Злоба (ЛП)

Кастелл немного полежал, благодарный и слегка удивленный тем, что все еще жив.
Он подтянулся и обнаружил, что вокруг все еще бушует битва, разбитая теперь в основном на небольшие группы отдельных личностей. Вандил был как в тумане, два его меча кружились и искрились на длинном изогнутом клинке Джехара. Он развернулся и нанес удар, один из его мечей вонзился в грудь противника.
Лезвие застряло на мгновение. Вандил дернул изо всех сил, и внезапно рядом возник Алкион. Великан нанес удар. Вандил увидел приближающийся удар и замахнулся свободным мечом, чтобы повернуть топор, но удар был слишком силен и врезался ему в грудь, отбросив назад в брызгах крови и костей. Лидер Гадраев скользнул по каменному полу и остановился, подвернув под себя одну руку. Он не шевелился.
‘Пошли! - крикнул Маквин, и Кастелл вместе с Маквином побежали через зал к своему поверженному вождю.
Позади них раздался треск, и Кастелл увидел, что на Маквина напал еще один Джехар. Затем появился Оргулл, и лысый мужчина вонзил острие своего клинка в спину нападавшего Маквина. Все трое рухнули в один из гигантских трупов, растворившись в облаке костей.
Он уже собирался прыгнуть вслед за ними, когда перед ним возникла фигура. Джаэль с мечом в руке и его кузен улыбался.
‘Прочь с дороги, - прорычал Кастелл.
‘Нам нужно поговорить, - сказала Джаэль.
- Что?- Растерянно переспросил Кастелл. Поговорить? Здесь, сейчас? Он протиснулся мимо Джаэля и увидел, что тот шевельнулся.
Ему удалось блокировать выпад Джаэля, но он упал с глубокой раной на руке.
‘Что ты делаешь?- прошипел он, переводя взгляд с окровавленной руки на кузена.
- Претендую на мой трон’ - сказала Джаэль, снова тыча мечом в Кастелла.
Их мечи столкнулись, и Джаэль рванулся вперед. Кастелл блокировал удар, сделал выпад в грудь Джаэля, увидел, как тот повернул меч, когда Джаэль развернулся и ударил его локтем в подбородок.
Кастелл отшатнулся на шаг, почувствовал вкус крови и тут же почувствовал удар в живот, как будто его ударили. Он посмотрел вниз и увидел меч, глубоко вонзившийся ему в живот.
Внезапно он почувствовал слабость в ногах и невыносимую усталость. Холодный.
Джаэль разорвал свободным мечом, смеясь. ‘Я был у тебя в долгу, - сказал он.
Кастелл попытался ответить, но голос его не слушался. Он почувствовал, что падает, его зрение затуманилось, а потом он почувствовал холодную землю на своей щеке. Последнее, что он увидел, были сапоги Джаэля.
  
 
ГЛАВА ВОСЕМЬДЕСЯТ ВОСЬМАЯ
 
КОРБАН
 
Коридоры были темными и тихими, слабый шум битвы лишь изредка просачивался через открытые двери. Корбан и Гар вскоре догнали остальную компанию, насчитывавшую уже около десятка человек. Почти в полном молчании они бежали, петляя и поворачиваясь, пока Халион наконец не завел их в комнату.
Это была комната Бренина, понял Корбан, где стояла огромная резная кровать. Халион вышел на балкон и начал помогать людям перелезать через него и спускаться на пустую улицу внизу. Маррок и Кэмлин автоматически пошли первыми, разведывая улицу и подавая знак остальным следовать за ними.
Корбан был в самом конце и помог своей маме перелезть через балкон. Остались только Гар, Фаррелл и Халион.
Внезапно его осенила мысль. - Буря не прыгнет, - сказал он. ‘Только не через балконный выступ, туда, куда она не может заглянуть.’
- Отойди, - проворчал Фаррелл. Он закричал: "отойди!- к тем, кто внизу, и взмахнул молотом Тэннона, разбив большую часть перил балкона на улицу.
Фаррелл усмехнулся и смущенно пожал плечами.
Последний из них быстро спустился вниз, и Корбану пришлось уговаривать Бурю следовать за ним.
- Хорошо, - сказал Халион, организуя небольшую группу. - А теперь как можно быстрее к бассейну.’
Они двигались неровной, шаткой массой: Маррок впереди, Корбан и Буря сзади, Гар с одной стороны, Фаррелл с другой. Кэмлин шел последним, постоянно оглядываясь назад.
 
Время от времени они слышали лязг оружия, но ничего не могли разглядеть. Они находились в задней части крепости, и большая часть боев все еще бушевала между Стоунгейтом и цитаделью.
Оглянувшись через плечо, Корбан увидел черное мерцание позади и вверху, оранжевое пламя горящих зданий освещало небо над крепостью. Он снова увидел его, услышал хлопанье крыльев и увидел Крафа, низко пролетевшего над Бриной. Почему-то он почувствовал облегчение оттого, что старая паршивая ворона все еще была с ними. Так много людей погибло.
Он поморщился на бегу, его щит терся о раненое плечо. Но он все еще мог пошевелить рукой и поднять ее, что было благословением, хотя и не без боли. Затем, без всякого предупреждения, на их пути появились воины из переулка – дюжина, а может, и больше, все в красном Нарвоне. Они не видели маленького отряда Корбана, пока Маррок не врезался в них. Затем Халион и сопровождавшие его воины прорубили путь прямо через середину застигнутого врасплох врага, Фаррелл ревел и размахивал молотом Таннона, словно был рожден для этого. Буря с рычанием прыгнула на охваченного ужасом мужчину, ее челюсти сомкнулись вокруг его горла и лица, когти полоснули по животу. Кэмлин бесшумно бросился в бой, меч змеился слева и справа.
Со вспышкой боли Корбан выхватил свой собственный клинок, и с Гаром, охраняющим раненый бок Корбана, они присоединились к драке. Через несколько мгновений все было кончено, и на последнего стоявшего на ногах Нарвонца обрушилась Буря, которая быстро расправилась с ним.
Халион быстро пересчитал головы и обнаружил, что только один из них упал. Однако были ранены и другие. Лицо Дата было залито кровью, Тарбен хромал, но ничто не казалось смертельным. Когда они перегруппировались, поблизости послышались новые крики.
‘Нам надо двигаться, - тихо сказал Халион. - мы только что наделали много шума. Другие, возможно, слышали.’
Они снова двинулись в путь, но услышали, что обнаружились мертвецы из их недавней стычки, а затем их стали выслеживать всерьез.
Корбан бежал уже некоторое время, сосредоточившись на каменных плитах, когда что-то заставило его поднять глаза. Он увидел, как Брина и Хеб отступили назад. Сначала он подумал, что это из-за того, что они изо всех сил стараются не отставать, но когда он подошел к ним, то понял, что это не так. Казалось, они даже не дышали тяжело, но потом оба остановились и повернулись лицом к темноте позади себя.
Корбан подошел к Брине и Хебу и открыл рот, чтобы поторопить их, но увидел, что они бормочут что-то себе под нос. Нет, пение или пение приглушенными голосами. Он взглянул на Гара и оглянулся на улицу, где звук шагов преследователей становился все громче. Он снова хотел поторопить их, но в тревоге остановился.
От земли поднимался туман, похожий на пар, но более густой. Он вырывался наружу, заполняя улицу.
Брина покачнулась, и Хеб протянул руку, чтобы поддержать ее. Они посмотрели друг на друга, кивнули и отправились вслед за быстро исчезающими воинами. Сверху донесся звук хлопающих крыльев.
- Мне это не нравится, - пробормотал Фаррелл, не сводя глаз с тумана, который все еще с пугающей скоростью разрастался у них перед глазами, кипя вдоль улицы по направлению к ним.
- Мне тоже, - сказал Корбан, и они, как один, повернулись и побежали, преследуя Хеба и Брину.
- Что случилось? Там, сзади?- Прошептал Корбан Брине, когда все остановились, чтобы перевести дыхание. ‘И что же вы сделали?’
 
- Теперь уж точно больше вопросов не будет. Брина закатила глаза и отвернулась от него. ‘Другой раз.’
- Корбан, - раздался голос Халиона. - Тогда покажи нам этот туннель.’
Корбан провел компанию мимо бассейна и спустился по ступенькам в пещеру, ведущую к колодцу. Войдя внутрь, он остановился, поняв, что у него нет кремня, чтобы зажечь факелы.
После короткого разговора с Халионом Маррок и Кэмлин зажгли факелы для гостей из железных канделябров, вделанных в стены, торопливо нащупывая кремни из своих поясных сумок.