Коварный супруг (ЛП)

Я еще секунду смотрю на экран, прежде чем броситься к выходу, мои мысли в беспорядке. Миссис Кингстон. Есть только одна причина, по которой эти слова должны были мигать на экране охранного устройства в доме Ксавьера, и от одной мысли об этом мне становится плохо.
Никому не известно, что Ксавьер Кингстон женился, и его новая жена просто отключила сигнализацию, которую я включила.
  
Глава 3
Сиерра
Я сжимаю телефон и откидываюсь в кресле, глядя на статью, которую моя невестка, Фэй, переслала сегодня утром. Ксавьер Кингстон был замечен за рулем еще не выпущенного суперкара Windsor Motors. Моя кровь закипает, когда я нажимаю на видео, и раздражающе красивое лицо Ксавьера заполняет мой экран.
— Вы никогда раньше не водили машину Windsor Motors, мистер Кингстон, — говорит репортер из «The Herald», раздраженно улыбаясь ему.
Он ухмыляется и оглядывается через плечо, улучив момент, чтобы погладить капот своей новой машины кончиком пальца, прежде чем снова повернуться лицом к репортеру. Его глаза наполнены смесью веселья и провокации — уникальное сочетание, которое он всегда оставлял для меня.
— У меня не было выбора, — объясняет он, и с его губ срывается заманчивая усмешка. — Мой милый котенок вцепился когтями во все мои машины, поэтому у меня не было другого выбора, кроме как купить автомобиль, который, как я думал, она сможет оставить нетронутым.
Глаза репортера расширились.
— Ну, автомобили Windsor Motors определенно надежны, — говорит она, пытаясь скрыть свое явное замешательство.
— Это точно, — говорит он, его глаза пылают. — Для меня большая честь, что Лексингтон Виндзор предоставил мне его за несколько недель до официальной даты выпуска автомобиля. Мне не терпится узнать, что мой дорогой котенок подумает об этой машине, ведь другие ей, похоже, не нравились.
— Мысль о том, что у вас есть милый маленький котенок, невероятно восхитительна, мистер Кингстон. Это совсем не то, чего я ожидала.
— Не уверен, что милый — это подходящее слово для описания моего котенка, — говорит он, смеясь со слишком большим ликованием для человека, который сегодня утром обнаружил, что все его любимые игрушки повреждены. — Свирепый, возможно. Красивый, несомненно.
— Вот кусок дерьма, — говорю я сквозь стиснутые зубы, отмахиваясь от статьи и приходя в ярость. Ненавижу, что он прав — я бы никогда не повредила машину — Windsor Motors. Я в ярости смотрю в окно, а в голове бесконечно повторяется, как он назвал меня своим милым котенком на национальном телевидении. Он не в себе, это точно. Не в себе и невыносим.
Он знает, что я ненавижу это дурацкое прозвище, и именно поэтому настаивает на его использовании. До сегодняшнего дня он никогда не использовал его в присутствии посторонних. Все началось с почти незаметного шепота, когда я танцевала с ним на благотворительном вечере восемь лет назад, и превратилось в издевку в пустых коридорах и залах заседаний.
— Котенок, — повторяю я в своем тихом кабинете. Он считает меня маленьким и незначительным, неуправляемым домашним животным.
Я краснею, когда звоню своему брату, генеральному директору компании Windsor Motors. Он мгновенно отклоняет мой звонок, что меня ничуть не удивляет. Он наверняка знал, что я буду в ярости, если он продаст машину Ксавьеру Кингстону, и все равно сделал это. Все мои братья знают, что я терпеть не могу Ксавьера, и это вполне справедливо. Я не раз громко жаловался на его попытки саботировать меня, но они, похоже, всегда знали, что я так и сделаю. Тем не менее, будучи хорошими братьями, они всегда прикрывают меня, так как же, черт возьми, Ксавьер получил в свои руки эту машину?
Я: Перезвони мне прямо сейчас, или я позвоню Райе.
Я ухмыляюсь про себя, когда замечаю, что мой брат прочитал мое сообщение. Все мои братья — полные олухи по отношению к своим женам, и, к несчастью для них, все мои невестки очень любят меня. Нет более действенной угрозы, чем сказать братьям, что я позвоню их женам, когда они будут действовать мне на нервы.
Я хихикаю, когда Лекс звонит мне через минуту после прочтения моего сообщения, явно просчитав шансы и решив, что ему лучше встретиться со мной напрямую.
— Привет? — говорит он, удивительно нервничая, хотя его поведение всегда спокойное и игривое.
— Как ты мог? — огрызаюсь я.
— Мне жаль, — мгновенно отвечает Лекс, к счастью, не утруждая себя притворством. — Я должен был оказать ему услугу, Сиерра. Честно говоря, я удивлен, что он так ее оценил. Все, что он хотел, — это купить машину пораньше. Даже не попросил получить ее бесплатно. Честно говоря, не было причин отказываться.
— Ты задолжал ему? — спрашиваю я, сбитая с толку. С чего бы моему милому старшему брату быть обязанным этому дьяволу? Мои братья мало чего не могут сделать сами, так зачем ему понадобилась помощь Ксавьера?
— Ты все равно должен был отказаться, — говорю я. — Теперь, похоже, Виндзоры и Кингстоны дружат друг с другом, и кто знает, как он планирует использовать это в своих интересах? Ему нельзя доверять.
Лексингтон смеется, явно не понимая, насколько серьезна его ошибка.
— Все в порядке, сестренка. Я обещаю.
Прежде чем я успеваю опровергнуть его слова, дверь моего кабинета распахивается, и в него входит знакомый мужчина, за которым по пятам следует моя помощница.
— Забудь об этом. Я поговорю с тобой позже, — говорю я Лексу, прежде чем завершить разговор.
Я поднимаю бровь на помощника Ксавьера, Сэма. Он ухмыляется, как будто не он только что силой ворвался в мой кабинет.
— Мисс Виндзор, — говорит он, склоняя голову. — Очень рад снова видеть вас.
— Я бы сказала, что чувства взаимны, но мы оба знаем, что я бы солгала, — отвечаю я и ободряюще улыбаюсь своей помощнице Клэр. Она выглядит расстроенной, хотя знает, что Сэма не остановить, когда он отправлен на задание по приказу Ксавьера. В конце концов, это не первый раз, когда он врывается в мой кабинет без предупреждения и без приглашения.
— Вы ранили меня, мисс Виндзор, — говорит Сэм, драматично вскинув руку к груди.
Я вздыхаю и скрещиваю руки.
— Что привело тебя сюда, Сэм? — Его глаза загораются, и я поднимаю руку. — И избавь меня от театральности, пожалуйста.
Улыбка Сэма сходит с лица, и он протягивает мне черный конверт с золотой печатью. Мое сердце начинает биться быстрее, когда я узнаю свое имя, написанное золотым почерком Ксавьера.
— Мистер Кингстон просил передать это вам, мисс Виндзор.
Я беру у него письмо, но не успеваю пропустить его через уничтожитель бумаг, как Сэм напрягается, и выражение его лица становится серьезным.
— Он также сказал мне, что уволит меня, если я не прослежу, чтобы вы прочитали его письмо.
— Что? — спрашиваю я, держа конверт на дюйм выше шредера. — Он никогда бы тебя не уволил, — начинаю я, но, по правде говоря, я не уверена в этом. Ведь Ксавьер непостоянен.
— Помилуйте меня, мисс Виндзор. Если вы решите уничтожить его после прочтения, то так тому и быть, но, пожалуйста... пожалуйста, помогите мне сохранить работу.
Черт бы его побрал. Я стискиваю зубы, хватаю нож для писем и разрезаю письмо, пылая от ярости, когда понимаю, что это приглашение на торжественное открытие театра, для которого он украл мои эскизы — «Artemis».
— Он не может быть серьезным.
Сэм смотрит себе под ноги, но я могу поклясться, что на долю секунды я увидела на его лице намек на улыбку.
— Это еще не все, мисс Виндзор, — говорит он умоляющим тоном. Я в такой ярости, что меня трясет, когда я тянусь к письму, написанному от руки, золотые чернила блестят на черной странице.
  
Мой милый Котенок,
Ты, конечно, не думала, что тебе сойдет с рук порча моей драгоценной коллекции автомобилей? Ты, как никто другой, знаешь меня лучше.
В обмен на то, что ты нанесла ущерб, я забрал кое-что из твоей коллекции. Потанцуй со мной сегодня вечером, и я подумаю о том, чтобы вернуть это. Я даже не буду возражать, если ты будешь нагло и нарочито наступать мне на ноги — в конце концов, мне очень не хватает того, как ты заставляешь меня быть начеку.