Злоба (ЛП)

После битвы с великанами Натаир повел свой отряд обратно в крепость Рахима, где их встретили с потрясением и ликованием. Прошло три ночи пира, Рахим осыпал Натаира и его людей похвалами и дарами. Затем они отправились на запад, и Натаир сказал, что хочет вернуться в Тенебрал с хорошими новостями об их победе. Однако до стен крепости оставался всего один день пути, и Натаир поручил Рауку командовать боевым отрядом, поручив ему обеспечить безопасный проход к побережью и месту встречи с Ликосом и его флотом. Раука вспыхнул от гордости.
‘Мы едем в Телассар, - сказал Натаир Верадису.
Несмотря на все протесты Верадиса, принц отказался взять с собой кого-либо, кроме Калида и Алкиона.
‘Я не появлюсь у их стен с боевым отрядом за спиной. Я хочу завоевать их, а не отдалить, - сказал тогда Натаир.
И вот они блуждают, Элион знает где, посреди чужой страны, глубоко в неведомой горной гряде, которая, по-видимому, была околдована каким-то колдовством, преследуя великана и пиратского шпиона.
Верадис изучал Алкиона, который сидел по другую сторону костра, оранжевое пламя заставляло тени плясать и мерцать на его угловатом лице, сливаясь с татуировками, которые спиралью обвивали обе его руки.
"Я обязан ему жизнью", - подумал он, не вполне довольный этой мыслью. И все же лучше быть живым и быть в долгу у великана, чем мертвым. Он сделал большой глоток из бурдюка с вином. Он все еще видел гиганта, возвышающегося над ним, все еще помнил тошнотворное ощущение в животе, когда он ждал, что топор гиганта упадет, а затем увидел его голову, катающуюся в пыли перед ним.
‘Я не поблагодарил тебя, - сказал он, глядя на огонь.
Алкион поднял голову, его глаза были маленькими, как булавочные уколы, когда свет костра мерцал на его лице.
- За что?- пророкотал великан.
- Спас мою жизнь. На гребне.’
Алкион хмыкнул. - Это была битва. Мы делаем то, что должны делать.’
‘Да. Тем не менее, прими мою благодарность.’
Алкион пожал плечами и снова хмыкнул.
Калидус хмыкнул-высокий, тонкий звук, словно воздух, втянутый через полый тростник. - Мой великан не привык к таким похвалам.’
- Мой великан?- сказала Натаир. Он сидел чуть поодаль, обхватив руками колени и крепко прижав их к груди.
‘Алкион . . . в долгу передо мной, скажем так, - сказал Вин Талун.
‘Ты когда-нибудь ездил на дрейге?’ Натаир спросил великана.
‘Нет, - сказал Алкион. ‘Я из Кургана. Это был не наш путь.’
- Они были весьма впечатляющими, не правда ли?’
‘Да, - пробормотал великан, - но ты убил их, как бы впечатляюще они ни выглядели.’
Натаир рассмеялся - впервые на памяти Верадиса со времен крепости Рахима. ‘Но нас было тысяча с воинами Рахима против всего лишь четырех десятков человек.’
‘Совершенно верно, - согласился Алкион.
‘И потребовалась всего лишь горстка их, чтобы убить пять десятков моих людей’ - добавил Верадис, вспомнив опустошение, которое вызвали дрейги, когда они прорвались через его стену щитов, разбросав все на своем пути, как много щепок.
‘Я бы с удовольствием, - сказал Натаир.
- Что?- пробормотала Верадис. Алкион и Калид ничего не ответили, но оба вдруг оживились и уставились на принца.
Как вы думаете, это возможно для меня, чтобы ездить одному?’
Наступило долгое молчание, нарушаемое только треском веток в костре.
‘Да, - наконец сказал Калидус. - Великаны, конечно, крупнее, но седло можно соорудить так, чтобы вместить раму поменьше. Кроме того, те, с кем мы сражались, были бы старыми, взрослыми. Поначалу дрейги растут быстро; они становятся подростками чуть больше чем через год. Один из них будет достаточно большим, чтобы вы могли ездить на нем, и хотя они продолжают расти, с тех пор процесс идет гораздо медленнее. Те, что вы видели, достаточно большие, чтобы на них мог ездить великан, были лет десяти, а может, и больше.’
Натаир задумчиво кивнул. ‘А как я его получу? Я бы предположил, что их трудно поймать. Как они обучаются?’
Уголки улыбки тронули губы Калида. ‘Если они идут пешком, то уже слишком поздно, - сказал он. ‘Вы должны держать их в яйце, быть там, когда они вылупятся, дать им почувствовать ваш запах, когда вы дадите им первый вкус мяса. Они отчаянно преданы друг другу. Только один человек когда-либо позволит им ездить на них, и это человек, который кормит их, воспитывает их.’
 
‘Так. Где я найду яйцо дрейга?’
‘Болото, которое ты видел на границе Тарбеша’ - проворчал Алкион.
Верадис сморщил нос, вспомнив болото за рекой Реттой.
‘В изгнанных землях есть и другие места: лес Форн, часть Бенота, горы Кавала, - сказал Калид.
Алкион встал, подошел к Натаиру и опустился перед ним на колени. ‘Я даю тебе клятву, принц Тенебраля. Я найду его для тебя.’
Натаир громко рассмеялся. - Алкион, моя благодарность была бы безмерной. Можете ли ты представить себе, как ты едешь на дрейге в Джеролин?- сказал он, хлопнув Верадиса по ноге.
‘Если бы он мог протиснуться в ворота, - пробормотала Верадис.
- Алкион, - продолжал Натаир, - ты был бы настоящим другом, если бы сделал это для меня.’
Великан коротко кивнул, его взгляд метнулся к Калиду. Он вернулся на свое место у камина.
На некоторое время воцарилась тишина. Когда они передавали друг другу бурдюк с вином, огонь в камине затухал.
‘Я думаю, что мы увидим Телассар завтра, - сказал Калид, напугав Верадиса.
‘Ты уверен?- спросил Натаир.
- В чарах произошел сдвиг. Его присутствие начинает исчезать.’
- Хм, - проворчал Натаир, его настроение ухудшилось. - Калид, ты что-нибудь знаешь об этой крепости Телассар, о Джехаре? Теперь, когда я нахожусь здесь, мне вдруг становится страшно, как будто я несу на себе огромный груз.- Натаир избегал смотреть в глаза Вин Талуну, вместо этого глядя на тлеющие угли костра.
‘Да, я кое-что знаю о Телассаре и его народе. В основном сказки и слухи, но я и раньше находил много правды, заключенной в таких историях.
- В жилах Джехаров течет древняя кровь. Народ, который жил здесь до бичевания Элиона-они выжили и в огне, и в воде, когда гигантские кланы и раса людей были уничтожены. Я говорю-выжили, но, может быть, их пощадили ... не знаю, – он пожал плечами. ‘О них говорят только, что они фанатики. Они живут, чтобы служить Элиону, и слывут воинами без равных, обученными с тех пор, как они могут стоять.- Он улыбнулся, и его зубы и глаза засверкали красным в свете догорающего костра. ‘Я не знаю, сколько правды в этих сказках. Но, по крайней мере, некоторые.’
‘Откуда ты так много знаешь?- Спросил Верадис.
Калидус пожал плечами. ‘Я-глаза Ликоса, его уши. Сеть собирателей информации Вин Талуна . . .’
- Ты имеешь в виду шпионов, - уточнила Верадис.
- Да, шпионы. Они повсюду. Помните, что Вин Талуны-моряки; все побережье изгнанных земель открыто для них. Кроме того, прежде чем служить Ликосу, я много путешествовал. Есть немного такого, чего я не знаю или не могу открыть, если я приложу к этому свою волю.’
- До того, как ты служил Ликосу. Что же ты тогда сделал?’
- Ах, человек принца, это сказка для другого раза.’
‘Если ты так много знаешь, - сказал Натаир, - может быть, ты скажешь мне, кто будет аватаром Азрота. Черным солнцем.’
Калидус поморщился. - Хотел бы я знать. Азрот хитер, прежде всего, как говорят старые сказки. Этот вопрос я долго обдумывал.- Он пожал плечами. ‘Мы должны искать тех, кто противостоит тебе, кто противостоит Союзу твоего отца. Это было бы очевидной отправной точкой, хотя я думаю, что Черное Солнце не проявит себя в этой точке, если только он не сможет нанести решающий удар. Но, возможно, его слуги . . .’
 
- Мандрос, - прошептал Натаир. ‘Он выступал против моего отца, даже насмехался над ним. Как вы думаете, это может быть он?’
- Возможно, - сказал Калидус. ‘По крайней мере, он, вероятно, служит делу Азрота. Он сеет раздор среди тех, кого хотел бы достичь твой отец, умаляет истинность нашего дела.’