Зимний двор (ЛП)
Комната взорвалась грохотом, и Айслин подпрыгнула. Синджин, стоявший рядом с ней, опустил её плечи, и на его губах появилась улыбка, а глаза округлились от удивления.
— Вот первый малыш, — сказал Элиран, и Айслин почувствовала, как кровь отлила от лица, когда она посмотрела на широкую улыбку Синджина. Синтия ободряюще сжала её руку, пока Элиран продолжал поиски.
В коридоре раздались крики, когда мужчины хлопали друг друга по спинам и подшучивали над Синджином, говоря о его способностях к размножению. Неужели неандертальцу нужно это говорить?
Раздалось ещё несколько ударов, и слёзы наполнили её глаза, когда она поняла, что это. Дети. Они создали жизнь, и доказательством тому были сильные удары сердца, разносившиеся по комнате.
Она перевела взгляд на монитор и увидела лишь маленькое размытое пятнышко, похожее на точку. У неё перехватило дыхание, и она закрыла глаза, чтобы не видеть суровую реальность, разворачивающуюся вокруг неё. Они, даже её муж, — праздновали жизни, которые создали она и Синджин. Жизнь в Царстве Фейри была такой хрупкой, и каждая имела значение. В то время как у низших фейри не было проблем с рождением детей женского пола, высшие фейри с трудом зачинали их. В то время как у высших фейри были проблемы с тем, чтобы сохранить жизнь своим детям или чтобы их приняли земли, у низших фейри таких проблем не было. Её дети будут смесью того и другого, и в этом заключалась проблема, с которой ей предстояло столкнуться.
— Какова вероятность того, что они выживут при родах? — Её голос был таким тихим на фоне ликующих мужчин, что, казалось, только Синтия услышала её слова.
— Мы не уверены в этом, но Древо Жизни снова приносит плоды, и всё больше и больше детей выживает, — сказала она, сжимая её руку и улыбаясь.
— Но ты не можешь знать, хватит ли магии, чтобы принять моих младенцев.
— Нет причин, по которым это не должно произойти, — заметил Синджин.
— Я готов ко всему, что бы ни случилось, — сказал Элиран, вытирая слизь с её живота. — У меня есть оборудование для людей, которое мы привезли, а также врачи, которые изучали беременность и то, что, по нашему мнению, вызвало возмущение в земле. И это не первый раз, когда мы принимаем роды или выхаживаем детей.
— Ходят слухи, что после смерти богиню вскрыли, а младенцев забрали с её трупа. Простите, если я говорю немного резко или не верю, что у вас есть план. Никто не может предсказать, примет ли Древо Жизни ребёнка, и вы не можете обещать, что они и я выживем во время родов. Близнецы — большая редкость, так?
— Да, но раньше было не так.
— Так было более пятисот лет назад. — Она проследила взглядом за его кивком, подтверждающим её опасения. — А значит, тебе придётся учиться, — твёрдо заявила она, прищурившись, когда он встретился с ней глазами.
— Я не позволю тебе или детям моего брата умереть. Я устал от кровопролития и поражений. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы вы все остались живы.
Она сглотнула и кивнула, встретившись взглядом с Синджином, который внимательно наблюдал за ней. Гордость в его взгляде напугала, и у неё засосало под ложечкой от осознания того, насколько шатко их положение.
— Мне нужен свежий воздух, — прошептала она, позволяя помочь ей сесть.
— Я отведу тебя на балкон.
— Значит, я всё ещё пленница? — возмутилась она. Её эмоции зашкаливали, и чем дольше она была заперта в спальне, тем злее становилась.
— Ты же знаешь, что нет.
— Но мне не разрешают выходить на улицу. За мной всегда следят, и хотя я не могу вернуться домой, вынуждена находиться в тех комнатах, которые ты одобряешь. Я пленница.
— Ты можешь выходить на улицу, пока за тобой присматривают стражники. Мы на войне, Айслин. За воротами небезопасно.
— Прекрасно, а сад есть? — возразила она.
— Отведи её в мой сад и дай перевести дух, Синджин. У неё вот-вот начнётся паническая атака, а это плохо и для неё, и для детей. Она привыкла приходить и уходить, когда ей вздумается, и хотя я согласна, что это небезопасно, заточение женщин может навредить им как внутренне, так и внешне. Просто будьте осторожны, ведь Эри обезвредила чары на выходе, и нам придётся их заменить.
— Спасибо, — сказала Айслин, спрыгнув со стола и уставившись на Синджина, который покачал головой. — Я не прошу меня освободить, просто хочу подышать свежим воздухом. Я терпела, но не привыкла к тому, что меня запирают в замке. В моём замке предпочиталось, чтобы я была снаружи. Большую часть времени я проводила в ледяных пещерах, потому что никто другой не осмеливался туда заходить.
— Ты не пленница, ты моя, — хрипло сказал он.
— Технически… она моя. Я выведу её на свежий воздух, если ты занят, — предложил Кейлин, и его глаза заискрились от веселья.
— Я сам, мудак.
— Я так и думал. Наслаждайся свежим воздухом, жена. — Кейлин подмигнул и ушёл, как будто использовал их ситуацию только для того, чтобы позлить Синджина. Вся ситуация была настолько странной, что она даже не была уверена, понимает ли что-то или хочет ли понимать. Более чем вероятно, что нет. Она позволила Синджину протянуть ей руку для поддержки, и все братья улыбнулись или похлопали его по плечу, после чего они покинули замок.
Глава 39
На улице холодный воздух успокаивал, усмиряя хаос, который бушевал в душе из-за того, что всё вокруг так стремительно менялось. Это слишком сложно осознать, и всё же мысль о том, что она станет матерью, с удивительной лёгкостью принялась, когда она услышала их сердцебиение. Её взгляд медленно скользил по ярким брызгам ослепительных цветов, которые заливали сад всеми оттенками и наполняли воздух пьянящим ароматом. Однако не только цветы успокаивали; Синджин и его властное присутствие тоже снижали напряжение.
— Ты какая-то молчаливая, — прошептал он прямо у неё за спиной, вынуждая повернуться к нему лицом.
— Я не знаю, что сказать, — призналась она, хоть и неохотно. Её ресницы отяжелели от слёз, которые готовы были политься, и она тряхнула головой. — Я вышла замуж за твоего брата. Но беременна от тебя. Моё королевство вот-вот будет разрушено. Я не знаю, что сказать, не говоря уже о том, что чувствую по этому поводу.
— Ты вышла замуж за Кейлина, но кому какое дело? Фейри постоянно заводят любовников, для нас это так же нормально, как дышать.
— Не для меня! Я не завожу любовников, Синджин. — Она подняла глаза и посмотрела на него с гневом, и она ненавидела себя за то, что ненавидит ситуацию, а не Синджина. Да, он груб, но ей нравилось быть с ним. Она не жалела ни об этом, ни о том, как они оказались вместе, только о том, что их вынудили это сделать, потому что они не могли контролировать свою жизнь.
— Ты беременна от меня, — усмехнулся он, притягивая её ближе, убирая с лица непослушные волосы и целуя в лоб. — У тебя будут мои дети.
Она обхватила его руками за талию и прижалась головой к его тёплой груди. Воздух был пронизан холодом, который обычно не проникал так далеко на юг, и всё же она не была уверена, что не стала причиной этого. Её эмоции были самыми разными, и иногда это могло повлиять на погоду.
— Не могу поверить, что ты сделал мне ребёнка, — прошептала она, уткнувшись в свежую, чистую рубашку. Она вцепилась в неё руками, вдыхая неповторимый аромат угля и специй.
— Не могу поверить, что ты мне это позволила, — усмехнулся он, и она отстранилась и замахнулась на него кулаком. Он поймал его и притянул к своей груди, а в любимый Синтией сад начали падать первые пушистые белые снежинки. — Ты заставляешь его идти, — признал он.
— Я не могу сделать так, чтобы снег шёл так сильно, если я не расстроена, — предупредила она, подняв глаза к небу и прищурившись, когда снегопад усилился. — Только король или нынешний правитель двора может сделать так, чтобы он шёл сильно.
— Может, это зимнее чудо? — прошептал он ей на ухо.
— Это чудо, что я не свернула тебе шею за то, что ты позволил своему брату сделать то, что он сделал, не предупредив.