Арбалетчик с Тверской (СИ)

Пошли уже светает…
 Глава 6 
Поход в инквизицию не занял много времени, сейчас в Праге таких комиссий было несколько, но по имени монаха мы нашли нужную и с первыми солнечными лучами вошли в это так называемое святое учреждение. Вчера святые отцы снимали стресс — это если по-научному по-простому просто бухали как не в себя. Аромат в келье стоял специфический — дежурный монах слушал нас безо всякого интереса, такие просители у него были каждый день и не по одному десятками, но услышав свое имя поперхнулся святой ветчиной и немедленно задал вопрос — этот негодяй написал такое ложное прошение на действия монаха Ионы. Мы смиренно подтвердили — что да, этот негодяй считает, что святой отец Иона присвоил немало ювелирных изделий и практически каждую ночь посещает бордель «Ласточки». Вот такой негодяй этот капитан командир роты наемников Фридрих Фосс и мы как честные люди не смогли промолчать. И скромно умолчали о том, что десять процентов изъятого имущества предназначено нам за бдительность и принципиальность. За Фридрихом ушли сразу, нас придержали — предстояла очная ставка с этим негодяем. Мы просидели до обеда, но очная ставка не понадобилась — наш уже бывший капитан ныне еретик и негодяй и до кучи колдун спалился по полной. Уже при поверхностном обыске нашли и заявления на нескольких святых отцов и несколько хрустальных шаров и около полусотни различных книг мистической направленности и, собственно, при таких объективных доказательствах уже не нужны были свидетели и очные ставки.
Следствия Фосс не выдержал и сообщил ещё о группе еретиков и следствие во избежание каких-либо эксцессов просто приговорило и капитана уже бывшего ныне колдуна и черного мага и всех его товарищей к очищению огнем. Следствие было очень коротким — утром взяли и в обед уже они стояли у столбов. Ближе к вечеру нам выдали и наши десять процентов за разоблачение черных сил — получилось три тысячи талеров мне и моему свидетелю тоже перепало две тысячи талеров. Это было пять мешков серебра. мешки были небольшие из кожи, но мы ели утащили свою добычу. Итог бывшего капитана был закономерный — не рой другому яму, можно самому упасть.
Пройдя по краю и чудом не встав в огонь у столба у меня, окрепло решение ускорить формирование роты и не затягивая уйти в лагерь к Валенштайну, из военного лагеря святые отцы старались никого не цеплять. Им хватало и городских несчастных.
Формирование роты удалось ускорить. Мне нужны были два офицера это первый и второй лейтенант и нужен был прапорщик сейчас это реально человек отвечающий за знамя роты и со своим помощником прапорщик нес полную ответственность за сохранность знамени. По количеству солдат — здесь был огромный разброс можно было и сто человек набрать можно было и двести строгих ограничений не было. Три сержанта и скажем так нестроевые должности — это горнист, барабанщик и флейтист и хозяйственные должности — оружейник и пекарь/ в принципе можно было и не брать таких специалистов, но я решил, что ремонт и ковку лошадей лучше делать централизованно/ потому и набирал и портного, и сапожника. Из старой роты ко мне ушли все молодые солдаты и численность сразу прыгнула к полусотне. Уже сейчас можно было идти заключать контракт, но я решил все-таки довести численность состава роты до планируемой.
Штат роты я слизал у шведской армии самой передовой на то время. Четыре плутонга мушкетеров, два плутонга копейщиков и плутонг гренадеров, и плутонг арбалетчиков. Почему оставил арбалетчиков, ведь арбалет устарел, и те же шведы от использования арбалетов отказались. Всё дело в различии в применении — большие полки могли себе позволить иметь на вооружении только мушкеты и фузеи. Но что делать небольшой роте если придётся действовать в отрыве от главных сил и пошел дождь. В сырую погоду мушкеты выходили из строя и фактически превращались в дубины. Штыков пока не придумали вот я и придумаю эти самые штыки. Прошу прощения отвлекся. В сырую погоду стрелять из огнестрела невозможно — порох отсыревает и всё стрельба невозможна. Вот тогда и появляется необходимость в арбалетах и можно быть спокойным любой враг получит отпор. У шведов появились первые подразделения гренадеров и потому у меня в роте есть плутонг гренадеров — слабая, но замена артиллерии, которой у меня нет.
 
Основные затраты уйдут на оружие / мушкеты/ и однообразное защитное снаряжение — шлемы и кольчуги и всякого рода защиты рук и ног и горла. Конечно, эта защита не спасет от мушкетной пули в упор, но сейчас и осколки есть и холодное оружие ещё не ушло в прошлое. Так что защита и доспехи нужны.
У меня в роте планируется четыре плутонга солдат с мушкетами и вокруг них будут завязаны копейщики и гренадеры.
Деньги на мушкеты я нашел и даже хватило на однообразное снаряжение к мушкетам — перевязь с «апостолами» апостолов двенадцать вот и носят этих самых апостолов на перевязи на груди. И получилось взять двести шлемов одной партией и это было неслыханное везение — сейчас таких партий обычно не делают. Эти шлемы сделали по заказу французской наемной роты. Но рота ушла во Францию и сейчас у нас в противниках. Но скорее всего эти шлемы просто не выкупили денег не хватило. Вот и пошла вся партия на рынок в розницу по одному, но повторюсь мне повезло, и я успел выкупить все по оптовой цене. Ножи, кинжалы, мечи, сабли и шпаги у всех были разные, но тут уже я ничего поделать не смог. Пока не смог, но сё равно рота будет ходить со стандартным вооружением и доспехами.
До двухсот человек я, конечно, за неделю не успел довести численность роты, но и сотни хватило заключить контракт с Альбрехтом и по контракту я мог добрать недостающих и после фактического наличия оплата шла на всех. Сейчас только на тех, кто был в наличии. Особо будущего герцога восхитила моя идея однообразного вооружения и доспехов. Даже сейчас имея только стандартные шлемы, рота выгодно отличалась от остальных рот полка. Мы выглядели более солидно и как-то сильнее, чем остальные. Лагерь полка Альбрехта, но там в этом лагере были и остальные роты, находящиеся в найме у Валенштайна, был ошарашен тем распорядком дня роты, который предусматривал — утреннюю зарядку, общий завтрак, обед и ужин и главное постоянные строевые занятия и постоянные упражнения с мушкетами. Так никто не делал, считалось солдаты — наемники уже специалисты в военном деле. наплевав на общее мнение в роте на плац, выгоняли всех. И время с восьми до восьми было служебным — кроме субботы и воскресенья это были выходные для тех, кто выполнял учебный план. День начинался с построения на гимнастику и затем был завтрак и далее по расписанию либо строевые, либо оружейные занятия и да, мне удалось изготовить первые образцы штыков — часть штыков вставлялась в ствол мушкета и тогда невозможно стрелять и часть штыков присоединялась к стволу и тогда можно было стрелять. Пока проводилась испытания как удобнее и надежнее. На эти занятия по штыковому бою зрители не приходили. Эти занятия проходили в поле вдали от любопытных глаз. И конечно сапоги и снаряжение всё это постепенно приводили в пристойный однообразный вид.
Нас постоянно дергали — будущий герцог отжимал одно поместье за другим и для закрепления своей собственности на поместье сначала из этого поместья надо было выкинуть прежних владельцев. Этакий вариант недружественного поглощения образца тридцатилетней войны. Почему на эти мероприятия брали в основном мою роту. Внешний вид роты значительно отличался от внешнего вида остальных — моя рота выглядела прилично, остальные разбойники разбойниками. Для солидности брали нас, когда надо было пугать до полусмерти, брали других.
Но в ближний круг Альбрехта я попал из-за другого события. Из сундуков с имуществом у Валенштайна стали пропадать ценности, сначала по немного и по истечении довольно короткого времени стали тянуть золото и серебро уже в крупном размере, и никакие караулы не помогают и меняли роты, и ставили в караул только ближних всё равно пропадает и никоих даже предположений кто ворует не осталось. Все предположения перебрали, и даже святые отцы не помогли. Заколдованный круг.