Злоба (ЛП)

‘Что ты имеешь в виду?- Спросил Корбан, сжимая рукоять меча.
- Гонцы из Бадуна, - проворчал мужчина.
‘Нет. Никого.’
Мужчина выругался, сплюнул на землю и оглянулся через плечо. ‘Ты должен ехать верхом, они не могут быть далеко позади, - настаивал мужчина. - Бадун пал.’
- Что? Но. . .- Сказал Корбан.
‘Вперед. У нас нет времени, - отрезал мужчина и, пришпорив лошадь, вонзил в нее пятки.
Корбан смотрел, как всадник исчезает за гребнем холма, и тут его внимание привлек шум, доносившийся со дна долины.
Из леса появились конные фигуры, дюжина или около того воинов, с копьями в руках. Корбан нахмурился. Было что-то неправильное в их движениях, что-то скрытное.
Затем на гребне Дальнего склона, возможно, в лиге, а может, и меньше, что-то шевельнулось. На гигантской дороге появилась темная линия: всадники, широкая колонна, обрамленная бледной полосой света, предшествовавшей заходящему солнцу. Они быстро приближались к нему. По обе стороны дороги из-за гребня высыпали еще какие-то фигуры, двигаясь по земле темным пятном, копья и развевающиеся знамена мелькали на фоне светлеющего неба.
Корбан просто смотрел, наблюдая. Затем на горизонте показался край солнца, и множество наконечников копий поймали первые лучи, вспыхнув, как тысячи свечей. По склону к нему ползло войско-море воинов в красных плащах, бык Нарвона хлопал на бесчисленных знаменах.
Пришел Овейн.
  
 
ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ ДЕВЯТАЯ
 
КОРБАН
 
Корбан вскочил на Щита и направил лошадь вверх по насыпи к гигантской дороге. Он еще раз взглянул на ползущее к нему войско, его взгляд метнулся к разведчикам, пробиравшимся вниз по склону к ручью. Пока он смотрел, один из них подал знак остальным и указал на него. Его сердце дрогнуло, когда он пустил Щита в галоп, голоса за спиной стали громче, а стук копыт раздавался в воде.
Он скакал на Щите изо всех сил, его сердце колотилось, и паника нарастала.
Наконец показался коттедж Брины, Дан Каррег-высокое пятно на горизонте В все еще Туманном свете рассвета.
Он натянул поводья Щита, и конь тяжело задышал в холодном утреннем воздухе. Еще дальше он увидел облако пыли, отмечавшее всадника, с которым он разговаривал, въезжающего в деревню. Он подтолкнул Щита к коттеджу Брины.
Целительница склонилась над своим травяным участком, дергая за пучок ястребинку, когда Корбан подошел к ней.
- Быстро!- воскликнул он. ‘Мы должны идти.’
- Что?- Огрызнулась Брина, хмуро глядя на ястребинку, который явно не хотела отрываться от Земли. - Неужели одна ночь в темноте совершенно выбила тебя из колеи?’
‘Войско Овейна, тысячи идут, - задыхаясь, произнес Корбан. - Примерно на Лигу назад, но его разведчики не отстают от меня.’
Брина с минуту смотрела на него, потом вскочила на ноги и поспешила в дом, зовя Крафа.
- Скорее!- Крикнул Корбан, и через мгновение Брина появилась в дверях с мешком за спиной, ворона хлопала крыльями и протестующе кричала.
Удивив Корбана своей ловкостью, Брина подтянулась к нему сзади, обхватила руками за талию, а затем Щит двинулся через ольховую поляну. Корбан посмотрел на восток и увидел цепочку всадников, растянувшихся поперек дороги, двигавшихся быстро, больше, чем дюжина разведчиков, которых он видел раньше.
Он вонзил пятки в ребра Щита, создав черное пятно в небе над ним, и Бурю, бегущий рядом с ним. Он пересек луг, чтобы присоединиться к пути великанов, и повернулся лицом к Хавану, низко склонившись в седле, подгоняя Щита.
Добравшись до деревни, он прокричал предупреждение, направляясь по улицам к круглому дому. Но всадник уже разнес весть, и повсюду были люди, большинство из которых направлялось к дороге, ведущей к крепости. Корбан направился к дому Дата, спрыгнул с седла и постучал в дверь. Бетан открыла ее, нахмурившись, но не смогла произнести ни слова, увидев выражение лица Корбана.
 
‘Что случилось?- сказала она.
- Овейн атакует, осталось недолго. А где Дат?’
- Сюда, Бан, - сказал его друг, появляясь позади сестры.
‘Мы должны идти. Корбан схватил Бетан за плечо, но она отстранилась.
‘Да . . .- сказала она.
‘Где же он?’
‘Вон там, - сказал Дат, кивнув в сторону своего дома.
‘Покажи мне.’
Мордвир храпел на своей койке, держа в руках кувшин с уском. Разбудить его оказалось невозможно, пока Брина не протиснулась внутрь и не вылила ему на голову кувшин холодной воды. Это и ее ругань разбудили Мордвира настолько, что он смог, пошатываясь, выйти из дома, Корбан вел его, а Дат поддерживал его сзади.
Корбан велел Брине и Бетан взять Щит и ехать вперед. Они с Датом провели пошатывающегося рыбака через деревню и присоединились к растущей веренице людей, поднимавшихся по крутой тропинке к Дан-Каррегу. Они остановились немного выше, чтобы оглянуться на деревню.
Дым поднимался от коттеджа Брина, в черном, клубящихся облаков, он. Еще дальше, на краю поля зрения, войско Овейна было ползучим пятном на горизонте. Ближе, между деревней и коттеджем Брины, на гигантской дороге мелькали всадники-передовые разведчики Овейна. ‘Пошли, - сказал Корбан и повернулся к Дану Каррегу. Когда они были на полпути вверх по крутому склону, Мордвир все время протестовал, впереди послышался топот копыт. Пендатран проехал мимо них, сопровождаемый десятками воинов. Они продолжали спускаться к деревне и рассыпались веером, защищая жителей деревни от передовых разведчиков Овейна.
И тут появился Гар, скачущий к ним на своем огромном пегом жеребце.
‘Это правда?- Сказал Гар, подойдя к ним. Корбан просто указал на землю позади себя, на темную волну воинов, роящихся на лугах.
Гар некоторое время смотрел, как Корбан разглядывает вьюки, привязанные к боку Молота, полные бурдюки с водой, длинный предмет, завернутый в кожу и привязанный к седлу. ‘Куда-то собираешься?- спросил он.
- Собирался, - ответил он. ‘Но не сейчас. Пойдем, отведем тебя внутрь крепостных стен.’
С большим трудом они подсадили Мордвира в седло Гара и стали подниматься по склону гораздо быстрее. Мать Корбана и Сайвен встретили их во дворе, оба, как он заметил, были одеты в толстые кожаные плащи. Таннон стоял рядом с ними, нахмурившись, держа в руках новенький боевой молот.
– Щит в конюшне-я ухаживала за ним, - сказала Бетан Корбану, взяв поводья Молота и ведя своего отца в крепость. Остальные поднялись по каменным ступеням и встали на зубчатой стене.
Деревня была уже захвачена, земля у подножия холма кишела мародерами, темная масса начала подниматься по склону к крепости. Последние из жителей деревни пересекали мост, Торин с ними, ведя повозку, заваленную мешками и бочками, Пендатран и его несколько десятков воинов ехали позади. Когда они все пересекли мост, окованные железом двери Стоунгейта захлопнулись, и прутья загремели в доме. Повсюду раздавался шокированный ропот голосов. Король Бренин вышел во двор, Халион и другие воины окружили его, Хеб и Эвнис последовали за ним. За ними следовали Тенебральные гости.
Бренин немного посовещался с Пендатраном, затем поднялся по лестнице. Он расположился на дорожке над Стоунгейтом, глядя вниз на мост, перекинутый через пропасть между Дан-Каррегом и материком.
Через некоторое время Авангард войска приблизился, остановившись в двух десятках шагов перед мостом и растянувшись перед крепостью. Затем из толпы воинов в красных плащах появился Овейн.
- Кузен, - позвал Овейн, его голос эхом отдавался от каменных стен, а глаза изучали зубчатые стены.
 
- Да, - отозвался Бренин. ‘Я здесь.’
‘Мой сын был более приветлив, когда ты посетил мои владения, - сказал Овейн, указывая на зарешеченные ворота.
‘Это правда, - отозвался Бренин, - но меня пригласили. Не вы.’
Овейн фыркнул. - Давайте обойдемся без этого. Вы в ловушке, и у вас нет никаких средств к бегству. Сдавайся вместе с дочерью и Пендатраном. Тогда вы сэкономите много ненужного кровопролития.’