Сектант и девять миров (СИ)
Коллекционер понял намёк.
Бросив едва уловимый взгляд на балахон, под которым на какое-то мгновение обозначились очертания трёх белых татуировок, он скривился и, выплюнув щепки от курительной трубки, прошипел:
— Всё с тобой ясно, Дрейк… О месте инквизитора-протектора нижних миров можешь забыть. В твоих услугах я более не нуждаюсь и очень рекомендую навсегда забыть об этом деле и оставить Отмеченного мне. Уж поверь, в моих силах не просто испортить твою карьеру, но и лишить всех трёх жизней. Так что берегись, Лоренс, — Коллекционер плюнул и прервал звонок.
***
Я стоял у Портала посреди шумной ярмарки. Окровавленный, грязный, с пугающим людей Боевым окуляром на правой глазнице и плазмоганом в разбитой руке. От меня шарахались в сторону, меня боялись. Боялись до ужаса! Но я не обращал на это никакого внимания.
Как понять, перешли еретики через Портал или нет? Охрана у ворот отрапортовала, что мимо них за последние несколько часов и мышь не прошмыгнула, что и говорить о тройке сектантов. То же самое утверждают носороги на респауне: никто из еретиков не перерождался и к Шроснбергу не подходил. Точно так же пока что не переродились и Шрам с Самуэлем, что радовало: последний наверняка затаил на меня злобу, а убивать его во второй раз мне не хотелось.
Но зачем в таком случае я вообще пришёл в город? Интуиция. А ещё желание лично удостовериться в том, что еретиков здесь нет и не было, а находятся они где-то в лесах Первого мира, откуда им просто некуда будет сбежать.
У одной из торговых лавочек собралась небольшая толпа. Игроки с интересом и опаской изучали какой-то светящийся мох, невесть откуда появившийся рядом с торговыми рядами. К ней-то я и направился, ища взглядом знакомых.
От группы людей тут же отделился дядька с обожжённой головой и, старательно меня не замечая, попытался затеряться между торговцами.
А уж не шофёр ли это?.. Ну, тот, что подвозил до шатра надзирателей несколько недель назад?
— Эй! — крикнул я. — Как тебя там?.. Алексий! Алексий, иди-ка сюда!
Алексий замер на месте и, уже понимая, что деваться ему некуда, неуклюже повернулся. На его испуганном лице тут же показалась заискивающая улыбочка.
— Что молчишь? — усмехнулся я, окидывая взглядом свою грязную одежду. — Красавец ведь! Или что, уже не очень-то и рад приветствовать меня в Первом мире, дорогой мой друг? А?
Алексий молчал, пряча испуганные глаза и то и дело потирая свою обожжённую лысую голову.
— Видел здесь двух людей, октопуса и собаку?
— Н-нет, уважаемый инквизитор…
Я скривился:
— Ты ведь меня не обманываешь?
Обожжённый шофёр испуганно произнёс:
— Н-нет, конечно!.. Я вообще сюда только пришёл, да и текучка на ярмарке просто бешеная, всех и не упомнишь…
— Ладно-ладно, — я жестом прервал бессвязную речь Алексия. — Скажи лучше, что это там за странный светящийся мох у Портала?
— Это ядовитый лишайник, уважаемый инквизитор, — проговорил шофёр.
— И что, пользуется спросом?
— Н-нет… его вообще-то даже не продают. Ядовитый лишайник и в руках лучше бы особо не держать, кому он сдался?.. Какой-то шутник принёс, наверное, да так и бросил посреди прилавков. Вот, стоим, решаем, как унести от греха подальше.
— Откуда принёс? — у меня появилось неприятное чувство, что я упустил нечто важное…
— И-из к-канализационной трубы… — пояснил Алексий. — Заброшенной. Уже лет семьдесят как! Она на западе к самому озеру подходит, оттуда, видимо, споры и перелетели. Вот и разрослись.
— И что, через эту трубу можно и в Шроснберг пробраться? — я с интересом поглядел на шофёра, уже предполагая, что он ответит.
— Н-ну в теории, да… — неопределённо проговорил Алексий, привычным движением пальцев закручивая длинные чёрные усы. — Но кто это может сделать?.. Болотные твари ушли на запад, киборги — далеко на востоке, дикие бояться подходить к городу, а рабов охраняют носороги. Так что за трубой и не смотрят особенно… Разве только мальчишки какие-нибудь пробрались и подшутили… Ну так мы их быстро по язвам на ладошках вычислим.
— Нет, друг. Не мальчишки, — хмыкнул я, разворачиваясь и медленно приближаясь к Порталу. — А кое-кто куда более опасный.
***
Да, на этот раз сектанты меня переиграли. Но тем интереснее и приятнее станет грядущая победа над ними… Как и победа над одним из странников, возомнившим себя богом, способным творить магию и создавать целые культы по собственному желанию.
Эпилог
Дождавшись, пока синеватая поверхность портала окончательно проглотит инквизитора, обожжённый шофёр по имени Алексий обогнул всё увеличивающуюся толпу и побежал к собственному дому — кирпичному зданию неподалёку от ярмарки.
Там, в грязной пыльной квартире, он отодвинул половицу и выудил из тайника сложное устройство — межпортальный передатчик, несколько часов назад окончательно потерявший связь с агентом жёлтого странника по позывному Вой.
Нажав на одну из многочисленных кнопочек, шофёр крякнул, почесал обожжённую голову и натянул на лицо виноватое подобострастное выражение.
…Шум помех…
…Тихий писк дорогой автоматики…
И перед Алексием появилось 3d-изображение Коллекционера.
Жёлтый странник выглядел, мягко говоря, недовольным.
— Ну что?! — этот визгливый голос вызывал у Алексия приступы страха.
— К-как я и г-говорил, сектанты п-перешли через Портал несколько часов назад, — пролепетал шофёр. — А Лоренс Дрейк перешёл только что, у меня на глазах.
— Он знает, что еретики во Втором мире?
— К-кажется, знает.
— Жаль. Придётся разбираться ещё и с ним… — нахмурился Коллекционер, как будто что-то вспоминая. — Тогда план Б. Езжай на респаун и найди игрока по имени Самуэль. Мне удалось пробить Лоренса: со смертью этого носорога далеко не всё так прозрачно… Думаю, у него будут причины согласиться на наше предложение. Плюс, в случае обнаружения всегда можно свалить вину на древние культы Первого мира.
— Понял, уважаемый жёлтый странник, — Алексий поклонился. — Будет исполнено.
Жёлтый странник скривился и прервал связь.
***
Самуэль материализовался на холме рядом с воротами Шроснберга и полями, на которых уже трудились рабы, подгоняемые надзирателями. Немного отдохнув, он с трудом приподнялся с холодной земли, и упёрся взглядом в странного дядьку с обожжённой головой и усами, стоящего в нескольких метрах от носорога.
Этого дядьку он знал: шофёр Алексий из Шроснберга, который привёз к местному Храму страшного человека по имени Лоренс Дрейк, несколько часов назад убившего Самуэля.
Паровая машина Алексия стояла неподалёку на разбитой дороге, сам же шофёр протягивал ему, Самуэлю, свою жилистую грязную руку с закатанным рукавом, на которой была набита татуировка белого носорога.
— Хочешь отомстить инквизитору?.. — тихо проговорил Алексий. — Тогда у жёлтого странника есть к тебе дело.