Никогда не говори никогда

Бронте взглянула на часы: половина одиннадцатого, еще целых полтора часа до полудня.
Она взглянула на экран телевизора, включила обратную перемотку, и вдруг улыбка исчезла с ее лица, сердце куда-то провалилось, свет померк. На этой кассете собрано все, касающееся Коннора и Мелиссы. Теперь Бронте ясно видела, что ничего лишнего Коннор себе не позволял, а просто выполнял свои обязанности. Но с другой стороны, почти каждое его движение и слово могли быть использованы против него. Мелисса являлась частью его работы, он относился к ней как к обыкновенному свидетелю, И все-таки Бронте чувствовала, что каждый следующий кадр записи стирает ее радужные мечты, оставляя все меньше и меньше шансов на будущую счастливую жизнь. Человека, от которого зависело ее счастье, могут посадить на большой срок. Положительный исход дела вряд ли возможен, как ни прискорбно это осознавать.
Оставалось надеяться лишь на чудо. Вдруг Коннору повезет, и он сможет доказать свою невиновность, а она будет помогать ему всеми силами.
Но будут ли они жить долго и счастливо? Она всегда смотрела на жизнь трезво, смеялась над сказками, в особенности над «Золушкой», потому что реальность весьма далека от вымысла. Наблюдения за отношениями и родителей, и знакомых подтверждали ее мысли — жизнь непредсказуема, несправедлива и порой жестока.
Но теперь ее сердце хочет верить, что Коннор построит замок и отвезет ее туда в золотой карете. Но чтобы это произошло, надо помочь Коннору. Как — она пока не знала.
— Обнаружила что-нибудь обнадеживающее? — спросил Грег.
— Нет, — тихо произнесла Бронте.
— Плохо, — отозвался он. — Хозяин кассеты вернулся, и я боюсь, он заметит, что мы «одолжили» у него кое-что.
Бронте оглянулась и увидела, как Дэннис выходит из своего кабинета.
— Что ж, самое время поговорить с ним. — Она решительно направилась к Дэннису, но чуть не столкнулась со своим боссом Бернардом Лейтоном.
— Бронте, я как раз тебя искал, — произнес он, улыбнувшись.
Бронте секунду колебалась, но потом тоже улыбнулась.
— Вот и нашел, — сказала она.
Они с Бернардом были в хороших отношениях, в свое время он помог ей получить место в отделе международных преступлений, и она помнила эту давнюю услугу.
Бронте рассчитывала поговорить с ним позднее, но, раз встретились, откладывать не стоит.
— Чем могу тебе помочь, Берни?
Бернард взглянул на Грега, который, конечно, сразу же изобразил безумную занятость, но Бронте знала, что это лишь видимость.
— У тебя есть минутка? Я хотел бы переговорить с тобой кое о чем.
— Пошли ко мне, думаю, смогу уделить тебе даже пару минут, — пошутила она. — Грег, не соединяй пока меня ни с кем, пусть оставляют сообщения.
— Хорошо, — отозвался помощник.
Бернард открыл перед Бронте дверь офиса, пропустил ее вперед и вошел следом.
Бронте села в кресло за своим столом. Бернард остался стоять. Это было плохим знаком.
— Что случилось, Берни? С чем пришел?
— Я по делу Роббинс, Бронте.
— Что конкретно тебя интересует? — спросила она.
— Мне кажется или ты действительно что-то скрываешь от меня?
Бронте улыбнулась.
— Не совсем понимаю, что ты имеешь в виду под словом «скрывать». Да, я слежу за ходом этого дела, с тех пор как Бернс взял его под свой контроль. — Она поправила несколько папок на своем столе. — Но, Берни, я работала над делом Прыки четыре месяца, ты сам мне его передал, а теперь обвиняешь меня в том, что я интересуюсь расследованием. Как это понимать?
— Никак, мне не нравится твой интерес к этому делу, вот и все, — начал Бернард. — Я полностью тебе доверяю, но очень хочу, чтобы ничего подобного впредь не повторялось, чтобы это было в первый и последний раз.
Бронте смотрела на него с искренним недоумением: стоит ли принимать его слова близко к сердцу?
— Честно говоря, Берни, я рада, что ты зашел, потому что хотела обсудить с тобой эту ситуацию.
Теперь Бернард не мог ничего понять. Бронте встала из-за стола и подошла к нему. Она была выше его, по крайней мере, на несколько сантиметров, но теперь это ее нисколько не смущало.
  
— Позволь узнать, почему ты отдал дело Прыки Дэннису?
Бернард растерялся, он не знал, что ответить, но не подал вида.
— Я не понимаю, почему ты заинтересовалась этим делом после убийства Роббинс.
— Почему ты так решил? — Бронте намеренно задала этот вопрос, хотя и знала ответ.
— Вы друзья с братом подозреваемого в убийстве Роббинс?
— С женой брата подозреваемого — да, друзья. Кстати, Берни, можно сказать и так: моя подруга вышла замуж за человека, брата которого подозревают в убийстве Роббинс, — уточнила Бронте и докончила: — Можно поинтересоваться, как ты пришел к заключению о моей заинтересованности в деле?
— Я всегда стараюсь быть в курсе событий, — нашелся Бернард.
— Понятно. Я, наверно, не ошибусь, предположив, что в этом есть заслуга и Дэнниса Бернса?
— Интересное предположение, — иронично сказал Лейтон.
— Но, несомненно, верное.
— К сожалению, да, — констатировал он.
— Этот… Бернс постоянно что-то вынюхивает с первого моего рабочего дня здесь. И меня это начинает раздражать. — Бронте вздохнула. — Честно говоря, я рассчитывала, что ты хотя бы предупредишь о передаче дела. Думаю, я это заслужила.
Бернард потупил взгляд:
— Да. Но мне все же интересно, почему ты не просишь вернуть тебе дело Прыки. Может быть, действительно имеет место личная заинтересованность?
Бронте улыбнулась.
— Учитывая обстоятельства, теперь это не важно.
— Наверно, ты права. — Сказав это, Бернард направился к двери.
Бронте последовала за ним и лишь через секунду взглянула на часы. Ее сердце забилось чаще. Наверное, ей следует предупредить его о том, что произойдет в полдень. Ведь благодаря ему она стала младшим юристом в министерстве.
— Берни, — окликнула Бронте.
— Да, слушаю тебя. — Лейтон обернулся.
— Я думаю, что тебе понравится моя новость. Сегодня Коннор Маккой добровольно сдастся и будет в полном нашем распоряжении.
Бронте думала, что Берни удивится, но тот даже бровью не повел.
— Хорошая информация.
— Я верю в невиновность Коннора и сделаю все, что в моих силах, чтобы доказать это.
Теперь Бернард удивился.
— Тогда я рад, что не ты ведешь это дело.
Бронте грустно улыбнулась.
— Ладно, увидимся у Челси на барбекю в воскресенье.
— Обязательно, — откликнулся он.
Они уже стояли в коридоре.
— Ты сама сообщишь новость мистеру Бернсу или доверишь эту честь мне? — осведомился напоследок Бернард.
— Оставь ее мне, — сказала Бронте.
Берни кивнул и пошел в свой офис. Грег закончил разговор по телефону и, положив трубку, подошел к Бронте.
— О чем это вы?
Бронте взяла кассеты с его стола.
— Расскажу потом, сейчас спешу с визитом к нашему обожаемому коллеге.
— Бронте! — окликнул ее Грег, когда она уже была на полпути к кабинету Бернса. — Он ушел минуты две назад, но, если поторопишься, перехватишь его на парковке.
— Тогда я побежала! — отозвалась Бронте.
— Давай.
Ей нужно было обязательно догнать Бернса и увидеть его лицо, когда она расскажет, что Коннор Маккой собственной персоной сдастся властям…
Открыв дверь на улицу, она обнаружила Бернса около машины и уже хотела окликнуть его, но ее насторожило, что он несколько непривычно одет. На нем были джинсы и кожаный пиджак, Бронте показалось, что она где-то встречала такое сочетание. Ну конечно! Человек на видеопленке, якобы Коннор, одет точно так же — в джинсы и кожаный пиджак.
Дэннис уже собирался сесть в машину, когда к нему подошел человек в синей офицерской форме и указал на Бронте. Бернс обернулся, захлопнул дверцу и пошел к ней.
— О'Брайен, у меня через десять минут важная встреча. Неужели ты не можешь подождать?
Бронте мысленно сравнила фигуру Дэнниса и человека с пленки — абсолютное сходство.