"Фантастика 2024-186". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Теперь, предельно ясно поняла: все это было не вывертами злодейки-судьбы. Именно я и Росс должны были оказаться в определенное время, в конкретном месте. И сделать-то, что сделали.
Высшие силы оберегают Россию.
— Боже, как же все просто, — прошептала на грани слышимости.
Не в силах усидеть на месте, вскочила с дивана, подошла к окну. В душе и на сердце творилось, что-то непонятное.
Стук в дверь вернул в реальность. Обернувшись, громко сказала:
— Войдите.
Увидев на пороге элегантно одетого Росса, почувствовала, как кровь запульсировала в висках. Отчего-то растеряв все слова, я стояла и просто смотрела на любимого мужчину.
— Прости, что задержался. Общался с Али, — он подошел, остановился в двух шагах.
— И как успехи? — от волнения мой голос дрогнул.
— Наш диалог прошел в недружеской, напряженной обстановке. Но достичь соглашения по ключевым вопросам удалось, — Константин усмехнулся. — В ближайшее время в Москве будет открыто учебное заведение для одаренных. Я предложил всем обитателям этого особняка, внести посильный вклад в будущее России. Светлакова, Ракитин, Копылов и Гоев будут отличными преподавателями. И для остальных работа по душе найдется. Иномирянам больше не придется тревожиться за свое будущее. Совсем.
Умница, какой же Костя умница. Одним махом решил глобальную для меня проблему. И все же по поводу князя есть сомнения. Шикарное по всем статьям предложение для горца исходило от его личного соперника.
— Али согласился? — я не скрывала недоверия.
— Разумеется, нет, — в бездонных голубых глазах Кости заплясали чертики. — Через пару недель Гоеву поступит предложение, которое прольется бальзамом на его раненую гордость, — барон сократил расстояние меж нами. — От должности единственного руководителя уникального учреждения князь не откажется.
От близости любимого, желанного мужчины, быстро-быстро забилось сердце. Украдкой вытерев ладони о платье, я сглотнула ком в горле, негромко ответила:
— Поживем-увидим, — и зачем-то направилась к туалетному столику. Переложив расческу, внезапно осознала, что боюсь. Причем сама не знаю, чего.
Господи, ну мне же не шестнадцать лет! Что со мной происходит⁈
— Нам с тобой о многом надо поговорить, — Константин бесшумно подошел. — Сейчас, но не здесь. Злоупотреблять гостеприимством хозяина этого дома, — он сделал акцент на фразе, — нет никакого желания. Бродить по улице так же не лучший вариант. На первое время мне дали служебную квартиру. Я там еще не был. Но наверняка там есть чай. Пойдем проверим? — предложил невинным тоном и спрятал взгляд под неприлично длинными ресницами.
Служебная квартира? Я и так издергалась, а там и вовсе буду чувствовать себя не в своей тарелке. Чай и сложный разговор. Кажется, знаю, куда нам можно пойти.
Старательно пряча волнение под маской невозмутимости, я сухо информировала:
— Есть другое предложение. Настраивайся на меня, — постояв недвижимо, «тенью» ушла в эфир.
Выйдя из подпространства, окинула хозяйским взором стильно обставленную кухню. За время моего отсутствия здесь ничего не изменилось. Да иначе и быть не могло. Псих уж точно себе запасных ключей не оставил.
— Чей это дом? — послышался голос Кости.
— Мой. Лаликин отдал в качестве компенсации, — разнервничавшись, я схватилась за чайник. — Кофе, чай?
— Оставь, — отобрав у меня кухонную утварь, Росс встал близко-близко. — Маленькая моя, как же долго я о тебе мечтал, — шепнул и с бесконечной нежностью погладил меня по щеке.
Разговоры и чай? И вот зачем я себе безбожно вру⁈
Я пристально посмотрела на возлюбленного. Он понял все правильно. Стремительно обняв, жадно впился в мои губы. Напрочь утратив связь с реальностью, мы целовались словно одержимые. Ненужная, мешающая одежда разлеталась в стороны. Почувствовав, как спину холодит столешница, я обняла своего мужчину ногами. Подалась навстречу и не сдержала сладострастного стона.
— Любимая. Родная, — шептал Костя, упоительно лаская.
Когда и как мы очутились в кровати, не помню. Слушая грохот салютов, обессиленная я нежилась на плече Росса и лениво выводила узоры на его обнаженной груди.
  
Неожиданно подмяв меня под себя, Костя с улыбкой сказал:
— Как настоящий дворянин я обязан соблюсти формальности. Ольга Романовна Рябцева, окажешь ли ты мне честь? Станешь ли моей супругой?
Закинув ноги ему на спину, я задумчиво поинтересовалась:
— Тебя совсем не смущает наша поза?
— Оля, я жду, — он напустил на себя строгость.
Хмыкнув, взлохматила его густые волосы. А потом неожиданно для самой себя, спросила:
— Та юная красавица возле кинотеатра, у тебя был с ней роман? Только честно.
— Никогда и ничего. В моей жизни есть и будет лишь одна женщина — ты, — он легонько чмокнул меня в нос.
Уф-ф. Прям знатно полегчало.
— Согласна, — выдохнула ему в губы.
Прижав меня к себе, возлюбленный перевернулся на спину. Убрав локон с моего лица, заправил его за ухо и абсолютно серьезно сказал:
— Ты должна знать. Блокиратор изначально создавался для тотального контроля над одаренными в России. Особого выбора у меня не было. Либо гибель всего живого, либо завершение процедуры подчинения, — он помолчал и продолжил: — Однако энергии накопилось слишком много. Пришлось действовать по ситуации: часть силы отдал тебе, что-то взял сам. Остальное раскидал по намоленным местам. Заодно рассказал обладающим даром, что теперь у них есть, — он хмыкнул, — хранитель. Не знаю, что получится в итоге, но, по крайней мере, попробую создать тот могучий клан, о котором тебе однозначно уже рассказали, — он иронично усмехнулся.
Ну так-то да. Поведали. Хороший мой, как же тебе придется непросто. Впрочем, ты так долго был главой рода. Уверена, справишься.
— У тебя все получится, — в моем тоне не было ни тени фальши.
— Иди ко мне, — он уложил мою голову к себе на грудь. — Со мной разобрались. Чем думаешь заняться, любимая?
Задумавшись, я снова переместилась на его мускулистое сильное плечо. Спустя долгую, совсем нетягостную паузу, искренне ответила:
— Мне хочется хоть чуть-чуть сделать этот мир лучше. Хочется, чтобы люди вновь поверили: в любовь, в чудеса, и главное: в себя.
— Раз хочешь, значит делай, — Костя тепло улыбнулся и нежно-нежно поцеловал.
  
Эпилог
 
Прошло три года. Побережье Сочи. Дом Россов
Пальцы привычно летали по клавиатуре. Написав последнее предложение, поставила точку. Потерев усталые глаза, я довольно улыбнулась. Моя вторая книга наконец-то закончена.
Встав из рабочего кресла, вышла на балкон. Положив предплечья на перила, с наслаждением вдохнула морской воздух. Устремила взгляд на звездное небо.
Как же хорошо, когда все хорошо.
— Хозяюшка, вы кушать-то будете? — услышав строгий голос Луши, я мысленно застонала и обернулась. Уперев руки в крутые бока, повариха грозно продолжила: — Вот куда это годится? Цельными сутками в кабинете сидите. Света белого ж не видите. И не едите ничего. Отощаете скоро совсем.
Началось. Все та же песня. Дай ей волю целыми днями всех в доме кормить будет. Это уже становится проблемой. Надо срочно что-то придумать.
— Не ругайся, — я прижалась поясницей к ограждению.
— Так как на вас не ругаться-то. Как доченьку перестали грудью кормить, так и есть вас больше не заставишь. Только и выходите отесль, чтоб с Сашенькой поиграть — позаниматься, а потом шмыг обратно. Зла на вас никакого не хватает. Кушать надо вовремя и сытно.
Желая сменить тему, я сделала вид, что разнервничалась.
— Луш, а где няня с Сашей?
— Так где им быть-то. В детской. Спит ваш ангелочек. Набегалась за день-то. Мария как всегда рядом. И чего растревожились? Пойдемте, я вас покормлю. Такой торт испекла, пальчики оближете.
Ну уж нет!
— Пойду посмотрю, как там дочь, — я быстро пошла прочь из комнаты.
Луша не отставала. Что-то неодобрительно бурча под нос, повариха шла за мной тенью. Остановившись у одной из комнат, я тихонько приоткрыла дверь. И тотчас нашла взглядом кроватку. Раскинув руки-ноги в стороны, наша с Костей двухлетняя дочурка-сорванец сладко спала. Сидящая с ней рядышком, в кресле старушка-няня, отложила вязание, взглянула вопросительно.