Корона из роз, или Дорога домой (СИ)

– А что происходит? – выдохнула она, пытаясь как-то увидеть то, что происходит впереди.
– Стой там! – грозно рыкнул на нее Дазан и ведь даже головы не повернул.
А Хенол ласково добавил, чуть повернув к ней голову: – Все хорошо, наш король решил все решить по-своему. Пока все получается.
Но как же Мэл могла просто стоять и считать на каменном полу камешки? Правда – никак. Она тихонько сделала шаг назад и вправо. И вот перед ней развернулась вся сцена происходящего. Там где когда-то была пентаграмма, сейчас был лишь исковерканный камень, Мэлисента вся поседела и сейчас в крепких руках Кииха рвалась и шипела как змея на улыбающегося Герарда. А тот спокойно растер ладошки и наклонившись к женщине что-то ей выговаривал.
– Вот же… И почему так тихо? – прошептала она, и тут же была перехвачена рукой Хенола и водворена обратно за их спины.
– Стой здесь. Все что хотела уже увидела. Не твое это дело. Я тоже с тобой постою, чтобы тебе скучно не было, а то ведь еще раз выскочишь и увидишь то, что потом снится будет всю жизнь, – ласково говорил Хенол, не выпуская ее плечи.
– А вы значит, это нормально переживете? – съязвила Мэл и опять попыталась заглянуть ему через плечо.
– Ну, вот же шустрая! Стой там, я тоже повернусь, а то потом кошмары замучают. Наш король что-то уж больно сегодня грозен, – Дазан повернулся к ней и даже наклонился, быстренько целуя ее в щеку. – Будешь подсматривать, не дадим сладкого.
– И где ты его возьмешь? У нас нет ничего сладкого, – возмутилась Мэл и прильнула к Хенолу. Но ее желание увидеть то, что происходило за спиной Хенола, было просто непреодолимым. – Ну, хоть одним глазком?
– Хорошо, одним глазком, – Хенол чуть повернулся, и Мэл увидела сцену, которая была до этого скрыта. Мэлисента так и извивалась в руках Кииха, открывая и закрывая беззубый рот, седые волосы паклями извивались у нее на голове
– Будто змеи вместо волос. Медуза-горгона, вот она кто! – выпалила Мэл и рассмеялась. – Это что вместо королевы все это время вами правила Медуза? – она оторвала взгляд от Мэлисенты, теперь правда она ей другое имя дала, и взглянула на Дазана.
– Да, кто ее знает? – пожал плечами Дазан. – Надо расспросить Герарда, как это у него получилось, сделать из прекрасной женщины, это чудовище.
– Ну, может она и была прекрасна, но в душе точно была Медуза-горгона, – фыркнула Мэл, пряча улыбку на плече Хенола.
А Герарад продолжал что-то говорить женщине на ухо, змеи медленно опускали свои ядовитые головы, умирая прямо на шее Мэлисенеты, успокаивалась и сама Медуза, перестав вырываться. Когда Герард отступил от Кииха, тот отшвырнул от себя безжизненное тело и лишь взглядом проследил за его падением на каменный пол.
– Эта старуха больше не страшна, – выдохнул Герард и повернулся в Мэл. – Можете идти.
– А как все это произошло? Кто она такая? – Мэл бросилась к нему и встав рядом осторожно взглянула на лежавшую в неестественной позе у стены Медузу. – Она мертва?
– Да, умерла секунду назад, – устало кивнул Герард. – знаешь, твои друзья с верхнего мира отбирают у меня слишком много сил, – когда Герард пошатнулся, его за плечи поддержали сразу двое: Дазан и Хенол.
– Ему надо отдохнуть, – всполошилась Мэл, а Дазан и Хенол уже тащили Герарда в узкий проход, именно туда они и должны были пройти, ну первоначальный план был именно таким. Мэл спешила позади них, все пытаясь понять: как легенды и мифы из сказок ее мира вдруг ожили здесь.
«Это действительно была моя сестра, или это под воздействием магии Герарда она стала такой? Может это такая магия, которая выпускает наружу все плохие стороны человека? Тогда у каждого убийцы на голове должны расцветать розарии чудовищ? Фу гадость. Нет, лучше я буду доброй и милосердной» – она передернула плечами и тут же попала в руки Кииха.
– Не дергайся это я, – зашептал он ей в ухо, заставляя обхватить себя за талию и прижаться к нему.
– А тебе не было страшно? Они ведь могли покусать? – спросила Мэл, пытаясь определить по его выражению лица, укушен Киих или нет.
 
– Нет, меня не покусали, да и вряд ли бы это получилось, но я с удовольствием дам себя обследовать, – зашептал он ей в висок, прижимаясь губами к ней. Мэл тихонько захихикала, но мысли о Мэлисенте никак не давали возможности абстрагироваться от увиденного.
«Что же это за магия? Надо расспросить», – а потом сразу вернулась к сестре. – «Неужели была подмена? Подмена Мэлисенты? Но тогда где моя сестра? И что я скажу Накао? Как посмотреть ей в глаза?» – ее мучили эти вопросы. Ведь в действительности она всегда хотела увидеть сестру, ту на которую была так похожа. Но логика, впитанная с детства говорила, что не может быть сразу двух одинаковых людей, все равно будут отличия. Даже у однояйцовых близнецов есть различия во внешности. А тут, по словам матери, она родилась позже сестры и вдруг выросла ее точной копией. Бывает ли так?
  
Ханан
 
Пройдя по узкому лазу, все пятеро вышли в огромную комнату. Ох, да, здесь можно было позавидовать безвкусице того, кто эту комнату обставлял. Блеск серебра и огромные вьющиеся цветы, тут же небольшой водопад и грязная лужа вместо бассейна. Запах был так же «прекрасен» как и обстановка. Пахло и тиной и объедками, оставшимися от пира на столе. Но больше всего не привлекал запах тел, которые валялись везде. Грязные, облитые прокисшим вином и тем, что не смог выдержать их желудок.
– Да, уж, а можно мы вернемся? – спросила Мэл за спиной Герарда.
– Можно, но думаю нам нужно пройти дальше. Здесь нет главаря. Идемте, – кивнул он головой на темнеющий лаз в стене справа.
Мэл зажала нос и рот, и подумала как же хорошо, что она голодная. И о том, что ей несказанно повезло сохранить свою магию, свою жизнь и не стать в этом аду одной из них. А Герард вел их дальше. Он будто знал куда нужно идти. Пройдя переход, всего-то несколько шагов и они оказались в небольшой комнате, чистой, уютной. Огромная кровать в центре комнаты была расстелена, и на ней лежал мужчина. Голова утопала в подушке, обнаженный по пояс он представлял собой застывшую статую, прекрасного античного мужчины.
– Ханан? – ахнула Мэл и бросилась вперед, но была перехвачена крепкой рукой Герарда.
– Стой здесь женщина и молчи, а то ведь я могу сейчас сделать так чтобы еще один претендент на твое сердце так и остался лежать на кровати изображая мумию.
– Нет, ты не понимаешь! – пыталась его переубедить Мэл, вырываясь из его рук.
– Все я понимаю. Это ведь восьмая роза?
Мэл энергично закивала.
– Но сейчас он находится под сильнейшим заклинанием смерти, и медленно умирает, всё слыша и всё понимая, но ничего не может сказать. Ты же знаешь о магии смерти?
Мэл удивленно посмотрела на лежащего Ханана. По его лицу прошла судорога, кулаки раскинутых в стороны рук сжаты, пальцы ног вытянуты так, будто ноги сковала судорога. Какие же муки он сейчас терпит? – Я его спасу, – твердо сказала Мэл, поднимая голову к Герарду.
– Ты, нет. Я. да. Забери ее и держи крепко, – передавая ее в руки Кииха и делая шаг вперед.
– Только не убей его, – крикнула Мэл и добавила тише, – пожалуйста.
– Я бы с удовольствием убил всех твоих мужчин и остался в гордом одиночестве. Но прекрасно осознаю, что ты мне этого никогда не простишь. Особенно его смерть. Так?
Мэл лишь кивнула, наблюдая за ним, и в ее глазах была такая мольба, что Герард сдался: – Ладно, спасу я твоего Ханана, – встав перед ним в ногах, он осмотрел лежащего на кровати Ханана. – Хорошо же она тебя обложила. Магия смерти, магия подчинения и магия разделения души и тела. Держите ее, – рыкнул он заставшим Хенолу и Кииху, а Дазану кивнул. – Придержи банду, они сейчас просыпаться будут от его криков.
Мэл замерла. Она точно такого не ожидала, не ожидала, что больше всех в этом страшном мире достанется сейчас Ханану. За что? Хотелось кричать, плакать, рваться из крепких рук. Но ведь и держащему ее Хенолу тоже досталось от Гревин. Но почему ее сердце так рвется от страха именно за Ханана? Как мало она знает еще о мире куда ее занесло волей судьбы. Как бы она хотела узнать, что произошло в их прошлом такого, что их души чувствуют друг друга?