Решала (СИ)

— Видеть тебя не хочу! Жмот! — Высунулась пьяненькая Иркина мордашка.
Дальше было дело техники — я отодвинул дверь, и мы зашли в квартиру. Два гостя дамочек на нас с Ильёй даже не рыпнулись. Илюха выглядит страшно здоровым, а я… а я как минимум страшным.
'Я не красавчик,
Чтоб все с ума сходили,
Да и не сходят —
Это даже веселей.
Но девочки всегда…', — напевал я про себя, выслушивая упрёки Иры в том,… что я её бросил!
— Ты бы мог отговорить меня. Я ждала! — меня ещё попутно и бьют кулачками в грудь.
Реагирую холодно, не оправдываясь. Она пьяна, и я виноват, по её мнению. Никак эти два факта мне не исправить. Вселенная так распорядилась! Едем обратно опять тем же секретным маршрутом, и мне везёт. До дома молодых, не такого уж и ветхого, как я вижу, доехали удачно. А вот уже подъезжая к своему двору…
 Глава 4 
Машина — милицейский бобон, прямо у моей калитки! Скорее всего, не за мной. Вот дал бог соседей!
— Илюха, сходи, ворота открой, — прошу друга.
Это, чтобы алкоголем не дышать на ментов, если вдруг подойдут. Заезжаю во двор, глушу мотор и выхожу из машины. Успел уже зайти в дом, как увидел, что в ворота заскочили два гаврика в форме. Илья власти уважает, поэтому не препятствует наглой парочке ворваться ко мне в дом.
— Ничего не перепутали? — удивлённо спросил я, открывая об стол бутылку пива и делая пару глотков.
Делаю это на глазах ментов, чтобы не было вопросов — почему бухой за рулём? Я не боюсь, но мало ли.
— Парень, помощь нужна! Там вашего соседа порезали. Скорую вызвали, но пока приедет… — торопливо проговорил один из гостей — молодой сержантик.
— А я что, доктор? — задаю логичный вопрос гостям.
— Бинт есть? — спросил второй, постарше, и тоже сержант.
— Был, вроде. Только эластичный, — припоминаю я.
— Давай! То, что надо! — обрадовался второй.
— Это… давай, может, узнаем, что там и как? — предложил Илья, когда мы уже закрыли ворота и отогревались после поездки.
Минус тридцать у нас первого марта в городе!
— Ну, уж нет. В прошлый раз зашёл, так меня в камеру сунули. Завтра узнаем, — пресекаю любопытство я.
Три часа ночи, поэтому отправляемся спать. Разбудил опять меня стук в ворота. Матерюсь, но иду открывать. Охота в лоб кому-нибудь дать. Соседи, менты… да пофиг. А вот хрен! Там Ирка стоит бухая ещё больше, чем, когда мы с ней простились, а за ней новый муж с такой несчастной мордой, что его и бить стыдно.
— Ира, какого х…! — ору я не сдерживаясь. — Вышла замуж — сиди дома, сына воспитывай!
— Анджей пропал! — рыдает та. — Этот гад оставил его дома одного!
Гад мнётся сзади, натягивая ушанку поглубже на голову. Вот кому сейчас хуже, чем мне!
— Без паники! Звони в милицию! Найдётся, куда он денется? — успокаиваю я, а сам понимаю, что подросток в переходном возрасте может сотворить что угодно на эмоциях. Да даже творить ничего не надо — на улице минус тридцать.
— Он тепло одет? — задаю важный вопрос.
— Где его искать⁈ Это я виновата! — А-а-а, у-у-у… — воет родительница.
Конструктива ноль.
— Слышь, дядя, что парень надел? — переключаюсь я на мужа Ирины.
— Да в том-то и дело, что ничего из верхней одежды, даже ботиночки не надел, — взволнованно вспоминает тот. — Надо искать его срочно! Замерзнет!
— Дома он, скорее всего. Садитесь в машину, поедем в прятки играть, — посопев, решаю проверить версию о том, что парниша просто решил позлить родителей и спрятался.
Едем обратно. Илья с нами — вот делать нечего моему другу. Когда вошли во двор, впечатление о доме мужичка стало ещё лучше. Дом в два этажа! Просто один этаж почти ушёл под землю, хоть он и кирпичный, и его окна находятся на уровне земли. Такое впечатление, что просто поверх каменного первого этажа надстроили второй, деревянный. В первый раз, когда подвозил хозяев, я во двор не заходил, иначе был бы облаян здоровым цепным псом. Вот поди ж, прокорми такого! Хозяин идёт первым, следом я с Ириной, та не хочет выпускать мою руку из захвата. В доме чисто, но это заслуга жены — она аккуратистка. Ковер на стене — непременный атрибут советского быта, ещё один лежит на полу в зале, над большим цветным телевизором висят рога оленя. Рога прям к месту — кажется, Ирина ко мне не остыла. А не такой уж он и бедный этот новый муж. Стенка ещё полированная имеется, темная. У нас такая в детстве была (я про первую свою жизнь говорю).
 
— Мы тут искали! По всем комнатам. Не иголка же он.
— Деньги пропали? — отвлекаю Ирину разговором и пытаюсь понять, где может спрятаться малогабаритный подросток.
В зале, небольшой спаленке Анджея и кухне нет таких мест, а второй этаж я пока не видел. Поднимаюсь. Ух ты! Кровать такая, что мы вчетвером тут разместимся. Сексодром, как говорится. Кроме этой спальни, на втором этаже имеется ещё одна. Скорее всего, бабушка какая-то там жила. Вон древняя швейная машинка, как бы не трофейная, причем, возможно, даже с первой мировой войны. Где можно спрятаться? Под кроватью же он не поместится? А удобства, я вижу, во дворе у них. Стоп! Или поместится?
Нашлась пропажа! Всё, как я и предполагал — решил в прятки поиграть, а потом, когда все рыдать будут, выскочить и напугать. Но мальчишка под кроватью уснул! Отцепляя от себя Ирину, которая одной рукой держит сына, а второй пытается удержать меня, я ухожу. Ну и ночка!
Утром спим с Ильей до десяти. Мне с утра на занятия в универ, и Илюха тоже в зональной школе учится, прогулять можно. Он, собственно, первым и встал, и даже сварганил завтрак в виде гречневой каши с маслом.
— Во у тебя жизнь весёлая! — вчерашние ночные приключения неожиданно понравились Илюхе.
— Да не дай боже такое каждую ночь, — я чуть не перекрестился.
Еду, как и планировал, в университет, только не на первую пару, которой была лекция по исткапу, а на середину второй — тоже лекция, но по матану, который я уже успешно сдал за весь год. Собственно, я не учиться сюда приехал, мне бы поговорить с нашей старостой — Аней Маловой. Хочу ей место предложить секретарское. Пусть бросает универ, ну, или переводится на заочку. А что? Армия ей не грозит, общагу ей выделю, даже гостинку, по деньгам… не обижу.
— Ты что, там такой большой начальник? — Малова с подозрением оглядела меня.
— Так, товарищи, кому неинтересно — зачем приходить? — недовольно скрипит лектор в нашу сторону.
Да не только в нашу, народ занимается на лекции всякой хренью. Хотя, самые упоротые бездельники уже вылетели с курса. Человек пятьдесят выгнали, а это… треть курса! Как вам такое, Илон Маск? Тьфу! Какой Маск? Он ещё школьник, наверное.
— А спать я с тобой должна? — прищурив глаз шепотом спрашивает Анька.
— С ума сошла⁈ — возмущённо шиплю в ответ.
— Это да или нет? — не унимается староста.
Издевается надо мной, зараза!
Так-то я не прочь. Анька невысокая, я бы даже сказал, миниатюрная, но фигуристая девочка и симпатичная притом. Однако с подчинённой заводить отношения не буду. И дело не в том, что я ханжа или боюсь, что в крайкоме узнают, просто это будет вредить работе. Мне нужна секретарша надежная, неболтливая, толковая и незашоренная идеологически. Это всё про нашу Аню!
— Я подумаю, — обещает девушка. — Неожиданное предложение, я себе иначе жизнь распланировала.
Оставляю Аньке свою старую визитку (надо бы новую сделать) и иду в деканат. Хотел бы сказать, что пригласили, но нет, вызвали. Какая-то мамзель позвонила мне на работу и тоненьким голосом проинформировала, что меня ждут после второй пары. В деканате две смешливые девочки, не обращая на меня внимания, увлеченно обсуждают личную жизнь… а хрен его знает кого, вроде, как какой-то блядовитой Клавки. Рядом сидит преподша с кафедры марксизма-ленинизма.
— Анатолий Штыба, первый курс, — скромно представился я в деканате и добавил: — Мне сказали явиться после второй пары.
Пергидролевая дамочка сорок плюс, не поднимая глаз, махнула рукой сверху вниз как бы предлагая садиться.