Сектант и девять миров (СИ)

Бластеры?.. Возможно. По крайней мере, это объяснило бы наличие у них батарей.
В отличие от пистолетов, дубинки казались вполне обычными, без электрошокеров, запасов плазмы и прочей гиперболизированной атрибутики тех же самых фантастических фильмов. О футуристического вида комбинезонах можно сказать одно: они совершенно точно были прорезинены и снабжались бронированными вставками на суставах.
В ушах гудело, картинка то и дело плыла перед глазами. В бессилии я закрыл тяжёлые веки и заснул: равномерные покачивания носилок убаюкивали, и сопротивляться вязкой усталости, вновь завладевшей моим телом, не было ни сил, ни желания.
***
Резкий толчок вывел меня из полудрёмы.
Положение шеи немного изменилось, отчего угол обзора увеличился, позволяя рассмотреть стеллажи, на которых в три ряда стояли VR-капсулы с розовыми пятками десятков заключённых под прозрачными стенками. Лиц охранников я по-прежнему не видел.
Что случилось? Похоже, один из них подскользнулся на отполированном до блеска полу и едва не уронил носилки.
— Глаза раскрой, Харрис! — недовольно прошипел второй, чуть замедляя шаг, чтобы тоже не подскользнуться.
Харрис (его крупная фигура маячила на периферии зрения) выругался трёхэтажным матом, смачно и с удовольствием проговаривая каждое слово и едва ли не через предложение добавляя «я тебе говорю!».
— Молчать, я тебе говорю!! — кричал Харрис. — Смотри, как бы ты сам на пол не свалился!.. Сил моих больше нет терпеть твою унылую физиономию, я тебе говорю!
Внутри у меня всё похолодело, а в голову пришла страшная догадка:
А ведь я знаю этого Харриса… Это тот самый хриплый из иллюзии!! То есть из реальности… В общем, говорил никто иной, как друг фон Диккера, человек в капюшоне, который размышлял о девяти кругах ада и о том, в каком порядке они расположены!
Я невольно напрягся: насколько вообще позволяло напрячься парализованное тело… Кстати, оно ведь не навсегда парализовано? Колено теперь не болело, но если цена этому — потеря способности двигаться, я бы лучше вернулся обратно в капсулу.
— Из-за тебя мы чуть стёртого не уронили!.. — попытался парировать охранник, но его тут же перебил агрессивный Харрис.
— Себе под ноги лучше смотри, я тебе говорю! — взрывался хриплый на раз-два и кричал так, что невольно заткнулись вообще все охранники, попытавшие было успокоить спорящих. — Пол мокрый! А кто за пол отвечает? Чья смена?! Опять на дронах экономишь и энергию в батареи сливаешь? Ещё раз что-нибудь вякнешь — сдам Клавдию, точно тебе говорю!..
Оппонент хриплого что-то недовольно пробубнил про стукачество и толстую рожу Клавдия, который и сам ворует будь здоров, но замолчал, не рискуя продолжать спор. Кажется, он действительно халтурил на работе и «сливал» энергию с этих самых дронов… Ну, или Харрис обладал поразительным даром убеждения и мог даже невиновного убедить в том, что он повинен во всех возможных грехах. А может, всему виной элементарное физическое превосходство крупного Харриса, как знать…
Рассмотреть хриплого я не мог чисто физически: шея по-прежнему отказывалась слушаться, однако по крайней мере удалось узнать его имя — Харрис. А ещё выяснилось, что работает этот Харрис охранником в том самом месте, где я оказался заключённым. Вернее, «официально» работает. Кто такой Харрис на самом деле, не подозревал, вероятно, никто из его коллег… кроме фон Диккера.
После встречи с хриплым я всерьёз опасался, что одним из охранников окажется и мой убийца.
***
Успокоившись, неизвестные продолжили своё движение.
Негативные мысли накатывали сами собой. Сколько здесь пленников? Десятки? Или даже сотни. И каждый из них с упоением или ужасом «проживает» очередную жизнь в сформированной иллюзии. Кто-то, как и я, мечтает стать профессиональным спортсменом и неизбежно получает травму, ломающую карьеру, а заодно и жизнь, кто-то мучается от неразделённой любви и прыгает с моста, а кто-то с самого детства попадает в лапы маньяка и растёт с поломанной психикой, чтобы в один прекрасный день вскрыть себе вены.
 
И каждый из них после смерти оказывается не в потустороннем мире, раю, небытии или Вальхалле (нужное подчеркнуть), а в VR-капсуле, чтобы повторить мою ещё не вполне ясную судьбу.
В голове пронеслась запоздалая мысль:
Чёрт! А куда же меня несут?..
Но развить её я уже был не в состоянии.
Оставалось надеяться, что в конце концов я очнусь в машине скорой помощи в том, настоящем мире, рядом будет сидеть Пашка, который всё-таки сумел вырваться из «Интернет-кафе» и вызвал полицию, а в больнице меня навестит плачущая Лиза…
Тяжёлые веки сами собой закрылись, и я провалился в сон.
***
Я не помнил, как оказался в небольшой светлой медицинской палате на одного человека. Зато в памяти ярко отпечатался нервозный, не по возрасту седой охранник. Дрожащими руками в перчатках он снимал с меня мокрый от синеватой жидкости комбинезон и прибор в виде шорт, принимавший испражнения, который остался после выхода из VR-капсулы. У комбинезона была несколько странная система застёжек, так что снимался он снизу вверх, и только в самом конце следовало отстегнуть VR-шлем с очками и наушниками и освободить плечи и шею.
Пока седой охранник боролся с комбинезоном, немолодая уже медсестра натянула на моё голое тело термобельё и желтоватые синтетические штаны. Ботинок или хотя бы носков заключённым, судя по всему, не выдавали.
Снимая верхнюю часть моего комбинезона, нервозный охранник вскрикнул и отскочил в сторону, с ужасом глядя на вытатуированную на плече гремучую змею, и уже через секунду с криками выбежал в коридор.
Это я тоже помнил. А ещё помнил, как через несколько минут прибыли перекачанные вояки в броне, с оружием и каким-то подобием наручников… Испуганное красное лицо одного из них на фоне белоснежного потолка с яркими лампами стало последим, что я увидел перед тем, как забыться.
***
Тяжёлые веки долго не поддавались, но мне-таки удалось справиться с ними и открыть глаза.
Белый потолок. Яркие лампы. Несколько проводов, тянущиеся от тела. Если скосить взгляд чуть влево можно рассмотреть странную серебристую панельку с разноцветными датчиками, на одном из которых подрагивает ломанная, отчитывающая работу сердца. Рядом с ним находится окошко термометра. Контроль над телом вернулся примерно через час, и я наконец-то смог приподняться над кушеткой.
Больничная палата была окутана множеством проводов, здесь помещались приборы и датчики, измеряющие, кажется, вообще всё, что только можно измерить в человеческом организме… Естественно, я и не догадывался о назначении большей части приборов. Запястья холодили стальные наручники на тонких резиновых шнурах, пристёгнутых кушетке, поэтому встать на ноги я не мог. Оставалось сидеть.
Осмотрел себя на предмет травм, которые могли нанести прибежавшие вояки… и вскрикнул, чувствуя, как с утроенной силой забилось сердце.
Боже мой…
Контроль над телом вернулся. Да вот только тело было не моим! Вернее, не совсем моим… Оно оказалось куда более крепким, чем тело Вячеслава Кортова, за три года отсутствия физических нагрузок заплывшее и потерявшее былую форму. А вот сделанные сектантами татуировки остались: и красная гремучая змея, и странные округлые символы на левом плече. При этом змея так сильно испугала охранника, что он вызвал каких-то спецназовцев, чтобы от греха подальше приковать меня наручниками к стальной кушетке. Словно я какой-то маньяк или что-то в этом роде…
Хотя кто знает? Может, я действительно серийный убийца с психическими отклонениями и амнезией?..
 
Отогнав дурные мысли, продолжил изучать старое-новое тело.
Теперь я был немного шире в плечах и, кажется, чуть выше. Спортивный, но не качок (особенно по сравнению с огромными бойцами, прибежавшими из коридора), тем не менее пучки мышц явно вырисовывались на довольно сухой фигуре. Крепкие связки и (я попробовал натянуть резиновые шнуры наручников) впечатляющая сила — приятный бонус.