Сектант и девять миров (СИ)

Малая ядерная батарея (серийный номер 403-лк-23), артефакт 1 уровня
Производитель: [заблокировано]
З аряд: 3 %
О бычное использование: возможно, требуется артефакт/механизм с батарейным отсеком соответствующего размера
П риращение: возможно
В моих глазах заплясали огоньки алчного пламени… Первое желание — немедленно воспользоваться Приращением и подчинить себе ядерную энергию. Только внутренним усилием я смог-таки убрать ядерную батарею в карман.
Сейчас не время, Слава! Нужно подгадать момент и тогда…
***
— Ты чего это весёлый такой? — невольно улыбнулся Стефан, обтирая грязное лицо грязной же рукой. — Упаси тебя Три Великих Бога, но ведь в рабство попал, паря!.. И ведь надолго попал! Пока Великий Храм Носорога решится на освобождение рабов, мы с тобой уже помрём, а трупы наши перегниют в холодной земле…
Я с сомнением поглядел на Мясницкого, мол, всё ли у тебя нормально или с поэтического привода клапан сорвало, но Стефан только головой покачал и, ухнув, лёг на собственную койку. Койка затрещала под крупным хозяином.
— Мне вот мама в детстве рассказывала, — задумчиво проговорил вдруг Мясницкий, закидывая руки за голову. — Как Бог Носорог создавал восемь миров… Ну, правда, там ещё и Бог Мангуст с Богом Аистом были, но они так… больше помогали…
— Эээ, браток! — возмутился лежащий неподалёку раб с татуировкой жёлтого аиста на груди. — Это Бог Аист был основным, а носороги опять всё переврали! Мне, знаешь ли, мама тоже в детстве много чего рассказывала!
— Ой, да не в этом суть! — недовольно махнул рукой Стефан. — В общем, главное, что Три Великих Бога создали ещё один мир… Девятый, стало быть?.. Ну, или Высший, Внешний! Создали, значит, для того, чтобы достойные игроки могли найти себе пристанище после смерти. Вот там, во Внешнем мире, все равны! Там нет ни рабов, ни господ! А здесь что? Тьфу!.. Смейтесь сколько угодно! — крикнул Стефан действительно прыснувшим со смеху игрокам (большинство, впрочем, слушало его предельно внимательно). — На Том свете поглядим, кто из нас посмеётся… Однажды Лучезарный Владыка разгадает Тайну и откроет Врата в Девятый мир… А сейчас я помолюсь за это. И за вас, невежды, помолюсь! Слышите меня?!
— Да ладно тебе Стефан, — на этот раз жёлтый аист говорил тихо и задумчиво. — Не обращай внимание… Пущай себе глупые смеются. Но скажи мне лучше вот что. Врата Лучезарный Владыка откроет — в этом я не сомневаюсь, да только не он ли тебя в рабство взял?.. Я вот что думаю, товарищи: надеяться нужно только на себя самого. И выбираться из отсюда тоже нужно самим.
— Выбираться, выбираться! — съязвил со своей койки Греша Ол. — Ну и как это сделать?
— Дверь, — коротко ответил аист.
— Пфф, сказки! В легенду о Двери даже малые дети не верят.
— Ну и пусть себе не верят, — хмыкнул жёлтый аист. — А я вот, когда был охотником в Шроснберге видел её собственными глазами… На западе, за Воронкой. Огромная такая, из зеленоватой стали. Встроена прямо в каменную шайбу, так что открыть невозможно. Нужен код…
— Всем отбой! — скомандовал уставший Яхонт, после чего плюнул, погрозил кулаком избитому Греше Олу и скрылся за пределами барака. Из полумрака донёсся его приглушённый голос: — Стефан за главного! И это… смотрите, чтобы вас дикие ночью не сожрали… Хехе.
Видно, что Яхонт очень рассчитывал на это шутку, но никто из рабов почему-то не посмеялся… Либо причина была в совершенно ужасном чувстве юмора надзирателя, либо запуганные низкоуровневые рабы на полном серьёзе опасались, что ночью дикие пролезут в плохо охраняемый барак. Возможно, играло роль и то, и другое.
— Ну так что ты весёлый-то, Славка? — ещё раз спросил Стефан, позёвывая на соседней койке после того, как действительно помолился своему Богу Носорогу.
— Скоро узнаешь, Стефан… Скоро ты о многом узнаешь! — ухмыльнулся я, нащупывая в кармане малую ядерную батарею, и перевернулся на противоположный бок, притворяясь спящим.
Стефан пожал плечами и вскоре захрапел, уставший после трудного рабочего дня.
 
***
Хороший парень этот Мясницкий. Правда, малость простоват, но разве в наше время это минус?.. Скорее плюс. Да и не будь Стефана, я бы простым допросом от Шрама точно не отделался.
Но очень скоро меня вновь попросят открыть ник и ранги. Теперь и идиоту ясно, что я не совсем уж дурачок без памяти и простейшие вещи с собственным профилем выполнить в состоянии… К счастью, Шрам и Яхонт слишком тупы, чтобы обращать внимание на такие мелочи, а другие служители Храма заняты ревизией Лоренса Дрейка и скорым набегом диких.
Выходит, что из непосредственных начальником нужно бояться только Самуэля, самого таинственного из всей троицы. Но пока что Самуэль в немилости и не рискует проявлять инициативу в деле расследования моего тёмного прошлого, хотя я уже несколько раз ловил на себе его подозрительные взгляды.
Кого ещё стоило бояться, так это Лоренса Дрейка. Более того, от инквизитора бежать нужно было, как от огня! Интуиция подсказывала, что не просто так инквизитор Храма Носорога, а по совместительству эксперт по поиску и уничтожению сект, прибыл в Первый мир… Совсем не просто так!
Размышляя о нелёгкой судьбе раба в Храме Носорога, я и сам не заметил, как задремал.
  
Глава 7. Дикие
 
Несколько дней пролетели, будто один… один непрерывный ад, наполненный сорванными мозолями, убитыми в хлам мышцами, стрессом, избиениями и постоянным страхом выдать своё настоящее имя и принадлежность к культу Гремучей змеи.
Рабы всем сердцем возненавидели западную насыпь! И теперь каждый, кто с улыбкой говорил про себя: «Ну, хотя бы не картошка», — проклинал собственную беспечность. С каждым днём дикие подходили всё ближе, по вечерам мы неизменно слышали некое подобие речи, наполненное горловыми звуками и откровенным рычанием. Мобы явно переговаривались между собой, выжидая лучший момент для нападения.
А по дороге в бараки рабы рассказывали друг другу истории и легенды. Вчера, к примеру, Греша Ол уверял, что очень давно дикие были людьми… Ну, или представителями иного вида, очень схожего с нашим. Однако многолетнее воздействие чего-то ядовитого (подозреваю, отголоски ядерного взрыва или бактериального оружия, при помощи которого древние пытались взять Шроснберг) превратило их в мощных обезьяноподобных уродцев. Самые развитые из диких дрались заострёнными палками, никаких культов у них не было и в помине, но имелось одно важное преимущество — численность… А ещё физическая сила и выносливость.
В последние несколько месяцев диких всё чаще стали видеть на западной границе Храма Носорога, и начальство всерьёз опасалось массового нападения и разграбления Храма. Крепость бы дикие, конечно, не взяли, но уничтожение полей, виноградников, пивоварен и бараков могло стать большой финансовой проблемой.
***
А ещё среди рабов были популярны легенды, согласно которым там, в чаще древнего леса на западе, оставались развалины целого города. Именно в нём некогда и обитал один из погибших древних народов. Вполне вероятно, именно этот народ и пытался захватить соседа, облюбовавшего плато и установившего связь с иными мирами при помощи Портала. Но народ этот проиграл и исчез, оставив после себя только остовы гигантских осадных машин у крепостных ворот Шроснберга. Точно так же исчезли и обороняющиеся, и в итоге город достался людям.
Вокруг города раскинулись древние леса, населённые мобами, среди которых особенно примечательными были хищники: волки, огромные лисицы, медведи-гризли и даже саблезубые белки — особенно много их было в южных лесах, до сих пор крайне плохой изученных игроками… Но не только хищники представляли угрозу для людей. На северо-востоке, за радиоактивным озером и огромной воронкой, оставшейся от разрыва снаряда, некогда пущенного из Шроснберга, обитали дикие. На западе же от людей селились… киборги.
 
Признаюсь, я и сам не поверил.
— Ну какие ещё киборги, Стефан? Я тут о серьёзных вещах спрашиваю, вообще-то!