Собственность Короля (СИ)

На экране какие-то яркие всполохи, как будто разноцветные искры.
Это абсолютно точно не биржа.
— Игрушка, — замечает мой взгляд Влада и на секунду разворачивает телефон экраном ко мне. — Люблю залипать в такую хрень. Собираю крутых монстров, — скалится, — чтобы и в виртуальном мире всех нагибать.
Он точно ненормальный.
Обхватываю себя руками, утешаясь мыслью, что вот этот человек — единственная надежда, которая у меня есть. И либо будут он и его правила — совершенно мне неведомые —, либо я буду сама по себе против отчима и его цепных псов. И Шубинского, само собой.
  
— Король, — слышу знакомый голос и чуть не подпрыгиваю на месте. — Собственной персоной.
Рогов.
Царапины на моем лице, оставленные щепками от мебели, которую он громил направо и налево, начинают одномоментно болеть.
Влад, кажется, даже не планирует отрываться от своей виртуальной битвы.
Я бы хотела хоть немного понимать происходящее, но прямо сейчас решаю, наконец, смириться с тем, что все это от и до — один бесконечный абсурд, в котором у меня самая незавидная роль девочки за кулисами: смотреть, молчать, слушать.
Отчим появляется справа, со стороны кабинета.
В сопровождении четырех здоровенных лбов. Их я вообще впервые вижу.
Двое, те что стоят справа и слева, даже не скрывают оружие, намеренно чуть сдвинув в сторону пиджаки.
А Влад перед этой сворой в одной «косухе» на голое тело.
И все равно, непонятный мне инстинкт заставляет подвинуться к нему поближе.
— Не помню, чтобы звал тебя в гости, Влад, — ухмыляется Рогов.
Выглядит почти радушным хозяином. Еще чуть-чуть — и раскинет объятия желанному гостю.
— Для тебя, собака сутулая, Владислав Андреевич и на «вы», — жестким голосом, от которого у меня мурашки по коже, мгновенно отбривает Влад.
Но, блин.
Он продолжает увлеченно гонять в телефоне своих виртуальных монстров!
Кажется, даже если бы мой отчим появился в сопровождении целой маленькой армии, он и тогда бы не сделал паузу.
Мне очень страшно в эту минуту, потому что все это выглядит как… какой-то цирк одного актера. Или, еще лучше, на игру, где против матерых наемников один наглый зарвавшийся мальчишка выставил армию оловянных солдатиков и пушек из спичечных коробков. Еще и ума ему хватает вести себя так, словно за его спиной целый спецназ.
А не только одна моя трясущаяся от страха тушка.
Но… что-то в том сценарии развития событий, который за пару мгновений успевает пронестись у меня перед глазами, явно не работает, потому что мой отчим не натравливает на нас охрану, его псы не хватаются за оружие, никто не валит нас лицами в землю и не приставляет к вискам стволы.
Я бы даже сказала, что Рогов выглядит… порядком обеспокоенным.
— Владислав… гм-м-м… Александрович… — Сразу видно, что отчиму очень не нравится перспектива говорить вот с этим «умником» на «вы», но он вынужден подчиниться. Это уже повод выдохнуть с облегчением или пока рано забывать «Отче наш»? — Не припоминаю, чтобы приглашал вас в гости.
— Ага, — как-то рассеянно качает головой Влад, но его лицо по-прежнему остается жестким, даже несмотря на то, что мой отчим заметно прогнулся под его требования. — А я как Винни-Пух — прихожу без приглашения. Только ночью. И в окно.
Физиономия Рогова вытягивается от непонимания.
А до меня только сейчас доходит, что у одного из охранников за его спиной, знакомая рожа. Ну как, знакомая — я помню, что видела его около Шубинского, когда он высказывал отчиму свое недовольство моим плохим поведением. Решил подстраховаться и оставил своих головорезов? Мне нужно как-то дать понять Владу, что все тут не так просто?
Судя по его совершенно расслабленной позе — он либо полностью контролирует ситуацию, либо не контролирует вообще ничего и блефует.
— Насколько я помню, — Рогов как будто пытается ослабить воротник застегнутой до самого горла рубашки, — моя падчерица была наверху. Наверное, у вас ко мне какой-то серьезный разговор не для неподготовленных женских ушей.
Он дергает головой и два мордоворота синхронно, как киборги, делают несколько шагов в мою сторону.
— Я, кстати, как раз приехал разбираться с этой шнягой, Рогов. — Влад на секунду отрывается от своего разноцветного мочилова в телефоне, оценивает обстановку… и снова возвращается к игре. — Только для начала надень намордники на своих псов — они меня пиздец как раздражают. А я когда злой — реально очень нехорошей хуйни могу натворить.
— Владислав Александрович, я не очень понимаю…
— А никто не просит тебя понимать, Рогов: тебе говорят — ты делаешь. Или ты тупой и не понимаешь с первого раза?
Все это очень сильно напоминает сцену из фильма про гангстеров, когда на одного Биг Босса внезапно находится противоядие в виде другого, может, не такого пафосного, но настолько отбитого, что ситуация начинает накалятся со скоростью звука. И если раньше я думала, что мистер Грей — просто немного чокнутый айтишник (или типа того), то теперь у меня практически не осталось сомнений в том, что он — бандит. А земля моя ему нужна чтобы построить казино и отмывать деньги.
«Ты дура?» — Мой едкий внутренний голос звонко прикладывает ладонь ко лбу.
Я дура и еще у меня нервы.
Но мои самые мрачные прогнозы на тему того, что я связалась с бандитом, оправдываются, когда Рогов, несмотря на превосходящее соотношение в живой силе, отзывает охрану. Далеко они, правда, не уходят, просто делают ровно такое же количество шагов назад. Интересно, а Шубинский оставил им специальные указания на такой случай? Есть какая-то степень накаливания ситуации, после которой они, как перепрограммируемые терминаторы, перестанут отвечать на команды Рогова и начнут действовать по другому плану?
— Ну вот, можешь же, когда хочешь. — Влад широко улыбается — явно одержал победу в своей игре. Только после этого опять небрежно запихивает телефон в задний карман брюк, выгнувшись «мостиком» на диване.
Я чувствую, как краска снова приливает к щекам, потому что вид его абсолютно голого рельефного торса, плоского живот и максимально неприлично болтающихся где-то на уровне основания члена штанов — это уже даже не «18+», а целое: «Только для ОЧЕНЬ взрослых девочек».
— И так, первое — ты в курсе, что это, — тычет пальцем в мою сторону, — моя девочка?
Несмотря на оторопь, отчим удивленно приподнимает брови.
Честно говоря, я тоже.
Пауза в гостиной по уровню накала достойна Бродвея.
В каком смысле я — его девочка?
Его знакомая? Его подруга? Его… вещь?
Или уровень алкоголя в его крови, наконец, поднялся достаточно, чтобы утопить мозг, и мистер Грей перестал соображать, что несет?
— Влад… Владислав Александрович, я… решительно ничего не понимаю. — Как бы странно это не звучало, но именно моему трусливому отчиму первому хватает смелости открыть рот. — Это — Анна Эпштейн, моя падчерица. Она только несколько дней назад вернулась из Штатов. Вы, вероятно, с кем-то ее путаете.
Забавно то, что способ, которым Влад проник в наш дом, Рогова и близко так сильно не обескуражил (или, скорее, напугал?), как его намек на то, что между ним и мной существуют какие-то отношения. Может, это его бандитская фишка, своего рода визитная карточка — вламываться на чужую территорию разными экстравагантными способами?
Влад вскидывает палец вверх, издавая звук, примерно похожий на тот, который воспроизводят на разных телешоу, если участник нажимает не на ту кнопку или дает неправильный ответ.
Где он вообще берет силы быть таким… спокойным и даже веселым?!
— Рогов, ты вот ни хрена не прав сейчас. — Влад кивает себе за спину, давая понять, что сейчас речь пойдет обо мне. — А вроде же считаешь себя до хрена важным. Но ладно, раз уж я тут к тебе без приглашения, будем считать это моим тебе последним китайским предупреждением. Посмотри на нее еще раз и попробуй дать правильный ответ со второй попытки. Последней.
Рогов щурится, даже подходит к нам на пару метров и охранники, как ожившие каменные истуканы, тенью двигаются следом. Отчим всматривается в мое лицо и даже сопит от усердия, как будто пытается увидеть во мне другого человека. И на миг его физиономию даже озаряет какая-то идея, но этот восторг быстро гаснет.