Мир, где мне когда-то там будут рады (СИ)

Возможно ответ лежит в бутылках, которыми завален здесь весь пол. Возможно сначала одна зашла в комнату на страстные хрипы Мамонты, потом другая, а потом они все сюда привалили, потому что кто-то сказал, что я трахаюсь отлично. Нет, «Весёлая ночка» реально прикольная вещь, но не перегнул ли я палку, кинув её всем девушкам моего отряда?
Только ещё немного обидно, что по сути все девушки здесь только из-за моей способности и из-за того, что я тут практически единственный парень-человек. Может это и глупо, но мне всё равно немного грустно. Да, мы получили друг от друга то, что хотели, но… Это то же самое, когда люди общаются с миллионером лишь потому, что он богат. Ему с ними весело, ему с ними интересно, но понимание того, что привлекает не он, а его деньги, всё портит.
Я чувствую примерно то же самое. Даже Мамонта тут только потому, что признала во мне партнёра, и ей хочется потрахаться. Но отнюдь не потому, что ей приятно проводить со мной время. Всё равно хочется, чтоб тебя принимали как человека, а не только как неплохого ебальщика. Теми немногими, кто проявлял мне ко видимую симпатию, была Эви и Мэри. Может Констанция ещё, но там не точно.
Я аккуратно подошёл двери, попутно разбудив Рубеку и сказав ей, чтоб она будила остальных, и те топали мыться, переодеваться в разносчиц и готовиться ко встрече. А потом оставил её в комнате, зная, что её сейчас по кругу пустят, прежде чем встанут. Повезло же Рубеке стать полизухой для всех, но чот не видно, чтоб она как-то сопротивлялась. Я бы мог вмешаться, но только если попросят.
Там внизу, где меня должен был ждать обед. Попутно я заскочил к оркам в комнату, где обнаружил их дрыхнущих в обнимку с этой разносчицей, зажатой между ними. Судя по её виду, работала она, не переставая.
— Эй! — ударил я по стене, заставляя всех тут же сесть на кровати, кроме девушки. Та продолжала дрыхнуть. — Подъём. Всем мыться и готовиться. Мамонта за главную в плане-операции по поимке контакта. Девушку тоже будите и…
Я хотел сказать, чтоб она шла мыться, но по виду она вряд ли сможет сама это сделать.
— Раз девку трахали, вам за неё и отвечать. Отнесите, помойте, покормите и положите где-нибудь спать, а то она никакая.
— Не няньки мы, — рыкнул Ухтунг.
— А я вас няньками и не назначал, — парировал я. — Она часть команды на данный момент. И раз так, то вы должны позаботиться о ней, раз довели до такого. Не мне вам рассказывать о чести.
Спокойно надавив на то, чем они гордятся, я без проблем добился того, что хотел от них услышать и, кивнув, спустился вниз. Попутно заглянул к жирному, который просился в туалет, и к двум девушкам, что после издевательств чувствовали себя более-менее. Их даже покормить не забыли, так как я обнаружил несколько тарелок и бутылки от вина. Увидев меня, они просто сдвинулись в угол, обняв друг друга, словно бедные сиротки.
Я не знаю, почему, но у меня было мимолётное желание забить их до полусмерти из-за их жалобных рож. Но как это появилось, так это я тут же и подавил. Таким приколам не место в жизни.
— Скоро будет ваш выход, — сказал я. — За вами зайду, будете работать разносчицами, как обычно, заодно покажите всё девушкам. Отыграете роль и…
А что «и»? Убить? Они-то надеются, что их отпустят. Хотя с другой стороны их точно отпускать нельзя.
— И там посмотрим, насколько хорошо справитесь. Если всё пройдёт отлично, то считайте, что жить будете. Ясно?
Они закивали головами, не проронив ни слова.
Вновь запрев их, я спустился в зал. И что я там увидел?
Спиной ко мне с голым задом делал характерные движения орк, из-за него торчали две ноги, светя грязными пятками, которые он придерживал. И всё это они устроили на столе… блин, надо запомнить, чтоб за тем столом я ничего не кушал. А вообще, они очень даже лампово смотрелись: разговаривали, смеялись. Не чета тому, что мы там вытворяли.
Ну и я как настоящий понимающий человек, просто сел за барную стойку, надыбал мешки, в одном из которых был хлеб, а в другом вяленое мясо. Мясо в мешке… мда… антисанитария полная, подумал я, делая себе из этого бутер. Какой кошмар, не научились они тут чистоте, офигевшие люди.
  
Вот так я завтракал, наблюдая за бесплатным театральным представлением. Даже кушать было как-то интереснее, что ли.
Меня заметили только когда девушка начала покрикивать низким глубоким голосом. Она резко села, обняла орка… и только тогда заметила меня, округлив широко глаза.
— Да ничего, не обращайте внимания, я просто кушаю, — отмахнулся я.
Тут уже и орк ко мне обернулся, и вот такая картина маслом: он её держит, она на нём повисла, обхватив ногами и руками, с голым задом. И оба выглядят как застуканные детишки за порнухой.
— Мы это… — начал орк своим рычащим низким голосом, — убирались тут и… разговорились.
— Ага, вижу, неплохо вы тут разговорились, я погляжу, — кивнул я. — Заканчивайте потихоньку и за работу. Сейчас здесь будет многолюдно.
Девушка быстро спрыгнула с него, застегнула платье, вернула на место фартук, спустила юбку и быстро-быстро, словно её здесь и нет, ушла, опустив голову.
— И покушать чего-нибудь принеси! А вообще, готовь жрать всем! Нас здесь много! — крикнул я ей вдогонку.
Когда она ушла, ко мне подошёл орк портить аппетит своим слегка виноватым видом. Теперь, пройдя не один километр, я наконец смог нормально разглядеть их мимику, а то мне они казались вечно недовольными и злыми.
— Босс, спросить хотел я, — начал он.
— Давай, — кивнул я.
— Что делать будем с пленницами.
Я внимательно посмотрел на него.
Понятненько. Хотя понятненько мне стало ещё в первый раз, когда я увидел их вместе.
— Как что, по горлу ножом и выбросить, — ответил я.
Орк стал слегка встревоженное.
— Я просто…
— Понял-понял, — поднял я руку и с самым серьёзным лицом и голосом продолжил. — Хочешь сам всех перебить? Окей, разрешаю расправиться с той, которая только что ушла и той, которую использовали орки. Можешь не благодарить. Остальными я сам займусь, уровень набью.
— Да нет, хотел я спросить пощадить одну, — тут же быстро вставил он.
— Одну? Нет, одну пощадить не могу. Надо или всех, или никого. А всех щадить не буду. К тому же, зачем мне щадить ту, кто в нашего Бога не верит?
— Так она это… верит… поверит! Я поговорю с ней…
Я встал, подошёл и положил ему руку на плечо, как непутёвому ученику. Если учесть, как выгляжу я и он, и то, что он выше меня ростом, это выглядело забавно.
— Об этом не говорят. Это надо самому принять. Она не приняла, её в топку.
— Куда?
— На кладбище, — объяснил я. — Наш Бог суров, пусть и милосерден.
— Но вдруг исключение… там он же… Да! Он же принимал других! Он примет её.
— Ты чо, указывать нашему Богу будешь, что ему делать? — низким, полным угрозы голосом спросил я и посмотрел на него самым грозным взглядом.
В этот момент в зал вошла Мамонта.
— Мэйн, мы… Что происходит? — её взгляд тут же пронзил орка.
Что бы не говорили, но орки те же люди. Пусть и выглядят они суровыми, но это лишь они так выглядят из-за торчащих нижних клыков, низкой надбровной дуги, хмурому взгляду. Вот сейчас этот орк был явно напуган и не знал, куда бы деться — по глазам метящимся видно.
— Мамонта, ты же знаешь на сколько я могу быть опасным так? Объясни этому орку, насколько я могу стать сильным при желании.
— Настолько, что сможет разобраться со всеми сороковыми в этой таверне. И скорее всего с Ухтунгом и со мной одновременно, — хрипло известила она его.
Вообще, Ухтунг был неплохим охотником, но у меня был значительный перевес в силе. Таких, как он, требовалось как минимум трое или пятеро, чтоб дать мне отпор. А так я его просто задавлю.
— Не играй со мной орк. И не указывай моему Богу, что делать, иначе я быстро разложу вам всем по полочкам.
— Да я… прошу прощения босс. Просто девка… ну я… там… семья… типа жена… а у меня нет ещё… нас мало орков… а тут орчата… я мужик, охотник, дом построить, семью кормить… долг любого орка… баба мне нужна, дети… Ну а эта деловая, работящая, отличная баба… интересная… тело доброе… дети здоровые будут… — начал мямлить он.