Комплекс хорошей девочки (ЛП)

— Что ж, выпьем за то, что мы знаем, чего хотим, и идем к этому. — Бонни поднимает свой бокал. Мы произносим тосты, а затем осушаем наши коктейли. — Давай, — говорит она, — давай убираться отсюда. Мне нужно поохотиться на близнецов.
Она не шутит. Следующие два часа я ловлю себя на том, что тащусь за Бонни, как будто у меня на поводке ищейка, вынюхивающая член. Она таскает меня из одного бара в другой в поисках своих неуловимых близнецов, оставляя за собой бесчисленные загипнотизированные жертвы. Один бедный неудачник за другим бросался к ее ногам, сраженный ее ямочками на щеках. У меня никогда не было проблем с привлечением внимания парней, но, стоя рядом с Бонни Мэй Бошамп, я с таким же успехом могла бы быть сломанным барным стулом. Хорошо, что у меня есть парень, иначе у меня бы развился комплекс.
Как бы сильно я ни хотела помочь Бонни в ее крестовом походе по поиску и уничтожению ее городского плохого парня, рутина закадычных друзей становится утомительной с течением ночи. Если она в ближайшее время не устанет, есть шанс, что мне придется ударить ее дубинкой по голове.
— Последний, — предупреждаю я, когда мы переступаем порог еще одного бара на набережной. Этот называется Rip Tide. — Если твоих близнецов здесь не будет, тебе придется довольствоваться любым старым плохим мальчиком.
— Последний, — обещает она. Затем она хлопает ресницами, и, как и каждый парень, с которым мы сталкивались сегодня вечером, я обнаруживаю, что таю в ее присутствии. Невозможно продолжать злиться на нее.
Она берет меня под руку и тянет меня глубже в клуб.
— Давай, девочка, давай сделаем это. У меня хорошее предчувствие.
  
ГЛАВА ПЯТАЯ
 
Купер
Она здесь.
Судьба, должно быть, согласна с этим планом, потому что в субботу вечером я иду с друзьями на концерт группы приятеля в Rip Tide, когда замечаю ее. Она одна за столиком с высокой столешницей, поставленным прямо на моем пути, как будто какой-то высшей силой.
Ее лицо ни с чем не спутаешь. И, черт возьми, она была хороша собой на фотографиях, но вживую была просто сногсшибательна. Из тех девушек, которые выделяются в толпе. Обворожительна, с длинными темными волосами и пронзительными глазами, которые сияют в свете софитов со сцены. Даже на расстоянии от нее исходит непринужденное спокойствие, аура уверенности. В белой футболке, завязанной узлом на талии, и джинсах она выделяется тем, что не слишком старается.
Всего этого было бы достаточно, чтобы привлечь мое внимание, даже если бы у нее не было убийственного тела. Но у нее также есть это — невероятно длинные ноги, полная грудь, круглая попа. Она та девушка, о которой я мечтаю наяву.
— Это она? — Алана наклоняется, чтобы проследить за моим взглядом туда, где сидит девушка Престона Кинкейда. — Вживую она выглядит лучше.
Я знаю.
— Быстро перекурим, пока собирается следующая группа? — предлагает наш друг Тейт. Он встает из-за стола, проводя рукой по своим растрепанным светлым волосам.
— Нет, мы остаемся здесь, — отвечает за нас Алана.
Он приподнимает бровь, глядя на меня.
— Куп?
И снова Алана — мой рупор.
— Купер сокращает потребление раковых палочек. — Она машет рукой. — Вы, ребята, идите.
Пожав плечами, Тейт уходит, преследуемый Уайаттом и подружкой Уайатта, Рен.
Как только они уходят, Алана переводит взгляд на меня.
— Дай мне послушать, — приказывает она.
— Что послушать?
— Твою игру. Скажи несколько реплик. — Она откидывает волосы и подпирает подбородок руками, глядя на меня саркастическими глазами лани.
— Отвали. — Мне не нужен пикап-тренер.
— Тебе нужен план, — настаивает она. Особенность Аланы в том, что, когда она во что-то вцепляется когтями, она склонна брать верх. — Ты не можешь просто подойти и положить свой член ей на колени.
— Да, спасибо, я в курсе. — Я допиваю остатки пива и встаю из-за стола.
Алана останавливает меня, опускает рукава моей черной рубашки и проводит руками по моим волосам.
 
— Это еще зачем? — ворчу я.
— Лучше так, — говорит она. — На всякий случай, если она ханжа. Татуировки отпугивают ханжей. — Откидываясь назад, она бросает последний оценивающий взгляд, прежде чем прогнать меня рукой. — С тобой покончено. Иди вперед и побеждай.
В этом и заключается проблема подружек.
Прежде чем подойти к столу моей знакомой, я быстро осматриваю комнату, чтобы убедиться, что Кинкейд где-нибудь не прячется. Не то чтобы у меня были какие-то сомнения по поводу матча-реванша. Однако ввязываться в драку в баре не входит в мои планы. Это сработает лучше всего, если я смогу проникнуть незамеченным, пока не станет слишком поздно вмешиваться. Завоевать ее еще до того, как он узнает, что враг находится за воротами.
Довольный тем, что сегодня она сидит без парня, я подхожу к ее столику. Уткнувшись лицом в телефон, она не замечает меня, пока я не похлопываю ее по руке.
— Привет, — говорю я, наклоняя к ней голову, чтобы она могла услышать меня сквозь музыку из динамика. — Тебе нужен этот стул?
— Нет. — Она не отрывает своего внимания от освещенного экрана. — Пожалуйста. — Когда я сажусь, ее голова дергается вверх. — Я решила, что ты просто перенесешь табуретку к другому столу. Но ладно.
— Заключи для меня пари, — говорю я, наклоняясь ближе. От нее приятно пахнет ванилью и цитрусовыми. Так хорошо, что я почти забываю, зачем я здесь. То, что она не отстраняется и не швыряет мне в лицо выпивку, — хорошее начало.
— Эм… какое пари? — в ее глазах мелькает враждебность, прежде чем выражение ее лица смягчается. Когда она окидывает меня пристальным взглядом, я знаю, что заинтриговал ее.
— А что, если я скажу тебе, что через час ты выйдешь из этого бара со мной?
— Я бы сказала, что восхищаюсь твоей ловкостью, но тебе лучше направить стрелу в другую цель.
— Значит, у нас есть пари. — удерживая ее взгляд, я протягиваю руку для рукопожатия. Я нахожу, что лучший способ по-настоящему узнать кого-то — это надавить и посмотреть, ответит ли он тем же. Заведи их и отпусти.
— У меня есть парень, — категорично говорит она, игнорируя мою руку. — Ты уже проиграл.
Я встречаюсь с ней взглядом. Нагло.
— Я не спрашивал о твоем парне.
На мгновение она опешила. Конечно, это так, потому что никто с ней так не разговаривает. И уж точно не ее тупоголовый парень. Цыпочки вроде нее привыкли к тому, что родители с ума сходят по каждому их желанию, а слуги прислуживают им. И когда представление обо мне оседает в ее сознании, я вижу момент, когда она решает, что я интереснее, чем то, что было в ее телефоне.
Она отключает его и отталкивает.
Так чертовски предсказуемо. Каждая богатая девушка из хорошей семьи задается вопросом, каково это, быть с парнем с другой стороны позолоченных ворот. Это самое близкое к острым ощущениям, которые они когда-либо испытывали.
— Это шутка? — Она оглядывается по сторонам. — Это Бонни тебя на это подговорила?
— Я не знаю никакой Бонни. Я Купер.
— Маккензи, — отвечает она, нахмурив брови, все еще крутя колесики, гадая, в чем подвох. — Но у меня действительно есть парень.
— Ты продолжаешь это повторять.
На этот раз, когда я наклоняюсь к ней, она не отступает. Расстояние между нами сокращается до нескольких дюймов, воздуха между нами становится все меньше.
— В большинстве цивилизованных стран, — медленно произносит она, — это имеет значение.
— И вот я оглядываюсь вокруг и не вижу того парня, о котором ты так беспокоишься.
На ее лице недоверие, хотя и немного удивленное. Она точно знает, насколько она сексуальна, и привыкла к тому, что мужчины гоняются за ней. И все же я чувствую ее беспокойство. Я вывел ее из равновесия. Что говорит мне о том, что она думает об этом. Я встречал бесчисленное множество таких девушек, как она, переспал с некоторыми из них, и прямо сейчас в ее хорошенькой головке крутятся надуманные фантазии и "что, если".