Зеркальный Город (СИ)

Поднялась Камата Чиоко. Пристально посмотрела на Кэйташи. И ушла к Окумуре. Вскоре они обе вышли. И ушли из отдела. Судя по пачке сигарет в руке у Чиоко — в курилку двинули. Кэйташи же закрыл изображение… И удалил сообщение. Вместе с картинкой, естественно. На всякий случай. Как говорится: «при прочтении — сжечь».
— Кэйташи.
Парень поднял взгляд. Перед его столом стояла Нода Эйка. И да, обратилась прям совсем по-свойски.
— Да, Эйка, слушаю тебя, — принял подачу Кэйташи.
Девушка слегка улыбнулась, к прищуром окинув парня взглядом (про проблему обращений парней к девушкам помните?).
— А ты на следующую пятницу планы имеешь? — спросила девушка.
Кэйташи задумался.
— Вообще не знаю, — вздохнул он. — Тут до завтра бы дожить.
— Ну, ты пропиши. Карандашиком, — усмехнулась девушка.
— Без проблем, — ответил Кэйташи.
«А, подождите. Сирены. Впрочем…»
Эйка же довольно, хищно даже улыбнулась. И, кивнув, ушла за свой стол.
«Ладно, работать надо».
Кэйташи открыл сообщение. Перенёс файлы на рабочий стол. В этот момент ему пришло сообщение уже на телефон. Парень взял аппарат.
— Хм, — улыбнулся он.
Мэй прислала фото. Два парня зачищают от краски перила. С такими важными лицами, словно стержни в ядерный реактор опускают.
«Минами-сан готовит им обед, — добавила Мэй. — Я напросилась к ней. Помогать».
«Молодец. И ты, и Минами-сан. И парни».
Только Кэйташи сейчас нахмурился. Вообще-то… Это сублимация. Матери. С другой стороны, не мужику же показывать пример женщины. Тем более, матери.
«Как всегда. Когда касается… близких людей, которых очень не хочется огорчать, всё тонко».
* * *
В курилке
— Так что, думай, Чиоко, — произнесла после рассказа Окумура. — Как тебе будет лучше. Остаться здесь или пойти в новый отдел замом. Двадцать человек, по штату положен заместитель.
— Симатта, — скривилась Камата.
Она затянулась, с хмурым видом.
— Знаешь, что забавно, — Рика выдохнула дым. — Похоже… Меня двинули в этот отдел, благодаря Кэйташи.
Чиоко вопросительно приподняла брови.
— Тиба, — пояснила Окумура. — Он написал анонимку. На меня. За то, что я Кэйташи прикрыла. И вышло так, что… Это, наоборот, в плюс сыграло.
Чиоко покачала головой.
— Бывает же, — произнесла она.
— Да, — Рика затянулась. — Конечно, это мне не забудут… Но, благодаря выходке Абэ, у меня теперь репутация жёсткого руководителя.
— А его ты? — спросила Камата.
— Он уже говорил, что готов, — ответила Окумура. — Да и с другой стороны. Там зарплата больше. Не подвал. Странно, если он вдруг в отказ пойдёт.
— Ну, да, — Чиоко нахмурилась. — Сколько у меня времени?
— Думаю, пара недель, — ответила Окумура. — Пока приказ, пока процедуры. Но потом мне надо будет говорить. Тебя представлять или пусть ищут другого человека.
— А Кумагаи? — спросила Камата.
— Она не захочет, — ответила Рика. — Томоко… Сама знаешь. От денег она не откажется. Но пробиваться, командовать… Интриговать, вот это только скажи.
— Так это ты большую часть с собой утащишь, — произнесла Чиоко.
— Ну, пока всё закрутится, новых людей набрать и обкатать успеем, — заметила Окумура. — Опять же… От студентов я буду избавляться. Так что четыре вакансии уже есть.
— Они что-то сделали? — спросила Камата.
— Стояли около турникетов полчаса, — ответила Окумура.
— Н-да, школьники, — вздохнула Камата.
— А мне даром не надо разбираться в их нежных и ранимых душах, — холодно заметила Рика.
— К этому шло, — спокойно произнесла Чиоко.
— Вот именно, — поморщилась Окумура. — Я же понимала, что так и будет. Но…
Она затушила окурок о край мусорной корзины.
— Больше жалеть не буду, — твёрдо произнесла она. — Не хочешь работать — не держу. Не всё же время Кэйташи будет ходить и бить.
— Да, это было бы немного неправильно, — усмехнулась Чиоко.
* * *
Два часа дня. Столовая
По причине воскресенья, в столовой никого не обнаружилось. И обед, так-то, уже прошёл. Но правила внутреннего распорядка не расписывали строго время приёма пища. Потому что начальник тебе такой втык вставит, если пойдёшь в неположенное время или слишком долго будешь трапезничать.
 
Но у Кэйташи имелся личный бонус, поэтому он спокойно и неторопливо насыщался в одиночестве. И уже почти закончил, как у него брякнул телефон.
«Хэй, хулиган!»
«Сегодня, что делаешь?»
Странная у Сэнго привычка — отправлять по предложению.
«Как и вчера, планов нет, — ответил Кэйташи. — Можешь меня использовать».
«Ты что?»
«Обиделся за вчера?»
«Меня просто начальница внезапно озадачила».
«С чего мне обижаться? Мы же не встречаемся. Занята, так занята».
Пауза.
«Хм».
«А вот сейчас почему-то мне обидно стало».
«То есть, если я бы обиделся, тебе было бы лучше?» — ехидный смайл.
«Не знаю».
«Хотя»
«Да»
«Было бы лучше»
Кэйташи усмехнулся. Н-да.
«Слегка эгоистично, не находишь?» — смеющийся смайл.
«Ой, да тебя таким не пробить».
«Так что?»
«Во сколько?»
«Условия ровно те же, — ответил Кэйташи. — Как начальница отпустит».
«О-о!»
«Ты опять на работе, что ли?»
«Ну, да. Понимаешь, люблю покушать. И, желательно, каждый день».
«Ладно. Занятый мужчина. Отпиши, когда освободишься».
«Хорошо».
Кэйташи убрал телефон в карман… А тот снова спиликал.
«А может, мне в твой отдел зайти?»
«Зачем?»
«Ну, ты что, не хочешь?»
«Коллег удивить?»
Парень покачал головой.
«С какой целью?»
«У-у!»
«Скучный ты!»
«Фу быть таким!».
Усмехнувшись, Абэ убрал телефон и поднялся. Дошёл до мойки.
«Интересно, оригинальный Кэйташи встретил бы Сэнго? — пришла ему мысль. — Она — обязательный чек-пойнт? Или это уже моя инициатива? Хм. Кэйташи тоже приходил в тот парк. И Сэнго сама подошла».
Занятно. Реперные точки. И не угадаешь заранее, какие именно люди или места, ими являются.
«Как всегда, в общем, — усмехнулся парень. — Везде и со всеми… Надо свою линию тянуть».
Вымыв контейнер, он оторвал бумажное полотенце, вытер посуду. Оторвал ещё одно, для рук.
«Вот, даже не туда выброшенное полотенце, — подумал он, бросая упомянутый предмет в корзину. — Может сыграть роль».
Ладно. Оставим философию для состояния дзен. Курить и работать…
… Зайдя в курилку, Кэйташи обнаружил там двух парней из курьерского отдела, который, как и архив, находится в подвале. И курьерский был совсем небольшим, всё же эпоха исключительно бумажного документооборота всё больше отдаляется.
Когда Абэ закурил, в курилку вошли девушки уже из его отдела.
— О-о, Эй-чан! — обрадовался один из парней-курьеров. — Привет!
— Ага, — с лёгкой иронией ответила та. — Что, с девушкой расстался?
— Эй-чан, — с лёгкой обидой ответил парень. — Я не врал! Мы реально…
— Да, ладно, ладно, — усмехнулась Нода. — И что же, ты хочешь пригласить меня в ресторан?
Парень смутился.
— Ну, только не… прямо сейчас, — негромко произнёс он. — Давай…
— Через неделю, да? — улыбнулась девушка. — Когда зарплату дадут? Так и предлагай через неделю.
— Я предложу, Эй-чан! — с горячностью ответил парень…
…Когда эти двое ушли, дамы подошли к Кэйташи. Который сидел на лавочке, у стены. Анзу села слева от парня. Кину справа. А Эйка осталась стоят перед Абэ.
— Не надо бить, я и так всё скажу, — усмехнулся Кэйташи.
— Вот это хорошо, — усмехнулась Анзу. — Кэйташи… А ты в какой клуб ходил в школе?
Парень удивлённо покосился на собеседницу.
«И куда же мы ходили? Так… Кюдо? Серьёзно?»