и сердце прекрасной девы. Их родители не были против моих чувств. Я был бы прекрасной партией для Рей. Ее брат поступил в академию боевых магов, но… там он нашел проблему на свою голову. В академии учился племянник короля. Тоже боевой маг. Парнишка, ровесник Нейтана, с отвратительным характером, склонный к тому, чтобы унижать и оскорблять всех, кто ниже его. Нейтан не мог этого стерпеть. И вызвал племянника короля на дуэль. Дуэли в академии запрещены, поэтому они встретились тайно. В лесу на рассвете. Нейтан пришел один. Племянник короля – со своей свитой. Это не была равная битва. Нейтана просто задавили числом. Приспешники племянника короля набросились на мальчишку голодным зверьем и попросту разорвали его на части. Я… скорбел. Но Рей… она просто сошла с ума. Говорят, близнецы неделимы. Я почувствовал это, Рейвен. Когда Рей изменилась. Она горела жаждой мести племяннику короля и его подпевалам. Но кто она была? Нежная невинная девочка? Без особых магических сил… И тогда Рей совершила ошибку. Она вызвала демона Кратуса. Возможно, ты слышал о нем. И поступила так же, как ты. Предложила ему свою душу в обмен на магическую мощь и возможность отомстить убийцам брата. Я… не успел остановить Рей в ее безрассудном поступке. Она согласилась на предложение демона. И со временем… демон измучил и пожрал ее изнутри. Страшная смерть это была, Рейвен. Я присутствовал, был с Рей до самого конца. Хотел спасти. Искал магические ритуалы. Даже подготовил кое-что для них, но… не успел. Она умерла раньше. Хотя муки ее продолжались несколько месяцев, еще до ее смерти. И у меня не стало возлюбленной. А нам с ней было всего по шестнадцать лет.
Рейвен слушал Александра внимательно, глядя задумчиво и серьезно. Не пытаясь ни уколоть, ни выказать пренебрежение к чужой боли. Наоборот, к концу рассказа его брови чуть сдвинулись, лицо помрачнело. Рейвен кивнул, когда Александр закончил говорить.
– Ты прав, я слышал про этого демона. Но он низший, так, мелкая сошка. Они действуют иначе. Со временем вселяются в людей и уничтожают их изнутри. Мне жаль, что такое случилось с этой девочкой, твоей возлюбленной, но послушай… это была уже не Рей, – Рейвен накрыл ладонь Александра своей, коротко сжимая. – Со мной все иначе. Я не одержим, с меня… берут плату иначе.
 
Рейвен замолчал, поджав губы. Взгляд скользнул куда-то в сторону, к одинокой свече. Казалось, он боялся, что Александр прочтет что-то по его глазам. Может, отсвет боли? Не напрасно же Рейвен решил поймать его, виновника всего. Того, из-за кого Рейвен лишился обычной магии и прибег к темной силе.
Александр вздохнул. И с благодарностью пожал ладонь Рейвена.
– Спасибо что выслушал. Я… не мое это дело. Как и чем берут с тебя плату. Это твой выбор. Твое решение. Просто поверь, Рей, я испугался за тебя, – его голос прозвучал немного умоляюще.
Александр вскинул взгляд и посмотрел на Рейвена. На его лице плясал огонек свечи. Но губы жестко поджались, едва он услышал, как его назвали.
– Меня зовут Рейвен, – отрезал Рейвен, меняя тон. – Я не девчонка из твоей юности, не нужно меня спасать!
Он понял, что зря расслабился. И отступил на пару шагов в темноту подземелья.
– Не было никакого злого умысла против тебя! – уже уверенней и злее ответил Александр. – Не стоит подозревать меня во всех грехах. Но впрочем, делай, как знаешь! Кажется, ты привел меня в подземелье не затем, чтобы выслушивать исповедь? Приступай же! К тому, что задумал сделать со мной.
Рейвен зло сощурился. Взгляд метнулся к рукам Александра. Он по-прежнему сжимал пальцами цепи. Что ж, ему же лучше… Хотя вряд ли у него остались бы силы стоять на ногах после пары болевых магических приемов. По руке Рейвена и правда заплясали черные искры. И вот в воздухе, треща, раскрылась темная молния. Гибкая, как змея, она хлестнула в считанном сантиметре от Александра. Из грубого камня сыпанули искры ему под ноги.
– Не смей указывать мне, что делать! – прошипел Рейвен. – Это твоя вина – все, что произошло! Это ты пришел на войну красивым юнцом! И думал, что это будет красивая картинка, как в книжках? С благородством и ратными подвигами? А посидев пару дней в плену в камере, преисполнился жаждой мести, как же! Идиот! Да если бы не его приказ взять тебя живым, ты валялся бы мертвым прямо возле того лесочка! И никто даже не подобрал бы твое тело.
Александр вскрикнул от неожиданности. Не от боли. Вжавшись в стену. И перевел испуганный взгляд на Рейвена. Впервые видел такую боевую магию в действии. Впервые видел темную магию… на себе. Почти на себе. Скоро Рейвен перестанет издеваться, и придется ощущать темную магию на своей коже. Бр-р, паршивое ощущение.
– А что лес? – Александр вскинул голову гордо и дерзко сверкнул глазами. – У меня погиб весь отряд! Каждый крестьянин, который пошел воевать за меня, погиб! Ты понимаешь, какая это ответственность, Рейвен?! Я не собирался прятаться за спинами людей, прикрываясь их низким происхождением! Они должны были выжить! Или если погибнуть… то вместе со мной! А твой подчиненный, которого ты оставил за главного… притащил меня, как дурного щенка на поводке. К себе в лагерь! Еще и… в хорошую палатку определил! Захаживал пообщаться, выведать «по-хорошему» планы моего руководства! Еще бы в шахматы со мной там сыграл!
Александр не выдержал и сплюнул под ноги, демонстрируя глубочайшее презрение… к самому себе, выжившему? В такой ситуации.
– А что, пытать тебя сразу нужно было?! – Рейвен уставился на Александра во все глаза, даже темная молния на миг замерла в руке. – Так значит… тебя унижение оскорбило, герой? То, что тебя потрепали слегка, как щенка, и в клетку посадили? За это ты решил пленить меня в ответ? За это сломал мою жизнь, гордая ты скотина?
Рейвен прошипел эти слова змеей. И словно вторя его голосу, ярче затрещала молния в руке. О, Александр не успел бы ему ответить. При всем желании не сумел бы рассказать свою правду. Ведь Рейвен вскинул ладонь. Молния изогнулась в воздухе стремительно, зло. Гибкая, трескучая, темная, она ударила между лопаток Александра. И его тело буквально выгнуло от боли, лишь цепи, за которые он судорожно ухватился, не дали упасть от первой же атаки к носкам начищенных черных сапог.
Александр задохнулся от боли, пронзившей все его тело. Какой-то особенной боли, будто сама тьма вошла под кожу. Не сразу отпустило. Не сразу дало сделать вдох. На удивление он не закричал. Так жестко сцепил зубы, что с губ не сорвалось и стона. Это… не понравится Рейвену. Но Александру плевать. Не станет унижаться перед врагом. И хотя все было совсем иначе в плену, Александр не стал сообщать об этом Рейвену. Помнилось, как Грэм – его правая рука – шипел на ухо, что все, что делается с пленником, сделано по приказу свыше. Не станет же верный враг врать в глаза? И говорить, что забыл, например? Или что не было этого? Его приказа.