Закрытое Сердце (СИ)
— Тут недалеко есть уютный ресторанчик, составишь мне компанию? — слишком любезно спросил Глеб, словно был большим пушистым котом. Я тряхнула головой, прогоняя наваждение.
— Нет, спасибо, — отказала я, продолжая идти вперёд. Я, конечно, благодарна ему за то, что он вызвался стать спонсором, но не настолько, чтобы терпеть его присутствие помимо общественно полезных встреч.
— Там очень вкусные суши, — не отставал он.
— Я не голодна.
— Если дело в деньгах, то не переживай, я угощаю, — парень самоуверенно улыбнулся, а я опешила. Вот это наглость, интересно исходя, из каких признаков он решил, что я не в состоянии оплатить обед в ресторане? Стало неприятно, я нервно сжала ключи от машины в кармане.
— Нет, спасибо, — твёрдо повторила я.
— В чём твоя проблема? Для меня не составит проблемы угостить тебя, — его настойчивость начала меня раздражать.
— Спасибо, но я спешу, — сообщила я и лёгким движением руки сняла машину с сигнализации.
«Пик-пик» — мамин жук радостно поприветствовал меня, моргнув фарами.
Брови Глеба взлетели вверх, а на щеках проступили едва заметные багровые пятна.
— Твоя? — справляясь с удивлением, протянул он.
— Нет, — честно ответила я.
— Чья? — нескромно спросил парень, и столько осуждения в глазах, как будто я на эту машину насос… Кхм, кхм… на паперти заработала.
От такой неприкрытой бестактности хотелось послать его лесом, но я сдержала порыв, он всё-таки наш будущий спонсор.
— Это машина принадлежит одному из самых любимых мной людей, — стараясь сохранить остатки самообладания, ответила я и даже не соврала. Судя по тому, как помрачнело его лицо, додумал он неправильно. Меня развеселила эта ситуация и я изо всех сил держалась, чтобы не рассмеяться.
— Людей? — переспросил он
— Ну да.
— Молодых людей? — с нездоровым любопытством уточнил он.
— Ну не совсем молодых, но в самом расцвете сил, — искренне заверила я. А что? Мама у меня ещё ого-го, любой молодёжи фору даст.
— Ты что хотел? Я тороплюсь, — вместо прощания спросила я.
— У тебя есть спонсор? — видимо, Глеб решил получить премию за самые бестактные вопросы в моей жизни, потому что другого объяснения его поведению у меня не нашлось.
Я расхохоталась от души, сжала руку в кулак, подняв большой палец вверх, и показала ему «класс». Села в машину, повернула ключ в зажигании и, приоткрыв окно, сказала продолжающему сверлить меня осуждающим взглядом парню:
— Есть и это мои родители, — и, нажав по газам, оставила позади озадаченного Глеба.
***
Я спешила в университет на первые пары, до входной двери осталось совсем чуть-чуть, как вдруг на мой локоть опустилась чья-то рука, заставляя остановиться.
Я окинула вцепившегося в мою руку бомжеватого вида мужчину недовольным взглядом.
— Слышь, красава-ая, — выдохнул он, обдавая меня парами крепкого алкоголя. Я поморщилась, сдерживая рвотный позыв, запах от мужчины исходил как от общественного туалета.
— Руку уберите, я опаздываю, — твёрдо сказала я.
Мужчина окинул меня помутневшим взглядом и решил больше не растрачиваться на комплименты, а перешёл непосредственно к делу:
— Дай полтинник.
— Дядь! Какой полтинник? В наше время у всех карточки. Нет у меня полтинника.
— Ну, хоть чирик, — заискивающе произнёс он. — Чирик есть?
Я тяжело вздохнула, готовясь послать надоедливого алкаша в далёкое путешествие, но меня опередили.
— Руки убрал и на хер пошёл, — прозвучало позади меня. Мужчина отлип от моего локтя и пошатываясь попятился вглубь аллеи.
Я обернулась с целью поблагодарить своего спасителя, но слова застряли в горле, позади меня, скрестив руки на груди, стоял Глеб. Кстати, он сдержал слово и купил деревья, правда, в посадке не участвовал, но нашу команду это не сильно расстроило, мы прекрасно справились сами.
Если честно меня начинало смущать другое, то насколько часто я стала встречать Глеба в стенах учебного заведения. Наши факультеты находились на разных этажах, но это не мешало сталкиваться нам в столовой и коридорах по нескольку раз в день. Временами мне казалось, что он преследует меня, но я гнала эти мысли, понимая, что человек в здравом уме не будет так поступать. Скорее всего, мы и раньше пересекались, просто я не знала парня и не обращала на него внимания.
— Ты считаешь нормальным вести беседу с бомжом? Ты сумасшедшая или может быть бессмертная? — раздражённо спросил он.
Я разозлилась. Во-первых, если бомж, то, что, не человек, что ли? А во-вторых, сложно молчать, когда тебя крепко держат за руку.
— Нет. Просто я знаю, что если меня кто-нибудь обидит, то мой брат-каратист выбьет ему зубы, а папа-стоматолог вставит новые и скажет, что так и было, — почему-то решила не добивать парня информацией о том, что у меня зелёный пояс по карате.
Глеб издал смешок и отвёл глаза.
— Шутишь, да?
— Нет, — серьёзно ответила я и, видя замешательство на его лице, рассмеялась.
— Ладно, шучу. Папа не будет вставлять ему зубы, а сломает бедолаге пару рёбер, — весело подмигнула растерявшемуся парню.
— Папа тоже каратист?
— Нет, он стоматолог, который очень сильно любит свою дочь, — улыбаясь, ответили я, и поспешила на первые пары.
Глава 7
Мы в ответе за тех, кого приручили.
Антуана де Сент-Экзюпери.
Алиса
Недалеко от двери на ступеньках сидел растерянный Илья.
— О, класс! Тебя предки наконец-то из дома выгнали? А я им давно говорила, что от такого лба избавляться надо, — подколола я брата и приготовилась услышать в свой адрес не менее «приятные» слова.
— Ха-ха, твой юмор такой же тухлый, как и ты, — огрызнулся он и я поняла, что произошло что-то серьёзное, потому что в хорошем настроении брат отбивал мои подколы на раз-два.
— Что-то случилось? — настороженно поинтересовалась я. Мы, конечно, троллили друг друга по-чёрному, но на самом деле я была готова за него не только горы свернуть, но и шею обидчикам, если бы понадобилось.
— Вот, — Илья вытащил из-под толстовки пушистого котёнка. На светлой шерсти животного налипла тёмная грязь, а вид у малыша был несчастный и напуганный.
— Фигасе номер. Ты зачем его притащил? Кокс его сожрёт, — заключила я.
— В том то и дело, — озадаченно согласился брат, — Кто-то выкинул, козлы. А он так жалобно орал возле магазина, пришлось забрать. Кокс как его увидел начал лаять, а этот от страха чуть не умер, — брат растерянно тряхнул головой.
— Мать Тереза. Бли-и-ин. Ладно, сейчас что-нибудь придумаем.
— Весь в тебя, — из уст брата прозвучало как оскорбление.
Я достала телефон и набрала Таю.
— Привет, — раздался голос подруги в трубке.
— Привет. Можешь взять котёнка на передержку? Какие-то мудаки выкинули, а у нас Кокс.
— Не, я не могу, у бабушки аллергия на шерсть.
— Подстава…
Подруга ненадолго замолчала, но затем оживлённо посоветовала:
— Ты попробуй Антону позвонить, он тебе вряд ли откажет.
— Точно. Спасибо, — поблагодарила я и сбросила вызов, нашла в телефонной книге номер однокурсника и стала слушать в трубке протяжные гудки.
— Алло, — ответил бодрым голосом парень.
— Антон, привет! А ты можешь взять котёнка на передержку? Кто-то выкинул, а у нас Кокс.
В повисшем молчании я представила, как парень озадаченно думал над ответом.
— Нет, прости, я бы с радостью, но у меня мама животных на дух не переносит. У неё пунктики на чистоте.
— Понятно. Жаль. Ну, тогда пока, — грустно протянула я.
— Пока, — попрощался парень.
Без особой надежды написала в чаты однокурсников и "зелёных", но желающих взять котёнка на передержку не нашлось. Мне хотелось взвыть от безвыходности ситуации. Куда же мне его пристроить?
И тут меня осенило. Я с надеждой стала рыться в записной книжке. Как же я его тогда назвала?
Ага, Олень-мусор.
— Да, — в трубке послышался раздражённый полусонный голос.