Спасите меня, Кацураги-сан! Том 18 (СИ)

Я уже окончательно убедился, что страдает Тэнно-хэйка не от заболевания, а от отравления каким-то ядом. И раз ему резко стало хуже, значит, на этот раз злоумышленник увеличил дозировку. Похоже, ранее он хотел, чтобы император умирал медленно, а теперь почему-то решил покончить с ним как можно скорее.
И это большая ошибка. Даже в мыслях моё умозаключение звучит странно, но ухудшение состояния императора — это к лучшему. Если всё пройдёт так, как я думаю, мне удастся не только спасти Ацухито, но и вычислить человека, стоящего за покушением.
  
Я мигом подхватил сумку со своими инструментами и рванул к такси. Ехать от моего дома до дворца императора совсем недалеко. Если пробок не будет, доберусь минут за пятнадцать.
На этот раз проверяли меня гораздо меньше. Охрана лишь бегло осмотрела мою сумку с инструментами, после чего мне велели как можно скорее пройти через дворцовый комплекс к зданию, где живёт семья императора.
Похоже, напряглись потомки Аматэрасу не на шутку. Видимо, Ацухито и вправду при смерти. Вот только по моим предположениям именно его младший брат является тем, кто организовал отравление. Мотивация есть только у него.
Однако всплывает резонный вопрос, зачем же тогда Шинохито сам вызвал меня во дворец? Возможно, чтобы выкрутить всё так, будто это по моей вине погибнет император. Кто-то явно хочет выставить всё как врачебную ошибку.
Пока что я не могу сказать, кто на самом деле виновен, но одно знаю точно. Враги императора просчитались уже несколько раз. И их главный просчёт — это попытка подставить меня.
Ведь лекарская магия, как правило, не создаёт ятрогенные болезни, а значит, и ошибку я не совершу ни при каких обстоятельствах. А если кто-то и попытается сделать её за меня — я это замечу.
Как только я прошёл через все досмотры и оказался внутри жилого здания, меня тут же встретил молодой мужчина в строгом костюме. Мы поклонились друг другу одновременно, без лишних слов. Я сразу понял, что передо мной брат императора — Шинохито.
— Пройдёмте, Кацураги-сан, скорее, — произнёс он. — Император у себя в спальне.
Я последовал за Шинохито. Вслед за нами выдвинулись три охранника. Хоть император и доверял мне, но вооружённые люди всё равно следили за тем, чтобы я не наделал глупостей. Хотя, возможно, этот приказ отдал им Шинохито.
Вообще, я не совсем понимаю, почему Ацухито подписал отказ от госпитализации. Он упоминал, что боится покушения в стенах больницы. И это логично, если всему виной не обычная паранойя, а имеющие свою почву подозрения.
Но всё же есть риск, что никакой отказ Ацухито на самом деле не подписывал. Возможно, его брат солгал мне об этом. А предварительно дал такую дозу яда, что вытащить императора без госпитализации уже невозможно.
— Кацураги-сан, вы, пожалуйста, постарайтесь, — прошептал Шинохито. — На вас вся надежда. От вас зависит судьба нашей династии.
Судьба династии? Ну-ну. Просто титул получит Шинохито, а затем передаст его своему сыну. Хотя…
Стоп.
Что-то здесь не так. Пульс Шинохито учащён, на лбу выступает пот, дыхание быстрое, поверхностное — он волнуется. Но я уже давно научился управлять своим собственным магическим детектором лжи. И могу сказать точно, что все эти показатели говорят о стрессе, но не о попытке солгать.
И что же, чёрт подери, это значит? Выходит, что Шинохито его не травил? Странно. Иногда, конечно, моя магия сбоит, если мне приходится иметь дело с прирождёнными лжецами, которые научились пудрить людям голову ещё до того, как пошли в начальную школу.
Но всё же лучше быть начеку. Есть вероятность, что Шинохито невиновен. А виновного мне всё равно придётся найти, причём сегодня. Какой смысл лечить императора, если злоумышленник снова отравит его уже на следующий день?
Оказавшись в комнате Ацухито, я подошёл к постели больного и на ходу активировал «анализ».
Император не двигался. Его глаза были закрыты. Дышал мужчина очень тяжело, а пульс… Погодите-ка, а что у него с пульсом⁈
Он нерегулярный. Я бы даже сказал — хаотичный. Волны пульса непредсказуемые, как морская вода во время шторма.
А сердце тем временем выдавало сумасшедший ритм, из-за которого и пошли такие проблемы с пульсом. Вот сейчас бы точно пригодился переносной дефибриллятор.
У пациента фибрилляция предсердий. Сердечная мышца пляшет как сумасшедшая, но при этом не прокачивает кровь так, как надо.
— Его несколько раз вырвало, — сказал Шинохито. — Может, хотя бы вы сможете сказать, что творится с моим братом?
Вырвало? Интересно… А вот это уже совсем непохоже на предыдущие симптомы. Возможно, конечно, его вырвало из-за резкого падения давления. Такое бывает при фибрилляции, но я бы не сказал, что это — правило.
Может, к старому яду добавили что-то ещё? Или в большой концентрации это вещество начало вызывать новые симптомы?
Так, нужно сосредоточиться! От моих дальнейших действий зависит не только судьба императора, но ещё и моя. Если уж я с «Фебрис-12» разобрался, то и дворцовые интриги не должны стать для меня сложной задачей.
В первую очередь я начал приводить в порядок сердечный ритм. Но специально не довёл дело до конца, чтобы окончательно купировать приступ уже лекарственным средством. А то меня и вправду начнут подозревать. Всё-таки странно, когда пациенту с фибрилляцией становится легче от одного лишь присутствия врача. Это совсем не тот случай, где больного можно вылечить добрым словом.
— Мне нужен дигоксин, — скомандовал я. — Тэнно-хэйка должен был держать его при себе на всякий случай. Я выписывал его несколько дней назад.
— Обыщите ящики! — крикнул охранникам Шинохито.
Через минуту мужчины извлекли несколько коробок с физраствором и ампулы с дигоксином. Я был готов к тому, что мне придётся экстренно восстанавливать ритм Ацухито, поэтому выписал ему всё необходимое для такого случая. Осталось только поставить капельницу.
Но что-то меня в этот момент остановило. Моя рука замерла над ампулами с дигоксином. Их точно никто не мог вскрыть, герметичность упаковок и стеклянных сосудов была идеальной.
Однако интуиция вопила, что я действую именно так, как того желает злоумышленник. Раз кто-то травит императора, значит, у этого человека есть доступ к его дому. Следовательно, и о дигоксине этот человек тоже знает.
Враг мог предсказать, что я буду вводить это вещество. Но как он мог воспользоваться этим в своих целях?
Я вновь повернулся к лежащему на кровати Ацухито. Императору уже стало немного лучше. Он даже несколько раз попытался приоткрыть глаза, но снова провалился в сон.
Настало время ещё более тщательно проверить его кровь. Пробежаться по плазме «молекулярным анализом». Определить каждое вещество, которое там сейчас плавает.
Чувствую, что я уже очень близок к разгадке. Правда, магии придётся потратить чрезвычайно много, но за этот год я нарастил огромный запас маны. Ничего страшного не случится, если я резко потрачу его целиком. Максимум — похожу с низким давлением несколько дней. Будет лишний повод выпить больше двойного эспрессо, чем обычно.
И через пять минут обследования крови я обнаружил главную ошибку злоумышленника. Как раз то, о чём я и подумал, когда выезжал на помощь императору. Ранее в организм Ацухито попадало слишком мало яда. Он быстро распадался, и я не мог обнаружить его следы. Зато теперь яда в крови так много, что его легко удастся определить лабораторным методом.
Однако сам я уже знаю, что было введено императору.
Вещество явно новое. Похоже, его синтезировали совсем недавно, но по сути своей оно напоминает батрахотоксин — яд, который выделяется кожей лягушек-древолазов, обитающих в Южной Америке. Если человек коснётся такой лягушки, а в его коже будут находиться хотя бы небольшие трещины — всё. Это — конец. Аритмия и остановка дыхания.
  
Но в данном случае яд модифицирован. Ослаблен и сильно разбавлен.
Я взял шприц и принялся извлекать кровь из вены императора.
— А⁈ — вздрогнул Шинохито за моей спиной. — Кацураги-сан, что вы делаете?