Видящая во снах

Оля хотела закрыть глаза, но не успела: стоило только взглянуть в эти черные омуты, и отвести взгляд больше не получалось.
– Умница, девочка, – улыбнулся мужчина, а Оля смотрела в его зрачки, видя в них себя, и ее, словно силками, затягивало туда, в эту черноту.
– Я скажу «спать», ты уснешь и забудешь навсегда то, что я был здесь и разговаривал с тобой. А когда проснешься, по-прежнему будешь считать меня своим другом и доверять, думать, что я единственный, кто сможет спасти тебя. Поняла?
– Да, – покорно ответила Оля.
Мужчина дотронулся до девичьей щеки, спустился вниз, к скуле, нежно поглаживая. Потом большим пальцем нажал на нижнюю губу, приоткрывая немного рот.
– Мы еще встретимся, дорогая, – он слегка коснулся ее губ своими и отстранился. А потом резким приказным тоном скомандовал: – Спать!
Оля тут же закрыла глаза, проваливаясь в такой долгожданный сон, уносящий куда-то очень далеко.
  
Глава 23
 
В свою съемную квартиру Рома приехал только для того, чтобы принять душ, переодеться и выпить кофе. А стоило вернуться в отделение, как Скоблева остановил дежурный:
– Роман Русланович, доброе утро.
– Доброе.
– Вас там какой-то мужчина ожидает. Смена передала, что он приезжал ночью, но его отправили домой. А теперь с самого утра сидит. Вроде бы у него внучка пропала, и помочь можете только вы.
Рома хмуро оглядел полицейского.
– Заявление о пропаже приняли?
– Нет. Прошло меньше суток, так что… – дежурный пожал плечами.
– Ладно, сейчас разберусь.
Возле кабинета действительно сидел пожилой мужчина. Его плечи были опущены, а взгляд направлен в одну точку. Увидев Скоблева, незнакомец в одно мгновение поднялся и шагнул навстречу.
– Вы Роман Русланович? – проговорил старик.
– Да. А вы?
– Я дедушка Ольги. Она пропала.
Этих слов хватило Роме, чтобы начать по-настоящему переживать. Теперь стало понятно, почему старик пришел именно к нему.
– Пройдемте в кабинет, – пригласил Скоблев и открыл дверь.
За своим рабочим столом сидел Леня и печатал на клавиатуре. При виде входящего Скоблева и незнакомого пожилого мужчины он отвлекся и поднял голову.
– Присаживайтесь, – Рома указал на стул, стоящий возле стола, и посетитель тут же тяжело опустился. Морщинистое лицо старика посерело, а глаза потухли и даже казались неживыми. – Простите, я не знаю вашего имени.
– Николай Петрович.
– Очень приятно. А теперь расскажите, как все произошло, – попросил Скоблев, бросив быстрый взгляд поверх плеча Николая Петровича на молодого коллегу.
– Олюшка вчера весь день провела в центре города, собиралась сходить в парикмахерскую и по магазинам. Ближе к вечеру позвонила мне и сказала – стоит на остановке и если автобуса не дождется, то такси вызовет. Позже отзвонилась, что все же поймала такси и уже едет домой. Я ждал-ждал, потом стал ей звонить, но она трубку не брала. Вышел на улицу посмотреть, не идет ли где внучка. И на земле у калитки нашел это, – старик выложил на стол мобильный телефон. – Олюшкин. Ее похитили, понимаете? Как тех девушек. А ведь тот человек приходил к ней, Оля говорила. Я не особо поверил, думал, ей показалось. Даже отговаривал идти к вам. Предложил подождать, и уже если он появится снова, то тогда все рассказать. Мол, нечего попусту вас беспокоить. Внучка согласилась.
– Какой человек, Николай Петрович? – взволнованно поинтересовался Скоблев и слегка подался вперед.
– Не знаю. Сказала, в черном балахоне. Оля в саду сидела, а мужчина смотрел на нее через забор.
– Почему же вы сразу-то не пришли?! – в сердцах воскликнул Рома, откинувшись на спинку своего скрипучего старенького офисного кресла.
– Сглупили, – пожал плечами старик. – Только вот уже поздно сожалеть. Нужно искать мою девочку.
– Найдем. Слышите? Обязательно найдем! А сейчас расскажите о том, чем Оля занималась накануне. С кем общалась? Куда ходила? Может, вам что-то показалось подозрительным?
– Да куда ей пойти? Здесь, кроме меня, у нее никого нет. Целыми днями дома сидела, помогала по хозяйству, иногда со мной в лес за травами ходила.
 
Скоблев внимательно посмотрел на старика, лицо которого побледнело еще сильнее. Николай Петрович волновался за внучку и наверняка винил себя в том, что отговорил ее идти к следователю.
Рома и сам заволновался. Все это время, пока расспрашивал старика, в мыслях крутилось лишь одно: Оля пропала не случайно. Как-то она была связана с этим незнакомцем в черном балахоне. К счастью, сны с очередным убийством ей не снились. Значит, у них есть еще время. Но много ли его?
– Ладно. Николай Петрович, наш оперативник вас отвезет. Если Оля вернется или появится любая информация, сразу же сообщите, хорошо? – Скоблев протянул свою визитку с номером телефона.
– Хорошо. Только я на машине, не нужно отвозить.
Попрощавшись, Николай Петрович вышел из кабинета, а Рома посмотрел на Морозова. Тот уже давно забыл о своей работе и молча слушал их разговор.
– Что скажешь?
– Честно? Даже и не знаю. Вы уверены в пропаже девушки? Может, познакомилась с кем-то в центре и решила с ним провести ночь?
– Тогда зачем звонить деду и говорить, что скоро приедет? И откуда взялся валяющийся возле калитки телефон?
– Да, вы правы. Но вряд ли ее похитил наш убийца. Почерк не тот. Да и Оля не из детского дома, у нее есть семья.
– А вдруг он знает про ее сны? Знает о помощи нам и решил избавиться? – предположил Рома, и от этой догадки ему стало не по себе. Успокоиться смог лишь усилием воли. Вот так сидеть и гадать можно днями напролет. Нужно что-то делать. Только вот с чего начать, Скоблев не знал.
– И откуда? Мы никому не говорили, – возразил Морозов.
– Я не знаю, Леня. Не знаю, – Рома запустил пальцы в свои отросшие волосы. – Мне нужен ордер на обыск, – сказал спустя время, не глядя на младшего коллегу.
– На обыск чего?
– Дома Маслениковых.
– Вы серьезно? Но ведь никто его не даст! У нас нет никаких доказательств причастности супругов к смертям. Вы только послушайте себя: обвиняете пожилого мужчину и женщину, которая передвигается только на коляске и не выходит из дома, в убийстве молодых девушек. Да и что вы хотите найти в их доме? Подвал с органами?
Скоблев и сам прекрасно понимал – все звучит самым настоящим бредом. Но он знал и другое: часто виновниками оказываются те, на кого и не подумаешь. Только вот какой у Маслениковых мотив? Зачем они это делают? И как?
Тут в дверь постучали, и вошел один из оперов, Илья Семенов.
– Всем доброе утро, – поздоровался он, прошелся по кабинету и положил тонкую папку на стол к Морозову.
– Доброе. Это что? – поинтересовался Леня, беря папку.
– Ну ты же мне сказал найти ту девчонку с фото, помнишь? Я нашел. Здесь досье на нее. С утра мои парни съездили к ней на работу, только вот ее там не оказалось, как и в квартире. Коллеги говорят, она должна была позавчера в первую смену выйти, но так и не пришла. Правда, в вечер перед работой девушку видела соседка, когда с собакой гуляла. А что с ней случилось потом, никто не знает.
Илья замолчал, а Леня и Скоблев переглянулись.
– То есть она тоже пропала, – пробормотал Морозов.
– Тоже? – переспросил Семенов.
– Да. Пропала еще одна девушка, – ответил ему Рома.
– Будем искать их?
– Если только неофициально. Мало времени прошло, да и заявлений о пропаже нет.
– Роман Русланович, нужно что-то решать, – вклинился Леня.
– Так, вы тут тогда решайте, работайте, а я пошел. У меня дел невпроворот. Буду нужен – наберите, – кивнув следователям, Семенов вышел из кабинета, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Скоблев сидел на месте не больше минуты, а затем поднялся и подошел к висящей на доске карте с отмеченными местами убийств.
– Что мы имеем? – сказал, внимательно всматриваясь в карту. – Последняя жертва – а она последняя, я уверен – пропала. Значит, на днях обнаружится новый труп, и возможно, убийца скроется навсегда. Та, которая могла бы хоть чем-то помочь, тоже пропала, и девушку необходимо найти, – Рома замолчал. Он смотрел на точку на карте, обозначающую детский дом. Интуиция просто вопила, что заведение действительно связано со всем этим. Найти хотя бы маленькую зацепку – и Скоблев сможет раскрутить весь клубок. Но найти никак не получалось.