The Мечты. Бес и ребро (СИ)

Вот только все больше имели ее.
Пришедшая ей в голову, эта мысль совсем не желала оттуда выбираться и крутилась подобно заевшей пластинке, возвращающей в одно и то же место мелодии и начинающей ее сначала – как будто бы под иглу проигрывателя попала зазубрина, и надо просто переставить тонарм.
Едва миновав секьюрити и рамки на входе в клуб Айя-Напа, самый известный в этой части побережья и один из самых претенциозных среди тех, что она видала в родном отечестве, Стефания оглянулась по сторонам и быстро определила три стратегически важные точки: бар, хозяин мероприятия, сцена. На сцену ее сегодня не загонят точно, если только сама не вскарабкается.
Народу набилось не так, чтобы много, но и немало. Часть тел колбасилась под исполняющий что-то незамысловатое коллектив музыкантов. Но в подавляющем большинстве народ общался между собой в ожидании обещанных развлечений. Панкратов что-то бухтел о том, что какой-то популярный столичный журнал здесь празднует свой очередной юбилей, и эту пирушку закатил его владелец для сотрудников, вывезя их к морю. Здесь же тусовались и причастные медиаперсоны и гуру от бизнеса, которые, так или иначе, подпадали под интересы главного редактора. В их число входил и Панкратов, как пока еще генеральный директор одного из крупнейших банков страны. О его проблемах в настоящее время журналисты не прознали. Нынче речь шла лишь о крупных проверках, а то, как под Олегом кресло горит, окружающим за его тушей не заметно.
Они приехали отдыхать.
Олег сказал, что ей не повредит, и был определенно прав.
Если иногда прислушиваться к Олегу, то можно как-то дотянуть до того времени, когда отпустит. Отпустит же? Должно же отпустить?
- Ну и где наш столик? – поинтересовалась Стефания, быстро взглянув на Олега. – Или сначала пойдем выказывать почтение хозяевам? М-м?
- Обязательно, - фыркнул Панкратов. – Тут хозяин – сама понимаешь. Столичной величины пуп. Надо! А с тебя не убудет. Пусть посмотрит на нормальную красоту.
- Я надеюсь, только посмотрит? Я не в том настроении, чтобы кокетничать ради твоего интервью, Олежа.
- С журналюгами всегда сложно. Древнейшая профессия, ты ж в курсе.
- Я думала, древнейшая – это моя, - усмехнулась Стефания, глядя на хозяина мероприятия – высокого темноволосого мужчину в костюме-тройке от Армани. Не заметить его было невозможно. Красив. Даже, пожалуй, слишком красив.
- Толку от твоей профессии, - пробубнил Панкратов и вмиг подобрался, протягивая руку виновнику торжества. – Егор Андреевич! Наше почтение!
- Рад, что выбрались, Олег Станиславович, - подхватил тот, крепко пожимая банкирскую руку. – Надеюсь, вечер вам понравится.
- Ты столько вбухал в эту пьянку, что не может не понравиться, а лучше бы помог голодающим в Африке, - раздалось откуда-то совсем рядом, и Стефания только теперь разглядела стоявшую возле них барышню в пестром коротеньком комбинезоне в стиле сафари, но расписанном крупными цветами. Вещь определенно дизайнерская, и ей шла, насколько это возможно при исходных внешних данных, более чем блеклых, несмотря на острый взгляд темных глаз, особенно яркий из-за светло-золотистых волос совершенно точно натурального цвета. И если допустить, что вот эта женщина пришла вот с этим мужчиной, то оброненная Панкратовым фраза насчет «нормальной красоты» заиграла новыми красками.
Не поведя и бровью, Егор Андреевич кивнул Панкратову и его спутнице, дескать, хорошо повеселиться, и уволок африканскую барышню в сторону следующих гостей.
- Ну ты это видела! – заржал Олег, свет, Станиславович им вслед. – Оно еще и умничает!
- Значит, может себе это позволить, - пожала плечами Стефания. – Это его жена? Или как я?
- Не начинай!
- Даже не думала. Вообще-то ты обещал развеяться. Я танцевать хочу.
- Иди танцуй, - вздохнул, смиряясь с действительностью, Панкратов. И правда – обещал. – Разрешаю. А я – пас.
- Кто бы сомневался! – обрадовалась она и оставила отпечаток поцелуя на его щеке. А после отстранилась и пошла прочь плавной походкой в такт ритмичной музыке, прекрасно зная, как плотоядно он глядит ей вслед в эту минуту. И другие так же. Не женщина – а праздник души и того, что пониже.
 
По пути поймала официанта, разносившего коктейли, и спросила, где можно припудрить носик. А после, убедившись, что Олег отвлекся на разговор с кем-то из своих знакомых и, может быть, Стешиных знакомых тоже, прошмыгнула к стратегически важному пункту с названием из трех букв. К бару в смысле. Там и потерялась ровно на столько, чтобы в достаточной степени разогреть душу собственную. И то, что пониже, потому что тем, что пониже, ей сегодня явно работать – Олег спуску теперь уже не даст.
Она и без того непозволительно долго его избегала.
Потому, быстро пропустив несколько шотов, она и правда отправилась танцевать, где количество дергающихся тел постепенно увеличивалось, что ее в полной мере устраивало. Быстро и партнер подобрался – молодой, энергичный, симпатичный, зубастый, но рук не распускал, и это тоже ей подходило. Сегодня она планировала быть паинькой, хотя получалось такое себе.
«Вы из À propos?» - поинтересовались у нее, лишь самую малость сильнее сжимая ее талию, чем то приличествовало первому знакомству. Хотя какое знакомство? Через десять минут она свалит пить дальше, пока Олег занят.
«Понятия не имею, о чем вы», - перекрикивая музыку, ответила Стефания.
«Сами не знаете, на чей праздник явились?»
«А зачем? – в искреннем удивлении подбросила бровки она. – Я же здесь повеселиться, какая разница, по какому поводу?»
Юноша одобрительно кивнул, а Стеша подумала, что ему и тридцати нет. Маразм какой-то. Она ведь против него – тетка. Какого черта они к ней липнут? Не видят?
Однако танцевал он хорошо, музыку чувствовал, ей нравилось.
Позже она стряхнула с себя его руки и снова рванула к бару, попросив бармена повторить и зашарила по залу, разыскивая взглядом Олега. Мальчик снова оказался рядом, предлагал угостить коктейлем, Стеша отфыркивалась, давая понять, что на этом их тесные отношения окончены. И вся ее головная боль заключалась лишь в том, чтобы Панкратов не подтянулся сворачивать обоим шеи. Хорошо-то как!
Улыбнувшись этой шедевральной мысли, Стеша мимолетно скользнула глазами по головам под расцвеченным ярким светом козырьком Айя-Напы, после крутанулась на стуле и подумала, что раз это пляж, то не плохо бы и ножки помочить. У нее был шикарный педикюр. И коктейль отличный. И даже настроение становилось капельку лучше.
Она коснулась ногами пола, посмотрела на свои лодочки, рассуждая, насколько уместно вручить их Олегу на хранение, а потом подняла взгляд, мимоходом бормоча: «Милый, эту тетю уже сняли, найди кого-нибудь дру...» - и наткнулась глазами на вновь вошедшую пару. У самого входа.
У самого-самого входа.
Только что вошедшую.
И черт с ним, с мужиком.
Бабу она знала.
Вот уже третий день, как она знала эту бабу.
Видела на набережной. Совсем недавно. Видела с коляской, с Андреем, с флером счастливой относительно молодой семейки, от которого ее до сих пор подташнивало.
«Да ладно тебе! – донесся до Стеши сквозь забивающую ватой уши музыку голос паренька. – Ты серьезно с кем-то из этих папиков?»
«А что? Не видно?» - хрипловато отозвалась она, жадно разглядывая ту самую бабу, которая обломала ей весь кайф от ее последнего и единственно стоящего романа. Та была и правда хороша собой, в прошлый раз ей не показалось издали. Сейчас – ярче накрашена, со стильной укладкой, в светлом платье, открывающем стройные ноги. И не скажешь, что недавно родила, если не присматриваться. Ее вовсе не разнесло, да и крой хорошо скрадывал линию талии и живота.
«А как же большая и чистая любовь с простым парнем из народа?»
Интересно, сапожники относятся к простым парням из народа или не очень?
Боковым зрением она уловила, как перед ней поставили очередной шот. Быстро опрокинула и его и теперь переключила внимание на мужчину, несколько ошалев. Потому что его она тоже смутно припоминала, а откуда... кабы знать. Определенно то, что не Андрей. А вот хорошо это или плохо... Стефания уже достаточно опьянела, чтобы не стремиться об этом рассуждать.