Зеркальный Город (СИ)

Очень странно сейчас идти по абсолютно чужому городу, при этом не ощущая себя приезжим. И, на секундочку, в чужом теле. Конечно, Ярослав сейчас не чувствовал эту самую «чуждость». Он словно был собой. Никаких отличий во внутренних ощущениях. Разве что не требовалось щуриться, когда вдаль смотришь. Зрение у Кэйташи было в полном порядке.
Но кое-какие отличия всё же есть. Идти легко. Просто идёшь, не ощущая «потасканности» сорокалетнего и немало переломанного тела. Молодость. И это хорошо. А вот плачевное финансовое положение — это никуда не годится. Но пока с этим ничего нельзя сделать.
«Да, нельзя, — Ярослав перебирал воспоминания Кэйташи. — Засада кругом».
Из образования только колледж. Никаких специфических навыков или знаний. Совершенно обычный, стандартный, безликий человек. Один из миллионов офисных кротов. Хорошо, что удалось устроиться в «Toray». В этом Кэйташи немного повезло. Чуть не случайно он тогда на собеседование попал и каким-то образом его прошёл. Но на этом и всё. Он один из тех вечных кохаев, младших. Клерк бесправный. Сидит в большом кабинете, с полутора десятками таких же мальчиков и девочек. Последних, кстати, больше. Что, опять же, логично. Женщины более расположены к такой нудной работе.
Шесть парней, десять девушек. И парни вот такие, как Кэйташи. Похоже, его и отобрали на этой основе. Что он выглядит и ведёт себя, как типичный хикки (толерантное название лоха). Это такие затворники, с конкретными проблемами общения.
«Хм, а что, есть в этом основание. Нанял таких пачку. Амбиции почти нулевые, образования минимум. Работу потерять боятся, потому что другую искать — смерти подобно. Опять же, на них орать можно — они молчать будут. Можно навалить обязанностей — ничего не скажут».
Обидно? Текущему Кэйташи нет. Всё грамотно. Хочется ли это изменить? Посмотрим. Надо оглядеться. Это прежнему Кэйташи нужно было лишь досидеть до ухода домой. Он от входа в здание до кабинета перебежками перемещался, пригнувшись. А в кабинете в свой уголок прыгнет и сидит там, как мышь, только бы местные девахи на него внимания не обратили. Потому что их внимание — это почти всегда издевательство, разной степени тонкости. Особенно любили мадамы поддевать парня за факт девственности. И это тоже стандартное развлечение, кстати. Девушки таким образом, унижая мужика, выпускают пар. Мстят за собственные неудачи. Не Кэйташи, так кто-то другой под раздачу попадает. Они же тоже живут на работе. Не только Абэ постоянно после шести остаётся. Тут такая практика — норма жизни. В «Toray», кстати, ещё неплохо. За это доплачивают. Немного, но хотя бы что-то.
«Вот да. Братан, курить — это ты вообще здорово придумал», — это Ярослав прокомментировал порыв тела зайти в магазин, за сигаретами.
Но кто из нас безгрешен? Яр и сам курил, как паровоз. Так что в магазин зашёл, сигарет купил. По памяти. Mevius. Пятьсот шестьдесят иен. В мягкой пачке, что примечательно.
Mevius
Вышел на улицу, распечатал. Выбил из пачки сигарету. Зажигалка нашлась в кармане штанов. От рабочего костюма. Гардероб у Кэйташи скромный. Два костюма на работу, джинсы, пара футболок. Стоик, на.
«Так, — подумал Кэйташи, закурив. — И что же по итогу?»
Похоже, начинают таки догонять рефлексии. Нужно найти место… поуединённее. И там похандрить.
Парень повернул направо и зашагал по улице. Из памяти пришла картинка небольшого парка неподалёку…
* * *
Час спустя. Парк Йойоги Оямы
 
Парк
В этом парке Кэйташи бывал не единожды. Он состоял из двух половин. На одной была детская площадка, и там почти всегда резвилась детвора. И два бейсбольных поля составляли вторую половину. Поля были изрядно запущенны, игру на них Кэйташи видел лишь единожды.
Чтобы прийти сюда, на скамеечки, нужно обойти бейсбольные поля, огороженные высоким сетчатым забором. И среди густой растительности за спортивными сооружениями, можно посидеть, подумать. Ходят здесь редко, мешать не будут. Опять же, это уже, по факту, не территория парка. Не погонят за курение. А Кэйташи пришёл не только с сигаретами, но и тремя банками пива. Обмыть новопреставленных Ярослава и Кэйташи. А у первого ещё и новый день рождения. Поэтому и три.
В парке
Было ещё утро. Хоть и воскресенье, но тут никого не удивить работой в этот день, поэтому было безлюдно. И мамочки с детишками ещё не прибежали, так что никто не вырвал Кэйташи по пути из его странного, отстранённого состояния. Парень устроился на лавочке, открыл банку.
— Ну, — поднял он тару. — За тебя, Кэйташи. Ты был нормальным парнем. Пусть и не волком.
Глоток. Газированная жидкость защипала язык и горло. Пиво было кислым и слегка сластило. Кэйташи откинулся на спинку. Небо сегодня хмурилось.
— Кэйташи, — пробормотал парень, словно пробуя имя на вкус. — Абэ.
Кстати, из дома он ушёл ещё и потому, что мог банально спалиться. А придёт снова с запахом, и все странности поведения спишутся на опьянение. А потом к ним привыкнут. Жить, как прежний владелец тела, новый драйвер не собирался. Скромный мальчик Кэйташи канул в лету.
«Но сразу вскрываться до дна не стоит. Будем выдавать изменения, по возможности, плавно, постепенно».
Он отпил из банки. Цыкнул. Достал сигареты. Вскоре в сторону ограждения стадиона поплыл дымок. В этот момент с чего-то вспомнилась курилка в офисе. На работе Кэйташи. Планктон курил чуть не поголовно. Оно и понятно, с такими-то стрессами. Курилка никогда не пустовала. Дымили, и парни, и девушки. Иногда, когда начальство начинало очередной цикл борьбы за производительность труда, в курилку ходили по расписаниям. Но обычно когда хотели. Что, отличается от медийных картинок Японии? И здесь люди стараются загаситься, поменьше работать и так далее.
«Интересно, чтобы сегодня делал Кэйташи? Да отлёживался бы полдня. Потом потащился бы в магазин за едой. Родственники же кушать хотят. М-да. Есть ощущение, что он и так недолго протянул бы в таком режиме».
А может и сюда бы пошёл. Место им изученное…
* * *
Тогути Сэнго. 26 лет
Голова болела четвёртый день. И демон бы с ней, современная фармацевтика такие вопросы легко решает. Но мозг отказывался думать. Такое бывает, своего рода периоды отупения. Никаких идей, вообще ничего не задевает. Противоположность этому — когда даже дверная ручка, унитаз, да просто облака могут вызвать ассоциативный ряд.
Плохо то, что этот период совпал с началом рекламной компании «Toray Engineering». Дочерней строительной компании. Да ещё и тема тяжелая, жилые комплексы. Естественно, что пиарщики строителей обратились за помощью в головной офис… А у Сэнго «критические», чтоб их, дни! Да, Хиромицу Хана, начальница, подруга и бывшая сокурсница, об особенностях Сэнго была осведомлена и не наседала. Но… Надо отрабатывать деньги. А Сэнго уже неделю не может войти в рабочее состояние!
Это вызывало то приступы лютого депрессняка, то выливалось в припадки бешеной злости. Вчера Сэнго вызверилась на паренька в магазине. За то, что тот подал не те сигареты… А потом ещё и убежала, так и не купив ничего. И теперь, словно специально поиздевавшись над собой таким образом, ещё и маялась от никотинового голода. И одновременно ей не хотелось идти в магазин. Стыдно. Вдруг тот парень и сегодня работает? А идти в другой магазин лень. Да, вот такая она в состоянии хаоса. Разнонаправленные желания, чувства и мысли.