Сектант и девять миров (СИ)

— Грох, а что даёт бирюзовый цвет Гремучей змеи? С красным и жёлтым вроде как всё ясно. Первый — это приращение артефактов. Второй — поиск, исследование и использование секретных характеристик, но бирюзовый?..
— Бирюзовый — это направление, позволяющее модифицировать артефакты, Корт. — проговорил уставший октопус. — Помнишь Электрический щелчок?.. Этот артефакт мой знакомый из Второго мира переработал: сделал ручки, чтобы хоть как-то удерживать болванку, и поставил генератор для скопления нескольких зарядов.
— А ты сам разве не можешь проводить модификации?.. Ну, или какой-нибудь мастер-техник.
— Могу. Да и мастер-техник (особенно из Шестого-Седьмого миров) тоже сможет. Но для этого нужно потратить лет десять, изучая древние технологии, и ещё года полтора — на создание модификаций. А у Стефана эти навыки вшиты теперь на подкорку сознания. Между прочим, толковый бирюзовый техник гораздо более полезный игрок, чем представители красного мяса, Корт… Одно дело трупами противника заваливать и дармовыми артефактами, а другое — интеллектом! — Грох хохотнул, подёргивая щупальцами, в которых вновь краснел огонёк самокрутки. — Ладно, Корт, не обижайся!.. Кто ж виноват, что у тебя на генетическом уровне предрасположенность к такого рода деятельности?
В общем, Грох был в своём репертуаре.
***
После того, как Великая Гремучая змея, гены или рандом (нужное подчеркнуть) выбрали для Мясницкого бирюзовое направление развития, отношения Гроха к нашему новому товарищу разительно поменялось.
Если поначалу октопус сомневался в целесообразности перетягивания на свою сторону этого безобидного белобрысого парня, а случайно обронённое им слово «осьминог» — страшное оскорбление для октопусов — могло стоить Стефану жизни, то теперь эта двоица целыми днями возилась с артефактами в подвале Гроха. Они исследовали пыльные механизмы, собранные сектантом за эти пятнадцать лет, и даже делали попытки заняться их модификациями. Мне же оставалось бродить по лесу в компании молчаливого Воя в поисках новой жертвы для прокачки: «красному мясу» поднимать уровни можно было только таким вот нехитрым способом, по кд (и по мере физической возможности) активируя Приращение.
Я резал мобов, душил их руками и даже бил стальным коленом: Правый наколенник Алого барона, по молчаливому согласию Гроха, оказался в моём безраздельном пользовании. От кого-то приходилось и удирать — а уж в этом нам с биглем равных уж точно не было. Ядерную батарею в кулак — и гонишь по лесу, пока Вой телепортируется между деревьями, запутывая следы, а его призрачная копия отвлекает погоню. Пару раз, когда за нами увязывался особенно быстрый хищник или киборг, приходилось приращивать сразу две малые батареи — и тогда скорость подскакивала настолько, что единственным более или менее безопасным вариантом для бега оказывалось чистое поле: выбор лесополосы был чреват сотрясением мозга или даже смертельным исходом.
В общем, эти дни в восточных лесах навсегда остались в памяти как время ничем не ограниченной свободы, приключений и сумасшедших драк с механизированными, мутировавшими или просто сильными существами.
***
Однажды во время очередного бегства от раскачавшейся до каких-то совершенно невероятных размеров клыкастой лисицы мы с Воем оказались в довольно странной локации. Широкая поляна с тёмным провалов в самом центре… И всё бы ничего, да вот только провал при ближайшем рассмотрении оказался не естественной впадиной и даже не ямой. Это был спуск под землю! Широкие каменные ступени покрывал мох, стены так и вовсе заросли травой, но за всем этим по-прежнему угадывалось нечто, созданное руками разумных существ. Своеобразный колодец с винтовой лестницей, уходящий глубоко под землю.
Уж не древние ли его построили?..
***
— Вой? — прошептал я, спускаясь на первую ступеньку. — Как считаешь, стоит проверить?
Вой промолчал, прислушиваясь к донёсшимся из-под земли приглушённым звукам, после чего коротко гавкнул, отрицательно покачивая головой.
— Почему? Что там вообще такое? — меня куда больше волновало приближение клыкастой лисицы, которая вполне могла выйти на наш след, а потому вариант спрятаться под землёй выглядел не так уж и плохо.
 
Гул снова повторился, и на этот раз даже я смог расслышать механический лязг, протяжный рык и отчаянные нечеловеческие вопли. Через несколько секунд вся эта какофония повторилась, но уже значительно ближе — на лестнице, где-то под землёй.
Вой снова гавкнул и с коротким щелчком телепортировался на ближайшую ель, призывно виляя хвостом и совершенно очевидно требуя, чтобы я последовал за ним.
Ну что ж? Никаких причин не доверять интуиции Воя у меня нет…
И только спустя пять минут Сканер смог-таки уловить то, что генномодифицированный бигль засёк значительно раньше. Метрах в пяти от поверхности (дальше навык попросту не дотягивался) один за другим вспыхивали красным Кибернетические приводы, заменяющие киборгам сердца. Десятки артефактов! Кибернетические приводы подскакивали на ступенях, а это значило одно: к поверхности приближалась целая лавина механизированных существ.
Ещё через мгновение на поляну выскочил первый моб:
Лесная пантера
Кибор, 1 уровень
Лесная пантера оказалась куда меньше своего собрата, едва не сожравшего меня неделю назад. Этакий подслеповатый малыш-киборг, с крошечными механическими лапками и сверкающей на солнце стальной бронированной грудкой. Следом за первым киборгом выскочили ещё десятка три точно таких же лесных пантер — и вся эта куча ринулась к лесу.
***
Вой вздрогнул и навострил уши. Уже через мгновение с противоположной стороны леса раздалось угрожающее рычание, и, кажется, я знал, кому оно принадлежало.
Клыкастая лисица вышла-таки на наш след.
Рык услышали не только мы с биглем. Куча одноуровневых киборгов резко изменила направление бега и, вереща, рванула в сторону своего первого противника. Или жертвы.
***
Двухвостая мутировавшая лиса смело выскочила на поляну с таинственной пугающей впадиной по центру, ожидая увидеть на ней всего двух противников: двухрангового игрока и низкоуровневого бигля. Но её ждал сюрприз.
Тридцать маленьких киборгов набросились на лисицу, словно муравьи на гусеницу. Огромная, метра три-четыре в холке, двухвостая лиса одним ударом здоровой лапы размазала первую лесную пантеру. Развернувшись, она придавила ещё троих, с противным скрежетом вминая их в землю, но с полдюжины киборгов уже успели залезть на загривок моба и принялись вгрызаться в мясо хищника, помогая себе механическими конечностями.
Лисица ревела, брыкалась, давила киборгов, но была обречена.
— Пора валить, — одними губами прошептал я Вою, и мы бесшумно скрылись между деревьями.
***
Октопус со Стефаном выглядели уставшими, но довольными.
— Это Завод, — коротко сказал Грох, даже не дослушав мой сбивчивый рассказ. — Место сборки киборгов в северо-восточном лесу. Есть ещё один — на юге. Возможно, где-то находится и третий.
Вытирая рукавом грязное лицо, Мясницкий распределял полученные очки по навыкам и попутно встревал в наш разговор:
— То есть это всё правда, Слава? Натурально Завод по производству мобов! А я-то думал, люди брешут… А ты и древних там не видел?
Недовольно косясь на пребывающего в радостном возбуждении Стефана, октопус выдохнул сигаретный дым:
— Никаких там древних нет, Мясницкий. Всё работает в автоматическом режиме. Эмбрионы в чанах с питательной жидкостью — цех по вживлению Кибернетических приводов вместо вырезанных сердец — и выход на поверхность. Лет пять назад я оттуда еле ноги унёс: выскочило сразу две партии серых волков. Всего первый уровень, но зато и много, словно это облако саранчи.
 
***
Конечно, никаких древних уже не осталось. Только созданное ими сатанинское предприятие, работающее на холостом ходу, как свидетельство могущества погибшей империи. Где-то там, глубоко под землёй располагались огромные ядерные батареи или даже небольшая атомная станция, поддерживающая работу Северного Завода вот уже несколько тысяч лет. Да и других Заводов тоже.