Божественная частица (СИ)
«Какой ты сегодня правильный, однако», не упустила момента подначить его Звездочка.
«Ну, знаешь ли. Я дал слово. А мужчина, который дал слово…»
«…должен костьми лечь, но выполнить его. Я помню, ты это часто говоришь».
«Ты лучше думай, что собираешься делать, когда вернешь все свои силы».
«Но мы еще не все нашли».
«А осталось то всего найти Алканоста и добыть ее мозг. Потому как все остальное мы считай собрали. Василиса вышла за Ивана и стала царевной. Из лягушки превратилась, значит перевертыш. Да и сам Иван за это путешествие приобрел очень много, думаю он готов зачаровать для нас стрелу».
«Даже не верится. Осталось совсем немного».
Ивор в задумчивости шел вперед, глядя на звездное небо. Он думал обо всем и ни о чем одновременно. Хотя один момент все же всплывал в его голове наиболее явно.
«Что тебя тревожит?»
«Да просто подумал, что наша с тобой история вот-вот может закончиться, а мне даже как-то грустно от того, что ты уйдешь».
«Пф-ф, ты помнишь, что говорил мне в Нави? Ты обещал, что будешь со мной и мы разберемся со всеми проблемами. Так что никуда эта Валькирия от тебя не уйдет, ха-ха!»
Она немного подумала, а потом более серьезным тоном добавила.
«Если конечно ты все же решишь отправиться со мной в божественную обитель».
Тут уже усмехнулся Ивор.
«Столько всего произошло, что я просто и не посмею уже отказать. Просто… не покидай меня, ладно?»
«Чего это ты вдруг такой сентиментальный?»
«Да чего-то накатило. Не обращай внимания».
Так, в разговорах, ближе к вечеру следующих суток, они добрались до Арконы. В царском дворе стоял Берендей и Иван с Василисой. Царь восхищался конем, которого Иван привез из путешествия, говорил комплименты Василисе и в целом очень радовался, что его сын так изменился в лучшую сторону.
— Ох, вот и он, парень, благодаря которому все и случилось! — завидев Ивора, Берендей раскрыл объятья и как-то по-отечески обнял юношу.
— Если вдруг надобно тебе чего, ты не стесняйся, все что угодно. Ты всегда желанный гость в нашем доме, знай это!
— Благодарю. Тогда, не сочтите за грубость, одна просьба все же имеется. Мне бы корабль какой. Небольшой, для меня одного. Думаю, я достаточно погостил у вас на острове, пора бы и домой.
— Конечно. Прикажу придворным плотникам, они за ночь тебе соорудят достойную посудину.
Юноша уважительно поклонился, после чего Берендей в хорошем настроении вернулся в свой замок.
— Никогда еще не видел отца в таком хорошем расположении ко мне, — удивленно сказал Иван.
— Все меняется, когда ты приобретаешь качества настоящего мужчины. Тебе хватило смелости пойти со мной и освободить свою невесту, так что теперь все в твоих руках. Сбереги это счастье и этот статус. И тогда у тебя будет спокойная и прекрасная жизнь.
— Я помню те твои слова. И запомню их надолго. А насчет того, что говорил отец. Действительно, если тебе что-то нужно, все что угодно.
— Эх, Ваня, то что я хочу на самом деле не способен дать ни один человек. Но! Ты можешь мне очень помочь. Вы оба.
Иван кивнул, крепче обнимая Василису. Девушка также внимательно слушала Ивора.
— Как ты помнишь, у меня тоже есть, скажем так, моя судьба. Моя Валькирия. Моя ситуация малость похожа на твою. Она тоже проклята. Вот я и собираю по всему миру вещи, которые смогут одолеть его. Поэтому я прошу у тебя лично зачаровать ту самую стрелу, которой ты нашел Василису. Нужно вложить в нее частичку своей культивации. Тебя же, царевна, я попрошу о более личной вещи. Мне нужно, чтобы ты собрала свои слезы в какой-нибудь фиал. Они мне очень нужны.
Иван и Василиса кивнули. Они даже не задавали лишних вопросов. После всего того, что сделал для них Ивор, эти просьбы были сущим пустяком. Обещали приготовить все к его отбытию завтра.
Как сказала Василиса: «Утро вечера мудренее».
Ночь в этих местах была действительно прекрасной. Хотя, Ивор понимал, что для него она прекрасная именно потому, что в последний раз он мог передохнуть и насладится такой ночью примерно… во времена Турнира Четырех. А может и раньше.
Сидя в своей роскошной комнате, на чрезвычайно мягкой кровати, он вынул из бездонной сумки голубую сферу. Это было ядро Повелителя Морозного Пекла, которая источала ауру второй стадии этапа Начертания Рун.
Юноша чувствовал, как духовная энергия ядра проникает в него сквозь пальцы. Оно сверкало ледяным сиянием и словно содержало в себе саму суть атрибута.
Ивор закрыл глаза, погружаясь в глубокую медитацию. Его дыхание выровнялось. Он чувствовал, как Черная Ель внутри него реагировала на присутствие столь сильного ядра.
Медленно юноша поднес ядро к груди. Оно начало источать интенсивный холод, наполняя им все его тело и медленно растворяясь в нем.
В тот же момент Ивора охватило невероятное чувство. Он ощущал, как ледяные реки текли по его жилам, проникая в самое сердце и разливаясь по всему его существу. Словно юноша сам стал частью льда. Вся его культивация уже была переплетена с сущностью ледяной стихии, но сейчас, благодаря столь сильному ядру Истинно Ледяного существа Ивор ощущал, словно он переписывает свою суть на самом полотне Макоши. И это было просто уму непостижимо.
Наконец сфера была поглощена полностью. Барьер перед этапом Начертания Рун задрожал. Сила вырвалась из его тела наружу, образовывая вокруг Ивора плотные линии изморози, которые витали вокруг.
В какой-то момент весь внутренний мир содрогнулся, а все линии изморози с резкой режущей болью вонзились в его тело и закрепились в нем.
Духовное Древо окончательно выросло, знаменуя конец своего этапа.
Едва все утихло, Ивор нырнул в свой внутренний мир и осторожно подошел к Черной Ели. На шершавом стволе медленно образовывалось кольцо из одной единственной руны. Она проявлялась очень медленно, стараясь как можно глубже вонзиться в ствол Духовного Древа.
— Исток? Но что делает Исток?
Звездочка стояла все это время рядом, но Ивор был столь увлечен изучением, что даже вздрогнул, когда она заговорила.
— Ты не знаешь?
— Из того, что я успел выудить в Исовских библиотеках, точно могу сказать, про руну Истока на Древе никто ничего не знает.
Звездочка задумчиво смотрела, как кольцо Истока проявляется все больше и больше, сияя ледяным светом. Это было потрясающе красиво. Множество прямых, ярко-голубых горизонтальных знаков, на фоне черного шершавого Древа.
— Исток дает тебе память об Истоках, как это не странно. На начальных стадиях ты будешь видеть только свое прошлое, но чем крепче будет связь Древа и Кольца рун, тем дальше ты сможешь заглянуть, вплоть до того, кто владел твоей энергией в прошлой жизни, до перерождения. Говорят, что на высших этапах можно даже разглядеть историю своих предков.
— Говорят? А разве у тебя нет этого кольца?
— Эх, дубина ты деревенская. Постоянно тебе все азы объяснять надо. Восемнадцать рун, которые открывают тебе лишь маленький потенциал своих способностей, но только одна из них, та, что открыта самой первой, позволяет развиваться в этом направлении и может открыть тебе все свои способности. Например, кольцо Уруз, той самой руны, которую ты применил чтобы усыпить меня, она соответствует вашей руне Силы и влияет на жизненные циклы. Эта руна позволяет искажать реальность, создавая более качественные иллюзии. Однако только тот, кто открыл эту руну первой может искажать реальность настолько, что для него создать портал с одной ветви на другую — это только пальцами щелкнуть.
— Ага, то есть все руны дают лишь частичку силы, а первая дает основу. И моя сила, это вспоминать что было. Очень полезно, спасибо. Соскрести ее можно?
— Нет конечно, идиотина.
На самом же деле Ивор просто паясничал. Он прекрасно понимал, что руна Истока была предопределена для него. И теперь прекрасно понимал, что имел ввиду взрослый Ивор, когда говорил про учащение видений.
— А какое кольцо рун первым открыла ты?