Сын Моржа и Куницы (СИ)

Но — не судьба.
— Эй, мелочь! — завопил кто-то за спиной. — Сюда! Давай, давай, жду!
Сбившись с ноги, Егор повернулся и увидел вдалеке рыжую, что подпрыгивала и махала руками. Она стояла пригорке, в полпути от дома до поворота дороги от городского шоссе на клановую землю.
— Сюда! Левой, правой, не тормози!
Вздохнув, направился к ней. Куней, конечно, та ещё зараза, но и к рыжей есть пара интересных вопросов. А наследница Жарка и наследница Сыса никуда не денутся, придёт время.
Когда Егор приблизился, рыжая невинно улыбнулась и призналась:
— Скучно мне. Мясо жду, а чего-то не везут. Давай, развлекай!
Егор бросил взгляд вдаль. Дорога была пуста. Огляделся, поднялся чуть выше на пригорок и сел на траву. Похлопал по земле рядом с собой и позвал:
— Может, сюда?
Огневолосая фыркнула, состроила презрительную гримаску, но опустилась рядом, подобрав ноги и поёрзав, устраиваясь удобнее.
— Ну, признавайся! — с лёгкой насмешкой спросила рыжая. — Чем озабочен?
— Помнишь, мы сегодня на станцию ходили, змеюку встретили?
— Ещё бы, прикупила большой шмат мяса. Скоро привезут, и я вылечу нашего старикашечку! — бросила Куней и хищно облизнулась. — Надеюсь, что вылечу. Вон, с утра ему рунный камень скормила, теперь волшебное мясо. Должно полегчать-то!
Егор запомнил слово «волшебное», но отложил выяснение на будущее.
— А я вот что думаю. Ме… Путята наш, — парень оглянулся по сторонам. — Да, Путята, отлично защищает. У него есть щиты, усиления, да и бьёт здорово.
Он поднялся с травы и встал в стойку, которую не раз видел в исполнении Мелвига. На левой руке воображаемый щит, правая поднята для удара таким же призрачным молотом. Понятно, ни щита, ни оружия нет, но Егор постарался изобразить как смог.
Сделал несколько движений, которые подсмотрел у седого, но почему-то выходило нелепо и неуклюже. Не хватало опыта, да и тело не успевало. Раньше Егору казалось, что экономные и выверенные действия наёмника легко повторить. Они казались такими простыми и естественными… Но времени в дороге не хватало попробовать, постоянно проблемы отвлекали.
Сейчас в первый раз время нашлось, а вот образ Мелвига в бою — никак не вытанцовывался. Лёгкость оказалась обманчивой.
— Не выходит, — признался Егор, осознавая, насколько далёк от реального бойца.
Он попытался ещё несколько раз.
И недовольно заключил:
— Надо больше тренироваться.
— «Нужно больше золота!» — насмешливо протянула огневласка. — Какой-то ты неуклюжий, хоть и мальчишка. У тебя наставник есть? Сколько лет тренировал?
Егор помотал головой.
— Какой наставник, рыжая? Все эти мечи и топоры, это же оружие!
— Конечно, оружие, — изумилась Куней, не зацепившись за крючок «рыжей». — Воин без меча это и не воин вовсе, так, огрызок.
— У нас мечи запрещены. Ну и боевые молоты, палицы, и всё такое.
Наёмница посмотрела недоверчиво.
— Что, совсем всё? А как же ваши военные? И госгвардейцы?
— Вот им можно, а обычным людям нет.
Рыжая подёргала себя за волосы.
— Странно, — протянула она. — А с другой стороны… Читала про ваш мир в приложениях к контракту. Кланов нет, магов — мизер, единицы. Мы, Народ, тоже встречаемся редко. Боги… Вот про богов невнятно написано, семь раз перечитала, даже листок вверх ногами перевернула! Всё равно хрень какая-то. Вроде нет, но может есть! Не вру, прямо так и написано!
— А кто есть? — поневоле заинтересовался Егор.
— Одни простецы! Может вам и оружие поэтому не нужно, не воюете совсем?
Егор грустно хихикнул.
— Ну да, как же. Воюем, конечно. Но оружие под запретом. Даже договора есть международные, о запрете всяких опасных штук. Правда, не помогает.
— Ладно! — решительно отмела наёмница международную повестку чужого мира. — Значит, не учили тебя?
— Да кому? В наших краях никакого мечемашества, только спортивное фехтование. Кажется, это олимпийский вид спорта. А так, щиты и мечи уже лет триста или пятьсот не используем.
— Хм. Олимпийский спорт. Что это?! Нет, не говори! Сама догадаюсь.
— Ну, это…
 
— Сказала же, потом и сама. А какое оружие разрешено?
— Всё запрещено. Охотникам ружья и ножи можно, но только по охотбилету, обычным людям нельзя.
— Хех, не сильно от наших порядков отличается. Обычные простецы разве что большие ножи таскают, да какие-то пукалки послабее. Такие, чтобы Младшему не опасны. Среднего ты ещё попробуй даже из пушки пробей. Вон… Путяту просто так не прошибёшь! Ну, когда он здоров.
— А кому разрешено?
— Всем остальным, там-то уже наплевать. Сам подумай, если у тебя божий дар, зачем тебе стреляла? А если ты хотя бы Младший, то никакие теховские ружья не сравнить… — рыжая задумалась и призналась: — Хотя бывают и опасные агрегаты, особенно если артефактора уговорить.
Она встала, обошла Егора по кругу.
— Ну-ка, изобрази нашу псину!
Егор изобразил.
— Пафосно, но глупо, — вздохнула наёмница. — Смотри, он держит щит ниже. Если высоко задрать, то открываешь ноги, они в уязвимой позиции. И твоё внимание легко раздёргать, обозначив фальшивый удар по ногам и проведя реальный укол в голову.
Она поправила левую руку Егора.
— Вот, примерно, так. Да и правую руку не закидывает далеко назад. Ты прям от задницы пытаешься бить, с крестьянского размаха! А он держит молот на уровне головы, чуть вперёд от себя, контролируя направления атак.
— Чем сильнее размах, тем сильнее удар? Правило рычага.
— Ага, но сколько ты размахиваться будешь? Очень тебе поможет, если голову срубят, пока ты руками машешь, — хмыкнула рыжая. — Но всё это ерунда, ничего полезного я тебе не посоветую. Требуй у Моржей настоящего наставника, я-то самоучка, никогда золота не хватало на учителя. Там подсмотрела, тут углядела. И, главное, надо тебе понять твой божий дар, а уж потом…
Она осеклась.
— Погоди. Тебе сколько лет?
— Четырнадцать на днях стукнуло.
Рыжая задумалась. Долго молчала. И сказала:
— Это клановые дела, твои и Моржей. Не полезу.
— Во что?
— Ни во что, — понятно объяснила рыжая. — Давай-ка сменим тему.
И оглянулась. Через открытый шлагбаум заехал зачуханный трёхколёсный тук-тук, бодро тарахтящий к ним.
— А вот и жрачка, — сказала рыжая и облизнулась.
Смена темы Егору не понравилось.
Мясо мясом, а Куней скрыла явно очень важное.
— Ладно, — сказал он, — тогда потренируюсь!
Встал в ту совершенно неправильную стойку, которую раскритиковала рыжая.
Прикрыл глаза и, представив перед собой уродливые жвалы страшного гигантского таракана, толкнул их щитом, вкладывая и силу левой руки и напор всего тела. Когда морда чудовища качнулась назад, ударил сверху правой.
Назло рыжей врезал со всей мощи, размахнувшись от задницы, по-крестьянски.
Ломиком.
  
ГЛАВА 22. Я дам тебе тяпку и парабеллум
 
В ушах звенели литавры.
В голову ударило набатом.
Под ногами мелькнуло и исчезло закатное небо. Егора крутануло ещё раз и он грохнулся на спину, прокатился по склону, ободрался об асфальт и шлёпнулся на песок.
С неба сыпалась распорошенная земля и куски асфальта. Парочка камней попала и в Егора, один из дорожных обломков вскользь задел лицо и раскровянил щёку.
Кто-то неизвестный раскашлялся в поднявшихся клубах рыжей пыли.
И рявкнул звонко:
— Ах ты, свинский выхухонь! Кударахт помойский! Мозгодыр культяпский!
— Это не я, — просипел Егор. — Клевета!
— Ты, ты! А ну, ещё вякни! Не вижу в пылище тебя, а найти хочу!
Егор перевернулся на живот и пополз по песку, не поднимая головы. И так вот случилось, что метров через несколько свалился в глубокую траншею, с хлюпающей на дне грязью и водой.
Да не было тут канав! Пусть и глубиной всего по пояс, но ямища длинная и убедительная. А берег, насколько Егор помнил, полого и аккуратно спускался к воде. Выгладили его в своё время Моржи, пусть и зарос сейчас бурьяном.