Конструктор живых систем: С тобой и навсегда! (СИ)

Больше всего меня поразили глаза Женевьевы, залитые слезами, или мне показалось, что она плакала? Времени рассмотреть её лицо в полутьме у меня не оказалось, и теперь, лёжа в постели, я заново прокручивал в голове события прошедшего дня. Очень насыщенного дня, и незаметно для себя уснул.
  
Глава 10
 
Разговоры о будущем
 
Проснулся я рано, быстро встал, умылся, оделся и вышел прогуляться во двор. Мои часы показывали половину восьмого, завтрак намечался в восемь, и время погулять в гордом одиночестве у меня ещё имелось. Граф только что уехал на службу, о чём свидетельствовало отсутствие его бронированной машины, а остальные члены семьи занимались своими делами.
  
Я прошёлся по дорожкам, затем дошёл до небольшого парка, который мы с Женевьевой вчера осмотрели очень быстро, развернулся к зимнему саду. Он оказался закрыт, и самому проникать в него нет никакого смысла, мне он без Женевьевы не интересен, да и время уже близилось к завтраку.
Не спеша я последовал в особняк, надеясь увидеть там Женевьеву, увы, и на завтраке я страдал от одиночества, так как графиня завтракала вместе с мужем, который уже уехал на службу, а завтракать наедине с младшей графиней мне не позволили, во избежание ненужных разговоров, а возможно и по какой-то другой причине, мне о том никто не собирался рассказывать.
Плотно позавтракав, по приглашению дворецкого я прошёл в графскую библиотеку и остался там, терпеливо дожидаясь среди полок с книгами либо графиню, либо Женевьеву, либо сразу обеих. Ждать пришлось долго, но я не скучал, а с удовольствием просматривал представленные произведения, что мне разрешил делать дворецкий по распоряжению графини. Часа через два в библиотеку пришли и графиня, и Женевьева.
— Я смотрю, вы не скучаете, барон? — сказала после моего приветствия графиня.
— Нет, спасибо за разрешение воспользоваться вашими книгами, я прекрасно провёл время за их чтением.
— Рада, что вы смогли оценить их по достоинству, у вас дома имелась библиотека?
— Да, но небольшая совсем. Отец всё время находился на службе в казачьем полку, ему редко удавалось побыть наедине с книгой, читала в основном матушка, но она любила художественные романы. Так что, преимущественно я обитал в общественных библиотеках.
— Понимаю, однако сейчас у вас в распоряжении множество библиотек академии и всей столицы, и в них находятся подчас редчайшие экземпляры просветительской мысли или машинерии с инженерными решениями.
— Да, Ваша светлость, так и есть.
— Ну, что же, раз вы уже отдохнули среди книг, то можно и совершить прогулку в город. Мой супруг сообщит о времени вашего показа событий в Кроншлоте только после обеда, и до этого момента мы вольны провести полдня по своему усмотрению. Одну Женевьеву в город я отпустить не могу, — тут графиня пристально посмотрела на свою дочь, которая в ответ премило улыбнулась, ничего в ответ не сказав, — поэтому составлю вам компанию, заодно и сама вспомню местные достопримечательности, а их в нашем городе хватает.
— Как вам будет угодно, Ваше сиятельство, я весь в вашем распоряжении, — искренне обрадовался я.
— Тогда пройдёмте за нами, машина уже ждёт.
Машина действительно уже ждала, и ею оказался дорогой эфиромобиль, хоть и не самый новый. На мой взгляд, по нынешним временам ему не помешало бы бронирование, ведь Женевьева обладала довольно редким даром, с его помощью массу автомобиля можно существенно облегчить, но свои мысли я предпочёл оставить при себе и молча уселся на заднее сиденье.
Графиня расположилась рядом с водителем, Женевьева за ней, я слева от Женевьевы на заднем диване, а посередине оказалось пустое пространство, как раз не позволявшее мне почувствовать близость моей любви. К тому же, графиня легко контролировала через салонное зеркало всё, что происходило позади, что по большому счёту было излишне.
Автомобиль мягко заурчал мотором и тронулся с места. Мимо быстро промелькнули выездные ворота, тут же закрывшиеся за нами, и, выехав на дорогу, мы помчались вперёд. Вся поездка мне запомнилась чередой самых разных городских достопримечательностей: от собора, название которого быстро вылетело у меня из головы, до старой-престарой крепостной стены, по которой мы прогулялись все вместе. С Женевьевой толком так и не получилось поговорить, лишь переброситься парой фраз, и всё, что меня очень расстроило.
Не знаю причину такой плотной опеки Женевьевы, но мне оставалось только смириться и получать удовольствие от прекрасных видов достопримечательностей города. Прогулка закончилась обратной поездкой в городской особняк, где обед прошёл в тёплой, но не сказать, что совсем уж дружественной атмосфере.
Графиня молчала, иногда задавая мне ненавязчивые и бесцельные вопросы, Женевьева откровенно злилась, но не пыталась сама чего-то спрашивать, а я просто играл по чужим правилам, точнее, молчал или отвечал на редкие вопросы графини, ну и наслаждался едой. Раз дочерью мне наслаждаться не дали, вернее, разговорами с ней, то пусть еда заменит всё остальное. А вот после обеда события понеслись прямо вскачь.
Сначала позвонил граф и предупредил графиню, что за мной отправлена служебная машина, которая вскоре приехала, я уселся в неё, и меня повезли в резиденцию генерал-губернатора. Встретил меня какой-то чиновник и, уточнив кто я, проверил документы и повёл куда-то внутрь здания. Миновав череду коридоров, мы оказались в небольшом помещении, где меня и оставили. Я уж думал, что и не увижу графа, но он пришёл непосредственно перед моим выступлением.
— Барон Дегтярёв!
— Ваше светлость!
— Рад вас видеть, барон, вы готовы показать произошедшие в Кроншлоте события?
— Готов.
— Ну, что же, я не настаиваю на долгом показе с ненужными подробностями, но уверен, что вы сможете это сделать информативно и максимально эффектно. А после окончания я хотел бы с вами поговорить.
— Слушаюсь, Ваша светлость! Я очень рад, что оказался вам полезен, и вы уделяете мне своё время.
— Хорошо, может всё действительно к лучшему… — непонятно выразился граф и продолжил, — сейчас придёт мой помощник и отведёт вас в конференц-зал, где и следует продемонстрировать картину взятия Кроншлота, хорошо?
— Да, конечно, — кивнул я, и граф ушёл.
Помощник пришёл буквально через минуту и проводил меня в относительно небольшой конференц-зал, сейчас до отказа заполненный чиновниками. Наскоро оглядев его, я увидел устремлённые на меня, полные любопытства взгляды, мысленно пожав плечами и не теряя времени, я задействовал свой дар и начал демонстрировать в очередной раз штурм Кроншлота.
Показ прошел штатно, длился он минут пять, в которые я уложил практически все виденные мною события, скромно упустив свою роль при выносе центральных ворот в крепость. Не знаю, почему я так сделал, просто не захотелось выпячивать себя, ведь такой задачи мне не ставили, а сам я её не преследовал.
После окончания просмотра все зашумели, бурно обсуждая увиденное, а я, не задерживаясь, чтобы не выслушивать прямые вопросы, ответы на которые меня никто не уполномочивал высказывать, тут же покинул конференц-зал и вернулся в ту же комнату, из которой и пришёл.
Здесь меня уже ждал небольшой стол, накрытый синей скатертью, на котором стоял средних размеров самовар, две кружки, маленький фарфоровой чайник со свежезаваренным чаем, а также располагались тарелки с кусками сахара и различными пирожными. Увидев выставленное великолепие, я понял, что всё это поставили специально для меня, искренне обрадовался и приступил к чаепитию, за которым меня и застал граф. Он зашёл минут через двадцать, когда я уже почти закончил наслаждаться сладким крепким чаем.
  
— Я смотрю, барон, вы даром время не теряете! Это похвально, ваш показ удался на славу, мне пришлось ещё долго отвечать на различные вопросы, в том числе и откровенное дикие, увы, люди склонны не верить собственным глазам. А кроме этого, я вновь убедился, что мне придётся просить вас продемонстрировать эту картину ещё раз, но уже в моём особняке, для высшего дворянства губернии. Увидеть происходившие события, что называется, вживую, приедут многие, ибо есть на что посмотреть.