Мир, где мне когда-то там будут рады (СИ)

Кстати, ту девушку с пробитой шеей всё-таки спасли.
После того, как мы поели, Мамонта собрала новую группу, но уже для нападения на пещеру, где были ценные вещи. Надо было полностью завершить начатое; не оставлять же добро, верно? А повезём обратно его мы на санях, которые притащил с шестёркой лошадей этот Суйхуй. Шесть грузовых лошадей никогда лишними не будут.
Но я в той операции не участвовал, так как мне предстояло пообщаться с этим Хуйчайем или как его там. Этот парень, что лежал на полу, явно был не простым перцем, раз имел таких телохранителей (или они его товарищи?).
Так что в зале с нашим новым другом остался я, две девушки и два орка. Если тот что-то попытается сделать, орк за его спиной опустит ему на голову занесённый топор.
Как и говорила Рубека, выветрился эффект довольно быстро. Я сам это почувствовал уже через два часа после его поимки. А это значит, что и парень скоро придёт в себя
И я угадал.
Вскоре тот зашевелился, открыл глаза и сел на полу.
— Значит вон оно как, — усмехнулся он.
— Ага. Сюрприз, ёпта, — ответил я без намёка на улыбку. — Раз уж ты проснулся…
— Хотел бы попросить позволить сесть на стул мне. С пола неудобно говорить, — тут же сказал он.
Я нахмурился, но всё же кивнул орку и тот, грубо подняв его, посадил на стул. Мы не знали его уровня, поэтому помимо верёвок обвязали его цепью. Уж её-то он точно не порвёт.
— Благодарствую, — кивнул он.
— Ага, обращайся. Итак, у нас с тобой есть много времени и я бы с удовольствием с тобой поговорил. Нам столько нужно обсудить, но!
Я поднял палец вверх и достал мешок с инструментами, что нашёл здесь.
— Чтоб разговор шёл более конструктивно, для тебя я подготовил подарки, — и начал демонстративно класть их на стол.
— Нож, очень удобная вещь. Если тебе что-то будет мешать, я помогу тебе это убрать.
Следующим на стол лёг агрегат для колки орехов.
— Это мы для твоих яиц оставим. Или для суставов, если захочешь.
Потом достал молоток.
— Ну это классика жанра, не мне тебе объяснять, зачем он нужен.
Дальше я достал отвёртку, гвозди, клещи и пилу, устно представляя ему каждую. Надеюсь, парня начало впечатлило, и он не будет испытывать мою готовность к пыткам. Не то что я этого не сделаю, но желанием точно не горю.
— Так… Сразу спрошу, мне тебе отрезать яйца, чтоб продемонстрировать свою целеустремлённость?
— Не стоит, я всегда за конструктивный разговор, — ответил Суйхуй совершенно спокойно.
— Да? — я внимательно посмотрел на него. — Ну ладно, поверю пока на слово.
Ну слава богу, а то я уже боялся.
— Итак, кто ты? Только без выебонов, коротко и понятно.
— Одзин, — тут же ответил он.
Чо? Моё лицо, наверное, тот же вопрос задало.
— Нет, ну ты точно хочешь лишиться пальца, — пробормотал я, выбирая между клещами и молотком. — Тебе перекусить его или бить молотком, пока он сам не оторвётся?
— Одзин, это человек, кровью родственный с Императором.
Вот у меня сейчас такой желание со словами «да пошёл ты нахуй» воткнуть ему отвёртку в глаз и быстро свинтить отсюда к ёбаной матери. Но нельзя, кашка то уже заварена.
— Окей, — кивнул я, вкладывая все силы в непроницаемость ебальника, словно мне вообще похую всё. — В следующий раз так и объясняй. Тогда следующий вопрос, что ты забыл здесь? Такой… знатный шастает в такие места.
— Это наше место. И дела эти государственные. Не могу ответить.
— Орк, поверни его спиной, — вздохнул я. Просто у чувака руки за спиной связаны. — Проведём операцию по ампутации без местной анестезии.
— Однако могу я сделать исключение, — тут же заверил меня Суйхуй.
— Отставить поворачивать спиной, — остановил я орка. — Давай. Мы тут все друзья, а с друзьями можно делиться секретами.
Не видно, чтоб он был рад нашей новосозданной дружбе, но всё же принялся объяснять.
— Борьба идёт в империи моей. Две семьи сошлись в борьбе за власть и нет сейчас покоя ни им, ни нам.
Меня одного раздражает, как он говорит? Словно стихи читает.
— Одна сторона императору нашему принадлежит. Другая его ближайшим родственникам. Клана оба силой обладают великой, но равной. Борьба эта тихая и медленная, сосущая жизненные соки из тела врага.
  
У меня тут шутка назрела: у меня тоже недавно сосали жизненные соки. Правда, я мастер шуток и никто кроме меня смеяться над ней не будет. Это будет обидно, и я расстроюсь, поэтому промолчу.
— Этот путь торговый — один из них. Один из соков, что сосёт жизнь из врага. Это наши вещи, мы лишь возвращаем то, что принадлежит нам.
— Нахрен грабить своё же?
— Сбить с пути правильного. Мы отправляем свои товары, за кои пошлины берут. Но они не доходят, товар утерян и пошлину не платим мы. А груз возвращается никому не известный, и скрытно мы продаём без пошлин потом.
— Отмывание денег?
— Я не знаю такой фразы, но предположу, что значит это сокрытие доходов.
Ясно.
Довольно интересный способ, хоть и старый как мир. Наверное, они таким образом наживаются и прячут деньги за товары, тем самым копя силы. Правда всё, что он сказал надо делить сразу на три, так как не верю я, что такой важный план, который значительно обогащает влиятельный род в одной из стран, скажут рандомному чуваку.
Но даже с этой информацией я могу сказать, что был прав — это грызня между ними. К тому же, мне выгоднее притвориться, что я поверил. Портить отношения с сынком шишки другой страны (если он тот, за кого себя выдаёт) мне не хочется. Можно, не ударяя в грязь лицом, всё спустить на тормоза. К тому же то, что это ничейная территория и мы давили бандитов, играет нам на руку — мы-то и не виноваты. Плюс, мы люди королевства, и так как они точно не знают, чьи, можно прятаться за влиятельных людей.
— Значит, вот во что вы играете… — пробормотал задумчиво я.
— Теперь вы понимаете, на кого напали и что вас ждёт? — спросил он спокойно.
— Да, конечно, — улыбнулся я. — Нас ждёт шоу с отрезанием пальцев за наших людей. Мы тут по заданию территорию от отморозков чистим, что на людей нападают, а тут вы пытаетесь нас убить. Это объявление войны. Но играм приходит конец, друг мой, — хлопнул я бодро в ладоши. — Это ничейная территория и никому не принадлежит. Ваше нападение на людей королевства — объявление войны этому королевству. Я слишком мелок, чтоб решать эти вопросы, но это заинтересует его величество.
— Он в курсе событий. Он сказал, что не будет вмешиваться, поэтому вы не от него.
Блеф? Или реальность? Какая разница, когда он не может спросить короля лично?
— Ага, — кивнул я, ухмыляясь. — Я процитирую начальству «он не должен вмешиваться» и уверен, что это быстро дойдёт до его величества. Я не знаю, заключало его величество такой договор или нет, не моего ума дело. Но его величеству будет приятно, что ему указывают на его место. Мы всегда знали, что вам нельзя доверять и теперь у нас будут перед его величеством доказательства. Вы облегчили нам работу.
Я тоже умею придавать значимость себе. Умею вводить людей в заблуждение. Если он врёт про короля, то пусть. Даже если король знает, то я же создам иллюзию, что за мной есть крупные силы, которые неровно дышат к империи. Создам иллюзию, что этот случай даст моим вымышленным хозяевам возможность изменить мнение короля не в пользу империи, а если конкретнее — тех, кто пошёл против нас. Естественно мне надо его убедить в том, что если связи с королём и имеются, то ему они теперь не помогут.
Но мне кажется, что он лжёт. Лжёт насчёт того, что нам что-то угрожает, так как они проворачивают это точно за спиной у кого-то, и лишний шум привлечёт ненужное внимание. Устроить разборки с людьми из королевства, которых они не знают? Которые действительно могут быть из крупных политических групп, что тут же об этом доложат как королю, так и противникам нападавших в империи?
Тут даже мне ясно, что это им не нужно. Следовательно, им надо либо запугать нас, либо подкупить.