Жена-попаданка для графа Зотова (СИ)

— Тяжело. Она плакала без конца, а когда по городу поползли слухи о ней, то и вовсе впала в отчаяние, — шмыгнула носом женщина, утираясь платком. — Пациенты лекаря отказывались работать с Софьей, и Петру Савельевичу пришлось рассчитать её. Как ни пыталась она найти место, никто не захотел брать на работу девицу с репутацией распутной девки. Мой муж не пережил такого позора: его сердце не выдержало, и он скончался от горя, оставив нас двоих. Потом я долго болела, а Соня не отходила от меня.
Как же мне жаль было эту женщину и несчастную девушку. Им пришлось многое пережить, а всё из-за какого-то козла, которому не хватило смелости просто расторгнуть помолвку.
— Пенсии мужа нам еле хватало на жизнь, а сейчас и вовсе тяжело. Мы задолжали хозяину квартиры за три месяца. Он грозится выкинуть нас на улицу, если мы через неделю не расплатимся, — сдавленно проговорила мать Софьи. — Я не знаю теперь, что делать… моя дочь…
— Вы думаете, она сама пошла на речку? — ужаснулась я от собственной мысли.
— Не знаю. Соня была на грани: потеряла сон и аппетит. Все отказались от неё, даже лучшие подруги.
У меня сердце разрывалось от горечи — получается, родовое заклятие перенесло меня сюда помимо моей воли. Или моё желание услышали Высшие силы и решили таким странным образом исполнить моё желание? Ведь Арсения и Вику я вряд ли теперь увижу.
— Екатерина Николаевна, позвольте вам помочь, — я взяла худенькую руку женщины. — Мы никому не скажем, что мы с Софьей поменялись телами. Пусть все думают, что я ваша дочь, как и прежде. Обещаю, что не брошу вас, да и идти мне некуда.
— Правда? — её глаза засветились надеждой. — Сколько тебе лет?
— Весной исполнилось двадцать один.
— Надо же, как моей Сонечке, — вздохнула матушка.
— Вам не кажется странным, что у меня с вашей дочерью имена одинаковые, отчества и фамилии практически тоже? — осенила меня мысль. — И мы с ней даже внешне очень похожи, как и вы похожи на мою маму, Елизавету Николаевну.
— Возможно, мы дальние родственники, — пожала она растерянно плечами, — или же заклинание специально нашло похожую душу и тело, чтобы обмен прошёл успешно. Теперь понятно, почему ты три дня пролежала в горячке — душа приживалась в новом теле.
— Давайте договоримся о том, что будем молчать по происшедшем, а я сделаю всё возможное, чтобы помочь вам и вашей дочери. Надеюсь, у меня получится вернуть нас обратно, — я уверенно сжала ладонь женщины и слегка улыбнулась. Чувствую, она тоже на грани; если бы её дочь умерла, то мать последовала бы за ней.
— Спасибо, София, — она обняла меня так крепко, насколько была способна. Кажется, не только её дочь была истощена, но и сама она. — Я никому не скажу про тебя. Вот только мне не нравится, что тебя нашли люди графа Зотова и ты пролежала тут три дня.
— Почему? Из-за Андрея? — удивилась я.
— Нет. Боюсь, по городу поползут слухи о том, что моя дочь гостит у Его Высокоблагородия, — поджала она тонкие губы. — Он мужчина видный, вдовец. Соня и так опорочена в глазах общества, а сейчас и вовсе могут пойти сплетни, что у вас любовная связь. Как бы ещё хуже не стало.
Я замерла. Вот это поворот!
  
Глава 4. Мария
 
— Я же чуть не утонула в реке! — не верилось, что здравый смысл в этом обществе отсутствует.
— Кого это волнует, — махнула рукой женщина. — Незамужняя девушка находится в доме холостого мужчины, и сплетни сразу расползутся, словно паутина. Поэтому тебе нужно как можно скорее покинуть этот дом.
В этот момент дверь отворилась, и на пороге появилась та самая малышка, что встречала моё пробуждение.
— Софья, ты занята? — она держала в руках большую книгу, но, увидев Екатерину, ойкнула. — Простите, я думала, вы ушли.
— Уже ухожу, засиделась я у вас, — улыбнулась гостья и взглянула на меня. — Поправляйся, дочка, завтра заберу тебя отсюда.
— Спасибо, ма… тушка, — запнувшись, произнесла я.
  
Екатерина Николаевна удалилась, а вот маленькая хозяйка осталась, переминаясь с ноги на ногу.
— Ты что-то хотела, Мария? — улыбнулась я, видя, как она не решается подойти.
— Софья, ты умеешь читать? — с надеждой посмотрела она на меня голубыми глазами.
— Конечно умею, — и тут же осеклась, вспомнив, что до революции в русском алфавите было больше букв. Надеюсь, справлюсь. — А ты умеешь?
— Нет, — вздохнула девочка и улыбнулась. — Почитай мне, пожалуйста, сказки. Александра Антоновна уехала в деревню, приедет только завтра, а папе некогда, как всегда.
— Хорошо, садись рядышком. Посмотрим, что ты там принесла, — я похлопала по постели, приглашая малышку присоединиться ко мне.
Девочка просияла и, радостно подбежав, взобралась на кровать.
— Вот, сказки Шарля Перро, — она протянула книгу в бордовом кожаном переплёте с золотым тиснением.
«Перро. Тургеневъ. Дорэ», — прочитала я знаменитые в моём времени имена. Это же раритетная книга! Точнее, будет раритетной, а сейчас она выглядела вполне новой. Посмотрела год издания — тысяча восемьсот шестьдесят седьмой.
— Какую сказку ты больше всего любишь? — открыла я первую страницу и увидела прекрасную чёрно-белую гравюру.
— Про Золушку! — восторженно призналась Маша.
— О! Я тоже обожаю эту историю, — улыбнулась я малышке. — Давай почитаем её.
Я нашла нужную сказку и начала читать вслух. Правда, поначалу некоторые из встречающихся мне букв вызывали затруднения, но, догадываясь по смыслу, я поняла, как их нужно читать.
Маша тихо сидела рядом, навалившись на подушку, и слушала мой голос, к которому я ещё сама не привыкла. У Софьи он был мягче и мелодичнее, чем мой родной. И, когда я дочитала сказку, Машуня уже крепко спала рядом.
Я взглянула на её милое личико — словно ангелочек во плоти спустился с небес. Жаль, что её мама умерла. Видно, насколько девочке не хватает женской ласки и любви.
Отложив книгу на прикроватную тумбочку, я тоже решила отдохнуть. Но стоило мне только закрыть глаза, как дверь открылась, и кто-то вошёл, шаркая ногами.
— Кто вы? — я села, удивлённо рассматривая пожилую коренастую женщину в простом длинном платье и белом переднике. Её седую голову покрывал платок, в руках она несла поднос с тарелкой, из которой пахло куриным бульоном. У меня в животе сразу заурчало от аппетитных запахов.
— Барышня, я вам поесть принесла. Хозяин распорядился сварить бульону для вас, — прошамкала она наполовину беззубым ртом. — Ох ты! Марьюшка у вас, оказывается, а я её ищу, с ног сбилася, — тихо проговорила женщина.
— Мы с ней сказку читали, уснула вот. Пусть часик отдохнёт, мала ещё, — улыбнулась я, глядя на ангелочка. — Самое время поспать после обеда.
— Ладно. Барину скажу, чтоб не потерял дочурку-то, — женщина поставила поднос на тумбочку и удалилась.
Я с большим аппетитом принялась за еду — кинула сухарики в тарелку и красивой серебряной ложкой зачерпнула суп. Я млела от горячего бульона и удивлялась его насыщенному вкусу. Это точно не из магазинной курицы было сварено. Насытившись, я разомлела и решила всё-таки поспать, но мне опять помешали. Раздался тихий стук, и я шепнула: «Входите».
— Софья Андриановна, простите, — в комнату, прихрамывая, вошёл хозяин. — Матрёна сказала, Мария у вас спит, — он говорил тихо, косясь недовольно на спящую дочь.
— Ничего страшного, пусть спит, — прошептала я, взглянув на девочку. — Мы прочитали сказку, вот она и уснула.
— Странно вообще, что она к вам пришла, — мужчина растерянно пожал плечами. — Мари обычно сторонится чужих и не любит их, и уж тем более не просит почитать книгу. Видимо, вы ей понравились.
— Просто девочке не хватает женского внимания и простого общения, — улыбнулась я, снова посмотрев на ангелочка.
— У Мари есть наставница, моя тётя Александра Антоновна, — недовольно поджал он губы. И мне стало неловко из-за того, что я вторглась в чужую семью со своими советами. — Я унесу дочь в детскую.