Поцелуй любви для зануды (СИ)

— Лаурисса, вы молчите, — замечает мой собеседник. — Плохо себя чувствуете? Можем никуда не ездить.
— Нет, что вы, Теодор, все отлично. Просто задумалась, — спешно отвечаю, а то с него станется развернуть экипаж и рвануть назад в библиотеку. — Может, мы перейдем на «ты»? Хотя бы, пока не на работе?
— Отличная мысль, — как ни странно, соглашается Тео, и магомобиль начинает притормаживать, съезжая на подъездную аллею.
Спешившись, мы идем по аллее вглубь парка. Тео покупает нам обоим по чашке горячего шоколада, попивая напиток мелкими глоточками, мы неспешно двигаемся в нужном направлении. Погода стоит удивительно солнечная и теплая, мое тонкое пальто осталось в экипаже, я решила не таскать его с собой, рассудив, если что, поприставать с объятиями к Тео. Ну, а что? Пусть греет. 
Разговор не клеится. Это для меня неожиданно. Оказывается, брюнет совершенно не умеет говорить на отвлеченные темы и о всяких пустяках. Мне приходится болтать за двоих, впрочем, я вижу в голубых глазах улыбку — и это отличная награда за мои старания.
Мы прогуливаемся аллейками парка, невзирая на большое количество людей, тут их гуляет немного. Основная масса крутятся возле прилавков с едой и питьем. Я как раз собираюсь в очередной раз пошутить, когда краем глаза замечаю знакомую белобрысую фигуру. Непонятно почему, сердце вдруг дергается куда-то в горло, а лицо обдает жаром.
Киан тоже решил сегодня проветриться в парке. И компанию ему составляет высокая, изящная блондинка, в данный момент прилипшая к его локтю так, словно без помощи мужчины не сможет идти. Блондин меня еще не видит, отвлеченный на какую-то реплику спутницы, поэтому я делаю весьма странную вещь: хватаю Тео под локоть и резко сворачиваю вместе с ним на узкую тропинку справа, укрывающую нас от взоров тех, кто гуляет по аллее. Фух, можно облегченно выдохнуть.
— Лаурисса, а зачем мы спрятались? Это крайне неприлично: быть нам с тобой наедине в столь укромной месте, — подает голос Тео, поблескивая на меня глазами.
  
Глава 16
 
— Да, ты прав, Теодор. Но мне захотелось побыть с тобой наедине, в более приватной обстановке, если ты понимаешь, о чем я, — говорю, чувствуя себя полнейшей дурой, потому даже не обращая внимания, что мужчина опять перешел на «вы».
— О…, — брюнет замирает, видимо, обдумывая мои слова, а потом отвечает, — я как-то не смотрел под таким углом. Знаете… знаешь, Лаурисса, что мне в тебе нравится? Ты часто ошарашиваешь нестандартным подходом к стандартным ситуациям. Мне нравится твой тип мышления. Немного сумбурный, но, ведь именно из хаоса образовался порядок.
Вот сейчас я не совсем поняла. Он меня похвалил, или оскорбил? Видимо, Тео и сам не понял, потому что как-то резко умолк, но потом все-таки заговорил, через длинную паузу:
— Нам пора, скоро начнется спектакль. Или ты хочешь еще тут… постоять? — и такой внимательный, долгий взгляд голубых глаз.
— Нет, настоялась уже, — буркаю, так и не дождавшись каких-либо интересных действий со стороны кавалера. — Пойдем, займем места.
Театр представляет собой что-то типа современного Колизея, собранного на один вечер. Ряды кресел по кругу, узкие проходы для выхода только с двух сторон. Каждый из шести рядов чуть выше предыдущего, сцена внизу посредине. Необычно, непривычно, но вполне удобно.
Мы занимаем места в третьем ряду, играет музыка, понятия не имею, где там спрятали оркестр, и на сцену выходит дородный мужчина. Опера, блин горелый! Вот что угодно могу смотреть и слушать, кроме нее. Мне даже в голову не пришло, что в театре на открытом воздухе будут горлопанить басом и вторить баритоном. Надеялась на что-то более увеселительное: спектакль какой-нибудь, комедию, оперетту, на худой конец. Но нет! Опера, ёжкин кот!
После десяти минут вытья я еще держусь и даже пытаюсь улыбаться, после двадцати — лицо превращается в резиновую маску, после тридцати минут все мои пломбы начинают нещадно болеть, и я не выдерживаю. Отпросившись у Тео типа в дамскую комнату, с облегчением выхожу из Колизея и уверенно топаю в сторону прилавков со сладостями. Где-то здесь продавали орешки в сахаре и цукаты, надо заесть эту сверлящую зубную боль от оперы.
  
Поворачиваю за угол и вижу нужный мне прилавок, возле которого стоит… Киан. Елки! А я уже сделала три шага в сторону еды! Резко разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и, не ускоряя шаг, плавно дефилирую назад, авось не заметит. Подожду за углом, пока он купит сладости, а потом подойду.
— Что, даже орехи не купишь? — несется мне в спину хорошо знакомый голос.
Блин, блин, блин!
— Киан, какая неожиданная и приятная встреча, — поворачиваюсь к мужчине, улыбаясь до ушей.
— Неужто приятная? Я польщен! — насмешливо усмехается, закидываясь орешками из пакетика. — А я уже было подумал, что это ты от меня так красиво сбегаешь.
— Вот еще. Больно надо от тебя бегать, — продолжаю скалиться улыбкой крокодила.
— Смотрю, платьице переделала. Удивлен, не думал, что ты занимаешься рукоделием.
— Почему? Ты вообще обо мне ничего не знаешь, так что… — пожимаю плечами, разрываясь между желанием пойти купить орешков, или все-таки вернуться к Тео.
— Ну, почему же ничего? — хитро прищурившись, блондин снова кидает ароматный орешек в рот. — Или, думаешь, мы тут, возле прилавка с орехами, случайно встретились?
Я застываю, некрасиво открыв рот и выпучив глаза на Киана. Что, правда? Он меня тут поймал, как рыбку на наживку? Нуууу, гааад!
— Рада за тебя и твою смекалку, а теперь, прошу прощения, я планирую купить вкусняшек и вернуться к своему спутнику.
— Ты тут с мужчиной? — улыбка разом сходит с лица блондина.
— Конечно, а ты не видел…
— Я видел только тебя, и то со спины. Если бы не твое странное платье, решил бы, что обознался.
— Ну, что же. Я видела, что и ты не один. Думаю, нам обоим стоит вернуться к своим сопровождающим. И платье у меня не странное!
Демонстративно развернувшись, иду к прилавку с орехами. Нет уж, никто не помешает мне насладиться лакомством. Мужчины и поцелуи — это хорошо, но часто ненадолго. А сладости — они с девушкой навсегда!
Купив по сто граммов самых разных орехов и попросив продавца сложить все в один пакет, довольная отхожу от прилавка со своим ассорти, чтобы тут же воткнуться носом в чью-то грудь. Угадайте, чью?
— Киан! Ты не мог бы держать дистанцию и не влезать в мое личное пространство? — бурчу недовольно, обходя мужчину по широкой дуге.
— Очень надо. Я вообще-то ждал, когда ты отойдешь от прилавка, чтобы еще прикупить орехов. Смотри, куда идешь, мелкая, а то и раздавить могут.
Некрасиво фыркнув в ответ, не оглядываясь, иду в сторону театра. Сейчас тут, в сторонке, на лавочке, погрызу лакомство, а потом пойду. Подняв глаза, вижу уже знакомую мне блондинку, спутницу Киана. По тому, как она шарит глазами по прохожим, понимаю, что ищет своего кавалера. Поворачиваюсь к Киану и уже открываю рот, чтобы позвать его, но тут он сам видит блондинку, в два шага ныряет следом за мной за угол и, прихватив меня за локоть, тянет в узкую аллейку, где никого, кроме нас нет.
Только пробежав вместе с ним несколько шагов, выдергиваю руку из захвата мужских пальцев.
— Да с чего это вдруг, ты меня тянешь, как собачку на поводке! — вызверяюсь на хмурого блондина.
— Хотел показать интересные места? — лукаво блестя глазами, отвечает Киан.
— Вот это, — обвожу руками вокруг, — на них не похоже.
— Ой, да, ладно тебе, мелкая. Садись лучше на лавку и ешь спокойно свои орехи.
Взбрыкнув больше для виду, усаживаюсь рядом с Кианом. В полной тишине и довольстве, мы доедаем каждый свои лакомства. Блондин, правда, пару раз пытается залезть своей загребущей лапой в мой кулечек с орехами, за что тут же огребает, но попыток не оставляет.
— Слушай, да пойди, купи себе еще! Чего ты лезешь ко мне? — повернувшись к Киану спиной, чтобы ему было неудобно воровать из моего пакета, пытаюсь быстро доесть лакомство.