Конструктор живых систем: С тобой и навсегда! (СИ)

Кроншлот сам по себе небольшой остров, но зато весь заполненный зданиями и крепостями, вот перед Адмиралтейским храмом и высилась одна из старинных крепостей, сложенная из кирпичей и гранита, а вокруг неё проходил Петровский канал, небольшой, но достаточно глубокий, чтобы не лезть в него наобум. Перепрыгнуть его тоже нет возможности, всё же, три метра из людей никто не сумеет преодолеть.
  
— Видишь крепость? — переключил на меня внимание полковник.
— Да, — отнял я прицел от лица.
— Вот она и есть наша цель, последняя цель Кроншлота. Возьмём её, сопротивление падёт, там сейчас окопались самые отпетые, те, у кого кровь на руках, и те, кто не смог сбежать отсюда. Мы перекрыли все пути к бегству, часть преступников, всё же, смогли уйти, но их догонят. А вот этим бежать некуда, остальные успели сдаться.
Полковник, не дожидаясь моего ответа, вновь повернулся к Первых.
— Сейчас командование начнёт переговоры о сдаче, не знаю, чем они завершатся, скорее всего, отказом, после чего и начнётся штурм. И нам важно одним ударом прорвать их оборону, ваша группа способна нанести такой удар?
Первых кивнул и повернулся к Вемину, тот поднял глаза на полковника.
— Куда я должен нанести удар?
— По воротом, нужно их выбить.
— Убивать никого не обязательно?
— Нет, может кто-то и пострадает при этом, но скорее всего, возле ворот никого не окажется, они слишком толстые, их даже снарядом не сразу возьмёшь.
— У меня боевой дар воздействия электричеством, оно может обуглить ворота или прожечь, но незначительно.
— Нет, нам необходимо, чтобы вы их именно выбили.
— Я тогда не знаю, что делать, — беспомощно развёл руками Вемин.
Все задумались, пытаясь осмыслить, что предпринять в этом случае, задумался и я.
— А если плазмой? — внезапно осенило меня.
— Какой плазмой? — уставился на меня удивлённо Вемин.
— Ну, плазмой электрического разряда или электрической дуги, ну как шаровая молния, вы же понимаете её природу, она чего не коснётся, то сразу взрывается.
— Ааа, надо подумать, я так никогда не делал и мне необходимо немножко потренироваться.
— Только не в здании! — тут же отреагировал Первых, — и совсем чуть-чуть.
— Да-да, я понимаю, сейчас.
Все спустились вниз, где из окна первого этажа Вемин выпустил несколько шаровых молний. Вначале они не получались нужной конфигурации, но через десяток попыток он понял, как их создавать и делать устойчивыми, даже запустил, так сказать, пробный шар в дерево, который разнёс ствол почти полностью.
Пока он тренировался, а я продолжал рассматривать в оптический прицел крепость и собор, начались переговоры, что закончились безрезультатно, как и предполагал полковник. Пока все эти события шли своим чередом, я присматривал себе цели, не опасаясь ответного огня.
— Ну что же, нам пора в бой, — оповестил меня барон Первых.
— Уже? — отвлёкся я от созерцания расположения противника.
— Да, через пять минут начало штурма, Фёдор, тебе требуется прикрыть Вемина.
— Хорошо, но сначала мне нужно поразить несколько целей, они не дадут нам подобраться ближе.
— Почему?
— Потому что расстояние большое, и оно чистое, — я стал рассказывать и даже показывать, что может произойти, потому как уже всё детально рассмотрел и даже проконсультировался с капитаном.
— Теперь понятно, — барон отошёл к полковнику обсудить ситуацию, а тот собрал ещё несколько командиров, что стали между собой совещаться, позвали и Вемина, чтобы он или убедил их в правильности моих доводов, или наоборот, разубедил. К их сожалению, выходило, что я прав. Возможно, я не учел каких-то мелочей, но получалось, что нам придётся идти вдвоём практически на открытое пространство, чтобы дать возможность Вемину нанести удар.
Нас никто не сможет защитить, только мы сами, вернее, я. Конечно, нас постараются прикрывать, но в крепости оказалось полно бойниц и скрытых площадок, с которых можно долбить по нам практически безнаказанно. Мы окажемся под шквальным огнём, здесь поневоле задумаешься о плохом. Об этом я и задумался, когда мне сообщили о своём решении, и чем дальше размышлял, тем большим пессимистом становился.
Сейчас мы с Веминым стояли перед кучкой командиров, что постепенно собирались в нашем здании, находящимся ближе всего к крепости, и от которого штурмовать её оказывалось удобнее всего.
Давешний полковник с майором-жандармом, ещё один полковник, три подполковника и пара человек в штатском, с военной выправкой, имён, которых я не знал, как и их личностей. В общем, всё серьёзно.
— Готовы, господин Вемин, атаковать ворота крепости? — обратился старший полковник, если так можно было выразиться, к нему. Не знаю, кто он по должности, скорее всего, отвечал за штурм крепости, оттого и командовал всеми.
— Я готов, но мне нужно подойти как можно ближе, чтобы удар получился сильнее, и чтобы я смог рассмотреть всё в деталях.
— Мы вас прикроем огнём, не волнуйтесь, вы сможете подойти, к тому же, у вас есть защита и, — полковник перевёл взгляд на меня, а вслед за ним на меня стали смотреть и все остальные.
— Я видел, сколько бойниц в этом секторе крепости, вы им ничего не сможете сделать, они будут свободно стрелять по нам. А я не настолько силён в защите, чтобы выдержать огонь из двух десятков стволов, особенно, если это окажется хотя бы один пулемёт. Моей защиты хватит едва ли на минуту, если не меньше, — выразил я своё мнение самым мрачным тоном, на который оказался способен.
— Мы станем стрелять интенсивнее, чем из крепости, и сможем подавить большинство точек, господин эээ барон Дегтярёв.
— Большинство — это не все.
Я не знал, почему так злился, если бы это произошло ещё год назад, я, наверное, даже не задумываясь, выполнил приказ. Сейчас же мне что-то мешало, возможно, понимание того, что я иду на верную смерть, а возможно — любовь к Женевьеве, ведь если я погибну, то на этом всё закончится у неё, и у меня. А мне бы этого не хотелось, гм. Все эти мысли явно читались на моём лице, не умел я их ещё скрывать, молод слишком.
— Что вы предлагаете? — понял полковник мой страх и всё, с этим связанное.
— Предлагаю набросать множество всяких мелких вещей и мусора на площадку перед крепостью, из них я смогу делать защиту. Дальше я хочу отстреливаться из своей снайперской винтовки, пока в ней есть патроны. Стрелять стану по пулемётным гнёздам, что установлены в открытых бойницах, тогда ещё возможен шанс уцелеть, хоть и слабый.
— Разумно, то есть вы не отказываетесь?
— Нет, но вы должны помочь мне всем миром, — обречённо ответил я.
— Какой мусор нужен?
— Любой, самый мелкий, такой, чтобы я мог легко поднять его в воздух и сотворить из него щит.
— Это сделаем, вы можете идти отстреливать врагов. Мы верим в ваше мастерство, барон…
Прозвучало как-то это несколько двусмысленно для меня, как будто я оказался несмышлёным подростком, которому уступили ради того, чтобы он выполнил основную задачу. Мол, ладно пойдём на уступки и всё такое, ты только всё сделай, как нам надо. Возможно, я сам так себя повёл, и поэтому обижаться уже и поздно, и глупо.
Я было хотел что-то ответить, и даже на секунду завис, подбирая подходящий ответ, но понял, что ничего говорить не надо, меня всё равно пошлют в бой. У начальства просто нет другого выхода, поэтому заставят всё равно, а если и не заставят, то обдадут таким презрением, а в последующем укажут на мой поступок, после чего и жизнь окажется не мила. А как на меня посмотрит Женевьева, узнав о моей трусости?
Последняя мысль оказалась самой важной, я сглотнул и ответил.
  
— Пожалуйста, нужно как можно больше мелкого мусора, а я пойду отстреливать патроны по целям, вдруг повезёт, и мы с Веминым выживем.
Полковник понял меня и, ободряюще улыбнувшись, отвернулся к офицерам, а я пошёл к окну с единственной целью: всем назло выжить и доказать. Что конкретно доказать, я не знал, просто доказать, и всё. Наверное, что я сильнее, храбрее, умнее.