Брак или жизнь (СИ)
Снейп, внимательно наблюдавший за ним, вдруг поймал его за руку и заставил посмотреть в глаза.
— Марк, мы же договаривались. Сейчас не время и не место для…
— Я помню. У меня чертовски хорошая память.
Снейп обхватил прохладными пальцами его подбородок и несколько долгих мгновений смотрел в глаза, будто пытаясь прочесть в них, в чужих бледных глазах Марка Гаррисона, ответ на какой-то очень важный вопрос.
— Марк…
— Нет времени, я помню, — Гарри рывком освободился и отошел на шаг, сжимая в руке порт-ключ и палочку, отданную ему Снейпом. — Счастливо оставаться, — ровно произнес он и активировал артефакт.
Дом, в который он перенесся, был удивительно уютным, теплым, светлым и… нежилым. Просто запасное убежище на всякий случай. Именно таким вот случаем и оказался он, Гарри. Просто очередное препятствие, которое нужно устранить. Еще одна жертва во имя… черт знает Снейпа, во имя чего тот приносит жертвы. Брак или жизнь!
Присев на белый низкий диван, он задумчиво помял темно-синюю мягкую подушку, осмотрелся и вздохнул.
— Только со мной могло случиться такое дерьмо, — вслух сказал Гарри, обращаясь к бронзовой сове, стоявшей на каминной полке. — Почему всегда я?
Сова не ответила, но тут перед ним появилась выдра — Патронус Гермионы.
— Ты опять не отвечаешь на письма? — недовольно спросил он голосом подруги. — Рон сказал, что вечером состоится собрание Ордена, он слышал об этом от Билла, надеюсь, директор Дамблдор разрешит нам присутствовать, но до того ты объяснишь мне, почему уже сутки не отвечаешь на вызовы по камину.
Гарри вскочил, осматриваясь по сторонам, подергал запертые дверь, окно и шагнул к камину. Как ни странно, тот был подключен к сети, и он решился.
— Дырявый котел, — сказал Гарри, бросив в разожженный огонь горсть порошка флу.
Дом опустел. О том, что подумает вернувшийся туда Снейп, Гарри старался не размышлять. Главное — он успеет вернуться на Гриммо и избавиться ото всех улик своего отсутствия, в том числе — от надоевшей невзрачной внешности.
Глава 4. О том, что дружба - это не всегда доверие
На Гриммо никто ничего не заметил — просто некому было. Кричер, поворчав для порядка и накормив поздним завтраком, долго рассматривал его своими мутными глазами, покачал головой и исчез. Гарри выдохнул. Спать хотелось просто невыносимо, а потому, отогнав разные не слишком приятные мысли о том, как ему быть дальше, он утолил голод и завалился в кровать, рассудив, что решать проблемы лучше по мере их поступления.
Разбудил его вернувшийся Сириус. Судя по всему, вылазка оказалась успешной, потому что настроение у крестного было просто замечательным. Стянув с Гарри одеяло, он гаркнул:
— Постоянная бдительность!
Гарри едва не свалился с кровати, вытащил из-под подушки палочку и направил Сириусу в лицо:
— Блять! Я чуть не размазал тебя!
— Манеры, крестник! — притворно нахмурился Сириус и рассмеялся, взлохматив Гарри волосы. — Вставай, зануда Кричер приготовил зашибический ужин, уж не знаю, по какому такому радостному поводу. К тому же у нас сегодня будут гости. Много и не все приятные, но…
«Не все из них приятные» означало… Гарри скатился с кровати и шмыгнул в душ, не обращая внимания на ржущего Сириуса, крикнувшего ему вслед:
— Да, малышка Джин тоже будет, ты правильно меня понял!
Но Гарри думал вовсе не о Джинни. Сегодня придет Снейп! Сердце стучало как сумасшедшее, и Гарри понял, что прихорашивается, как какая-то глупая пятикурсница, только тогда, когда безуспешно попытался уложить непослушные волосы.
— Черт, я тронулся. Я… ради Снейпа, что ли? Дожили! Я что, слюни на него теперь пускать буду?! Ну уж нет. Соберись, Гарри. Никто не должен ничего узнать. Даже Снейп. Особенно — Снейп.
Ужин был накрыт в столовой. Сириус нахмурился, увидев тонкую льняную скатерть цвета слоновой кости и фамильное серебро, начищенное до ослепительного блеска.
— Кричер! — рявкнул он. — Это что за цирк, раздери меня горгулья? Велено же тебе было — накрывать на кухне!
Старый домовик, одетый в белоснежное вафельное полотенце, как раз сервировал стол. Ни малейшего видимого эффекта окрик хозяина на него не произвел.
— Кричер лишь заботится о репутации рода, — проквакал он недовольно. — Кричер — хороший эльф, он помнит, как в доме принято встречать… — Гарри за спиной Сириуса сделал страшные глаза, и старый домовик, оскалившись, закончил: — как в доме принято встречать гостей.
— Что-то ты только теперь об этом вспомнил! — недовольно заметил Сириус.
— Кричер никогда ничего не забывает, хозяин. Кричер лишь выполнял распоряжения своего непутевого хозяина, который якшается с грязнокровками и предателями крови. Бедная моя хозяюшка, как бы она была расстроена, если бы узнала, что ее старший сын, наследник благородного дома, ест на кухне, как прислуга, и учит тому же молодого хозяина Гарри! Она бы умерла от стыда, если бы знала, что должна будет принимать дорогих гостей… родственников на кухне. Как в хлеву. Какой позор для древнего благородного…
— Что ты несешь?! — заорал Сириус, не обращая внимания на то, как побледнел Гарри, услышав о родственниках. — Ноги Малфоя не будет в моем доме! А Молли уже тут была, и это тебя не заботило!
— Кричеру нет дела до грязной предательницы традиций, выжженной с гобелена, — проворчал домовик. — Хозяин и знать не знает о том, что делается у него под носом. И поделом ему!
С этими словами эльф исчез, а на столе появились запеченная индейка, вино, салаты, несколько видов соусов и гарниров.
— Совсем из ума выжил, — решил Сириус. — Чертов сноб, а не домовой эльф. Не обращай на него внимания, Гарри.