Святые печенюшки
Сидя в отведенной ей комнате, Эмили слышала, как за стенкой он бормотал что-то неразборчивое, прихлебывая пунш, переодевался (при этом она отчего-то покраснела), звенел склянками и изредка чертыхался.
Мистер Клоксон не потрудился представить его, поэтому Эйдан, откашлявшись, сразу же перешел к делу.
– Господа… – начал он и, спохватившись, добавил: – И, разумеется, дамы, как вам наверняка известно, сегодня утром произошло неприятное происшествие. Один из гостей, мистер… – он на мгновение замялся. – Уважаемый критик был найден в своей постели в весьма плачевном состоянии. Его доставили в больницу.
На этих словах Леонард Стайн, которого все называли Ленни, горестно всхлипнул. Скользнув по нему оценивающим взглядом, Эйдан продолжил:
– Меня зовут Эйдан Стокетт. Я – частный сыщик из Лондона. И у меня, как и у доктора, который осматривал мистера…
– Кроу, – не выдержав, подсказал Голдвин.
– Мистера Кроу. Так вот… у меня есть основания полагать, что кто-то в этом замке желал мистеру Кроу смерти.
Последние слова утонули в тишине. Лишь из камина доносился треск поленьев. Но буквально через миг тишина осыпалась, точно пожелтевшие листья от внезапного порыва ветра, и зашуршала, загомонила десятком голосов.
– Как?! – взвизгнула графиня Эшборо, прижав руку к груди.
– Вы абсолютно уверены? – громыхнул Голдвин.
– Батюшки! – ахнула миссис Тилли.
– Святые печенюшки, что же стало с людьми… – задумчиво протянул виконт Патнем.
– Господа, господа! И дамы… – Эйдан поднял ладони, призывая всех замолчать. – Я здесь, чтобы разобраться в этом.
– Но кто вас нанял? – Ленни впервые за весь день подал голос.
– Это один из вопросов, на которые мне предстоит ответить. Я не знаю, кто нанял меня.
– Неужто убийца? – хмыкнул Энтони Мор.
– Этого нельзя исключать.
– Так, значит, убийца – один из нас? – графиня Эшборо стремительно теряла остатки самообладания.
– Уважаемый мистер… Кроу не погиб, – парировал Эйдан. – А значит, убийца – не убийца.
– Но мог бы им быть! – с жаром воскликнул Стаут.
– Моя работа – не допустить этого.
– А если вы не справитесь со своей работой? – усомнился Голдвин.
– Справлюсь, если вы все поможете мне.
– Но как?..
Эйдан вздохнул, поправил ворот рубашки и объявил:
– Прошу вас не покидать замок до конца расследования без веской на то причины.
По библиотеке вновь прокатилась волна возмущения.
– Здесь же нет ни унции кофе! – взбунтовался Голдвин.
– Вот еще, подавать эту новомодную отраву… – буркнула миссис Тилли.
– А что можно счесть веской причиной, уважаемый? – осторожно осведомился виконт Патнем.
– Кто о чем, а он печется о кофе! – всплеснул руками Энтони Мор.
– Пил бы кофе, может, и писал бы получше! – прорычал Голдвин.
– Да как ты смеешь!
– Милорды, господа… и дамы. – Мистер Клоксон вышел на середину комнаты прежде, чем дошло до драки. – Мы непременно поможем мистеру Стокетту. А пока прошу всех проследовать в столовую. Миссис Тилли приготовила для вас отменный завтрак.
– И чай, – ощерился Голдвин.
– Для вас, мистер Голдвин, мы раздобудем кофе, – заверил дворецкий. Миссис Тилли презрительно сморщилась, но промолчала.
Не прерывая бурного обсуждения, гости направились вслед за дворецким. Что ни говори, а ароматам, доносящимся из столовой, было трудно противостоять.
Эмили не спешила. Она поднялась, поправила подол платья и сделала вид, что изучает надписи на корешках книг. Эйдан дождался, пока разойдется прислуга, и боком подобрался к ней.
– Вы читали их, мисс Уайтли?
– Просто Эмили. Некоторые из них. Коллекция лорда весьма… обширна.
– Кажется, нас поселили по соседству. – Эйдан явно не был настроен на обсуждение литературы.
– Да, я слышала, как вы одева… – Она прикусила язык, опомнившись, и поспешила сгладить неловкость: – Бормотали.
Эйдан усмехнулся.
– У вас и правда чуткий слух. Будем надеяться, что я по крайней мере не храплю.
– А вы… – Эмили мельком взглянула на него, чувствуя, как жар обволакивает шею. – Вы не уверены?
– Никто до сих пор не сообщал мне об этом.
– Тогда будем надеяться. – Она отвернулась, пожалуй, слишком резко, опасаясь, что Эйдан заметит ее смущение.
Он обошел ее, на миг будто невзначай коснувшись рукавом, и встал лицом к лицу.
– Эмили… – Звук его голоса разошелся непрошеными мурашками по рукам. – Я не хотел бы лишать вас завтрака…
– О, не беспокойтесь, к завтраку здесь не принято являться в одно время. Для нас… для меня приберегут тарелку.
– Отлично, у меня как раз разыгрался зверский аппетит.
Эмили вздрогнула. Что он имел в виду? Ее общество или яблочный пирог миссис Тилли?
– Я сегодня не завтракал, – словно прочитав ее мысли, пояснил Эйдан. – Не будет ли у вас минутки, чтобы рассказать мне о вчерашнем ужине? Какой была обстановка за столом? Не было ли споров?
– Все гости лорда так или иначе связаны с книжным делом. Некоторые из них занимают весьма высокое положение в обществе. Конечно, без споров не обошлось.
– И все же я хотел бы узнать чуть больше о них самих и о вас, если позволите.
– В рамках расследования?
– Разумеется.
– Вы доверяете мне? – Эмили лукаво улыбнулась.
– Я еще не решил, – Эйдан улыбнулся в ответ. – Давайте присядем.
Они расположились в креслах друг напротив друга. Между ними урчал камин. В единственное окно лился мягкий золотистый свет. Из столовой долетало звяканье фарфора и серебра. По какой-то неведомой причине рядом с этим мужчиной Эмили чувствовала себя защищенной. Будто сам он был воплощением спокойствия и домашнего уюта, несмотря на опасности, сопряженные с профессией частного сыщика.
«Видимо, все сыщики умеют располагать к себе, иначе никто не стал бы отвечать на их вопросы», – подумала Эмили.
– Лорд Уинтерборн – известный коллекционер редких книг. – Она обвела рукой полки в подтверждение своих слов. – Он собрал всех, чтобы продемонстрировать главную жемчужину своей коллекции – загадочный первый экземпляр…
* * *– Никак не возьму в толк, почему вы, англичане, зовете пудингом черствую коврижку с изюмом!
Все разговоры за столом моментально стихли. Виконт Патнем пронес мимо рта чашку ароматного чая с душицей. Один из лакеев чуть не уронил поднос на колени графини Эшборо, однако быстро вернул равновесие, получив тычок в бок от дворецкого. Мистер Клоксон, как и всегда, был настороже, следя за прислугой, точно орел за своей добычей.
– Позвольте, уважаемый, – подал голос Ленни. – Но какая же это коврижка?
– Коврижка – это коврижка, – подхватил мистер Кроу. – А это – самый настоящий йоркширский пудинг!
– И вовсе не с изюмом, – добавила графиня Эшборо.
– А что же, изюм, по-вашему, не сухофрукт? – Голдвин размахивал бокалом, распаляя спор.
– Если быть точнее, сухоягода, – поправил его Стаут. – Изюм – это высушенные ягоды винограда. Vitis vinifera [1].
– Святые печенюшки! Все бы вам классифицировать! – Виконт Патнем метнул в него гневный взгляд.
– А вам – упростить.
– Главное – вкус!
– Джентльмены, прошу… – взмолилась сидевшая между ними графиня Эшборо.
– Выпейте еще, Голдвин, и скоро вы перестанете отличать не только пудинг от коврижки, но и родную мать от отца.
– Вашу маменьку, мистер Мор, я точно не огорчу.