Демонология по Волкову. Падальщики
Еще немного поболтав с Мирославой и пообещав, что заглянет домой при первой возможности, Алиса сбросила звонок. Остальным друзьям звонить не стала, за нее это сделает Мирослава. Близнецы наверняка на работе, а разговаривать с Матвеем не хотелось. Алиса могла не удержаться, завести разговор о Вике и ее связи с Антоном, но перед этим стоило все обдумать. В том числе и зачем ей это. А сейчас думать у нее не было сил.
Немного полежав, Алиса снова взяла телефон, открыла банковское приложение. Сумма на счету оказалась крайне приятной. Алиса широко улыбнулась. Да, больно и страшно, но разве это того не стоило? Где бы еще она взяла такие деньги всего за сутки? Она молодая, здоровая, выдержит.
Вчерашнее никогда теперь уже не казалось таким твердым.
На кухне, как и обещал Антон, ее ждал полноценный обед. Тамара Ильинична подкладывала ей еду быстрее, чем Алиса успевала жевать, и суетилась сильнее обычного. И только когда Алиса съела больше, чем когда-либо до этого, решилась спросить:
– Ну как ты, дорогая?
– Порядок, – заверила Алиса. – Особенно теперь, когда вы меня накормили.
Тамара Ильинична воровато огляделась, убеждаясь, что их никто не подслушивает, а затем наклонилась к Алисе поближе и быстрым шепотом произнесла:
– Мне Мария Антоновна по секрету рассказала. А она случайно услышала. Леон был крайне недоволен тем, что Антон к вам не заходил долгое время. Анжеле-то он сразу обезболивающее колет, чтобы ей проще было, а тебе почему-то не стал. Леон его знатно распекал.
– Обезболивающее мне бы не помешало, – хмыкнула Алиса, втайне испытывая злорадное удовлетворение.
А еще что-то теплое, чему она с трудом могла дать определение. Леон заступился за нее. Даже думая, что она об этом не узнает. Заступился, потому что хотел. Незнакомое чувство, удивительное. Пожалуй, за это Алиса даже готова была простить ему ту манипуляцию. Хотя с чего вообще она обиделась? Да, он наверняка понимал, что рассказ о счастливых моментах расслабит ее. Но разве не за этим она пришла в его палату? Разве не сама попросила его дать руку, когда поняла, что добилась нужного эффекта?
Нет, все-таки удивительно, как по-разному люди смотрят на вещи, когда разбиты и раздавлены и когда сыты и счастливы.
Они с Тамарой Ильиничной уже пили чай с булочками, когда в коридоре послышались шаги. Алиса сразу узнала Леона, подобралась. Он вошел в кухню широким шагом, на лице застыла решительность, а на плечах – первые снежинки. Он только что пришел с улицы и, похоже, вскоре собирался уходить обратно. Увидев Алису, остановился, буквально несколько мгновений рассматривал ее, а потом сказал:
– Сработала одна из ловушек, засекла след бездушного. Мы с Владом и Денисом выходим. Алиса, ты в состоянии идти с нами?
И прежде, чем Тамара Ильинична успела бы возразить, что девочке нужен отдых, Алиса сказала:
– Конечно.
Укол подействовал, загнал боль в самые отдаленные уголки ее тела, она вполне в состоянии работать. Теперь ей казалось даже странным, что еще несколько часов назад она с трудом открывала глаза.
Что ж, если каждый раз после «процедуры» она будет так быстро приходить в себя, особенно если Антон все-таки будет давать ей обезболивающее, то не так все и страшно. Да, больно и неприятно, но и деньги хорошие. За такую оплату можно и пострадать сутки.
* * *Алисе не пришлось особенно готовиться: ее повседневная одежда подходила для походов по лесу, нужно было лишь набросить сверху куртку и надеть ботинки. Когда она вышла на террасу, Влад уже ждал ее с пустой колбой в руках. На его шее висела такая же, наполненная светло-зеленой жидкостью. Вспомнив совет Леона, Алиса глубоко вдохнула, прежде чем надеть колбу на шею. И это действительно помогло: перемещение души из тела в маленькое стеклянное хранилище прошло гораздо проще, чем в первый раз.
– Ты молодец, – похвалил Влад, когда она открыла глаза, фокусируясь на нем.
– Уже ученая, – хмыкнула Алиса.
Вдвоем они спустились в сад, где садовник Денис Сергеевич вручил каждому по заготовленному сосновому колу. Судя по запаху свежей смолы и валяющимся вокруг опилкам, тонкие деревца он срубил и обстругал только что. Алиса обратила внимание, что у самого Дениса Сергеевича, кроме кола, имеется еще и другое оружие: в объемном рюкзаке за его плечами недвусмысленно звякало железо, на плече висело ружье, а к поясу был привязан новый на вид топор. О том, что именно он будет делать этим топором, Алиса старалась не думать. Только тошнить перестало. Она заметила на шее садовника вощеную веревочку, но колба с душой была спрятана под одеждой, поэтому ее цвет узнать не удалось.
Куртка у Влада тоже топорщилась под мышкой, выдавая, что и он не надеется на один только сосновый кол. Алиса подумала, что неплохо было бы и себе заиметь какой-нибудь нож, но тут же отбросила эту идею: чтобы нож стал оружием, с ним надо уметь обращаться.
Вскоре из дома вышел и Леон. Как всегда, в длинном черном пальто, в ботинках на толстой подошве, с застывшей на лице непроницаемой маской решительности. Коротко кивнул Денису Сергеевичу, принимая от него кол, но другого оружия при себе не имел. По крайней мере, Алисе так казалось. За его плечами не висел рюкзак, но под широкими полами пальто могло прятаться что угодно. Впрочем, Алиса была почти уверена, что Леону не нужно другое оружие. Он сам по себе оружие.
Скользнув взглядом по маленькой команде и не задержавшись ни на ком, Леон коротко проинформировал:
– Сработала ловушка в трех километрах на восток. Смотрите в оба.
Сказав это, он первым свернул с благоустроенной дорожки. Денис Сергеевич направился за ним, на ходу застегивая рюкзак, последними, чуть отстав, шли Алиса и Влад.
– Ты как? – спросил Влад, когда огни дома остались позади, скрывшись за деревьями.
– Порядок, – уверенно заявила Алиса, но Влада нисколько не убедила.
– Выглядишь бледной.
– Ну, это было непросто, – уклончиво призналась Алиса и тут же перевела тему: – А Денис Сергеевич у нас, значит, не просто садовник?
Влад посмотрел в спину впереди идущему коллеге, хмыкнул:
– Не то слово. На самом деле он бывший полицейский. Как-то при задержании грохнул подозреваемого. Вроде даже суд над ним был, но не посадили. Из органов только уволили. Понятия не имею, откуда Леон узнал о нем, но на работу нанял. Он работу свою хорошо знает, со всякой тварью неплохо управляется. Что со сверхъестественной, что с обычной.
– Значит, сад – лишь прикрытие?
– Ну, не совсем. Как-то он выпил лишнего и признался, что садоводство для него всегда было любимым хобби. Биологию в школе хорошо знал, но в ментовку пошел, потому что в девяностых было либо ты с ментами, либо против них. Кстати… – Влад осекся и придержал Алису за локоть, намекая, что им следует отстать сильнее. И, когда Леон и Денис Сергеевич ушли достаточно далеко вперед, прошептал: – Есть мнение, что выбрал он тогда не сторону ментов.
– В смысле? – не поняла Алиса.
– Это только слухи, не более. Но я слышал, что в полиции он работал для прикрытия, а на самом деле был высококлассным киллером. Убийство Голубицкого помнишь?
Алиса мотнула головой.
– А, ну да, ты тогда, наверное, еще в младшей школе училась. На место мэра претендовали два человека, Голубицкий и Шафран. Шафран был местным авторитетом, а Голубицкий – простой школьный учитель в прошлом, но уж больно полюбился народу. Не знаю, конечно, как было бы, если бы он стал мэром, но зарекомендовал он себя как честный и пробивной товарищ. Многие на него надеялись. Мэров тогда еще выбирали, и народ наверняка проголосовал бы за него. Но за неделю до выборов его застрелили прямо у собственного подъезда. Стрелка не нашли.
– И ты думаешь, это был Денис Сергеевич? – догадалась Алиса.
– Я ничего не думаю, мне так говорили. Точнее, намекали. Вслух о таком не говорят. Шафран тогда стал мэром, но тоже долго не задержался, в ДТП погиб. Было еще несколько громких убийств в области, и по почерку – один и тот же стрелок. Ни одно дело так и не раскрыли.