Мир, где мне когда-то там будут рады (СИ)

А наши посиделки только начинались.
  
Глава 163
 
Я не всегда был ебанутым, но стал таким за долго до появления в этом мире. Просто именно здесь всё начало обостряться и раскрываться во всей красе. Возможно именно из-за этого я вписался в этот мир и смог выжить.
Время беседы с богинькой летело незаметно. Не могу сказать точно, сколько прошло, примерно минут десять, но Богиня не спешила умирать. В той ситуации, когда обычный человек уже давно бы сдох, она проявляла чудеса живучести. Я ей сломал все конечности, но она всё равно умудрялась ползти. Я разбил костяшки рук так, что они опухли, но она не спешила даже терять сознание. Я выбил ей все зубы и сломал челюсть, но она почему-то говорила членораздельно.
В конечном итоге я нашёл железный прут и стал пользоваться им. Я думал, что смогу забить её до смерти, но кажется переоценил собственные силы. Богиня Удачи от такой мелочи дохнуть явно не собиралась.
И вот передо мной лежит бесформенная кровавая тушка, которая всё равно умудряется плакать и двигаться.
Я делаю шаг к ней и из этой тушки доносится тихое жалобное хриплое бормотание:
— Не надо…
В ответ я лишь внеочередной раз опускаю на неё прут. Второй, третий… Я уже сам не уверен, зачем это делаю. Если она смогла выжить после такого… то может действительно оставить пока живой?
Я посмотрел на тело и во мне тут же проснулась злость, которая, казалось, уже улеглась. Мне просто хотелось делать ей больно. Странное чувство наслаждения, которое можно сравнить с другим чувством — дарить людям счастье. Разнице в исходник — счастье или боль, однако всё остальное такое же. Я чувствовал моральное удовлетворение от всего этого. И если раньше я контролировал себя и иногда даже не чувствовал этого странного садистского чувства, то сейчас оно занимало практически всё. Словно ты что-то съел вкусное и тебя тянет съесть это ещё раз.
Я ещё мог закрыть глаза на то, что она могла с помощью «повезёт не повезёт» рулить моей жизнью, ведь в конце я добился более-менее нормального существования (не будем о том, что я сделал ради этого). Но сейчас она в открытую мне противостояла и травила жизнь, была подсобником врага. Словно не могла успокоиться, раз за разом пытаясь всё у меня отобрать. Поэтому надо было её устранить. Раз и навсегда.
Это снова разожгло во мне ненависть к ней.
Но избивать не было смысла, сука просто не дохнет.
И в тот момент, когда я раздумывал, проткнуть её прутом или лучше уже мечом поорудовать, явилась Клирия.
— Мэйн, — поздоровалась она со мной и бросила взгляд на кровавое тельце богини. — Осмелюсь предположить, что это Богиня Удачи.
— Ага, — выдохнул я. — Живучая… Если бы я таким живучим был, то, наверное, вообще бы ничего не боялся. Что там с мужиком? Есть что рассказать?
— Он жив, — кивнула Клирия. — Ничего серьёзного, Мэйн. Но может вам стоит отдохнуть?
— Отдохнул, отдохни ещё раз? — усмехнулся я. — Нет, надо бы покончить с ещё одним делом.
— Может не стоит делать поспешных поступков?
Я не мог объяснить это словами, но чувствовалось что-то в её голосе. Слишком долго мы трёмся рядом друг с другом и начинаешь подмечать подобное. Например, её голос слегка, едва-едва напряжён. Это говорит о том, что она не в восторге от моей идеи.
— Стоит, — ответил я и ещё раз приложился ботинком к богине. Та издала лишь всхлип. Кажется, она перешла в режим экономии звуков. А потом ещё раз пнул и ещё.
Стоило мне успокоиться, как ненависть просыпалась с новой силой, и я был готов забивать эту суку тут часами. Я даже не пытался её контролировать. Раньше это всё было маленьким чёрным пятном, но сейчас оно занимало большую часть меня, и я даже не прикладывал силы, чтоб хоть как-то контролировать это.
Однако в этот момент моего плеча коснулись пальцы и меня буквально пробрало, сбивая во мне всё — от ярости, до этого безумного желания сделать больно.
— Клирия? — я слегка удивлённо посмотрел на её, спрашивая, что такое.
— Может стоит остановиться, Мэйн? — спросила она.
  
— Нахрен?
— Вы уже и так отомстили. Она не двинется с места, не вернётся и не свяжется из-за печати. Она получила своё.
— С каких это пор ты стала такой правильной? — прищурился я. — Мужика тебе это не помешало пытать.
— Он заслужил.
— Как и она, — кивнул я на тело. — Ты его пытала за то, что он продержал тебя всего сутки, но даже толком и не бил.
— Он сделал много чего, за что заслужил такой участи.
— Как и она. Скольким она не дала удачи и поставила крест на их жизни? Да даже тебя, сколько на тебе шрамов оттого, что в какой-то момент удача улыбнулась твоим врагам? Она бог, она сидит там наверху и плюёт людям на голову, потому что она выше! Она могла давать нормальным людям шанс, а подонкам их не оставлять, но нет! И⁉ Ей воздалось⁉ Да плевать она хотела на это!
Я размахнулся и ударил тело.
— Она думает, что может решать судьбы, что имеет право щелчком пальца сломать кому-то жизнь! Что есть какая-то неприкасаемая каста. Но достать можно любого!
Я ударил её ещё раз.
— И когда мне требовалось немного удачи, чтоб сойти с того пути, она лишь отворачивалась! Блин, да убила бы меня и всё, чтоб я не мучился и не проходил через всё это!
Удар.
— Вы убьёте её, — попыталась вразумить меня Клирия, но я уже её не слушал.
— И даже после смерти мне не дали покоя, словно всего того наказания было недостаточно! Я же сдох! За что⁉ За то что я слишком хотел жить⁉ За то, что не хотел умереть ради их больной идеи, не хотел стать козлом отпущения⁉
Удар.
— Остановитесь, Мэйн, — Клирия сказала это более напряжённо. Богиня же издала какой-то хрипящий звук, словно двигатель, который вот-вот заглохнет.
— И даже после смерти меня толкнули на этот путь!
Удар.
— Остановитесь!
— Я виноват! Я убил всех, кто вставал на моём пути! Но она виновата не меньше! Она дала мне возможность сорваться и стать тем, кто я есть! Подтолкнула меня к такому, хотя я пытался убежать!
Удар.
— ПРЕВРАТИЛА В ТОГО, КОГО Я НЕНАВИЖУ!
— Мэйн! Хватит!
Удар.
— КЕМ Я НЕ ХОТЕЛ СТАТЬ, НО ВСЁ РАВНО СТАЛ!
— Патрик! Ты убьёшь её!
Удар.
— НЕ ДАЛА МНЕ ШАНСА ОБРЕСТИ СЕМЬЮ И ПОКОЙ! ЗАБИРАЕТ ТО, ЧТО У МЕНЯ ЕСТЬ!
— Прекрати! Патрик, остановись!
Удар.
— И ДАЖЕ ПРОСТО СДОХНУТЬ, ОБРЕКАЯ НА СУЩЕСТВОВАНИЕ!!!
— Хватит! Хватит! Безумный долг обратно тянет! — Её голос эхом разнёсся по комнате. — Моё желание — сохрани ей жизнь!
…
……
………
Тишина повисла гробовая. Только капли крови одиноко капали с прута, разбиваясь об пол.
Если б я сказал, что в шоке оттого, что услышал, то… не знаю… это было слишком неожиданно и в такой момент… Шок от поступка Клирии, который пробил меня, оказался ведром ледяной воды, что просто вылилось на мозг, отрезвляя его, заставляя забыть о ненависти, злобе и всём-всём, что меня наполняло.
И кажется, только желание Клирии, которое я не ожидал от неё услышать, вернуло меня к реальности. Неприятной, суровой, но всё же настоящей реальности. Той, что создавал я, той, которая потихонечку теряла для меня границы, и от которой не спасало даже «Познавший безумие» — я слишком далеко зашёл. Со своим желанием отомстить, со своим желанием сделать другим больно, с желанием спасти, создать, стать счастливым…
Одна единственная фраза сработала как шоковая терапия, помогла на мгновение моему разуму отчиститься от наваждения, жестокости и взглянуть ясно на ситуацию, чтоб понять кое-что. Помимо всей ненависти, мести, боли и злобы есть очень простое, понятное и важное для меня самого слово — человечность. То, что становится мне всё более чуждым с каждым шагом.
Этот мир хотел сделать из меня монстра, которого они смогут ненавидеть. Они хотели видеть кошмар, против которого смогут бороться. Добро не добро, если нет зла. И в конечном итоге они получили того, кого заказывали — слетающего с катушек озлобленного маньяка, для которого перестали существовать границы. Который даже перестал различать добро и зло, а мораль и милосердие стали лишь пустым звуком.