Королёва - королева демонов (СИ)

- Рио-о-о-о-на, - говорила лениво, тихо и целенаправленно растягивая слова. – Ты что-то путаешь, милая. Разве обычная невинность является честью и достоинством? Хотя, у кого я это спрашиваю? Ты наверняка полагаешь, что и благородство – это врожденное качество.
И я медленно развернулась лицом к шиенам. Все, как одна, с удивлением и тревогой взирали на меня. Да, пожалуй, если бы с ними заговорило дерево, им бы было понятнее.
- Что ты хочешь сказать, Лигейрос? – прошипела Риона, но я… Я смотрела не на нее, а на Ириллу, в ее янтарных глазах помимо привычной уже ненависти плескалась жажда убийства. Интересно, что я ей такого сделала? Хорошо бы в памяти на досуге покопаться. Вдруг упускаю что-то важное?
- Я хочу сказать, что благородство, равно как гордость, порядочность и такт в ашассе воспитываются. У вас же, шиена Тур, отсутствуют даже зачатки хороших манер, не говоря уж о достойном воспитании, если исходить из тех реплик, что вы позволяете себе в мой адрес. О каком благородстве может идти речь, если вы в принципе не можете знать что это такое?
Ох, не зря я дамские романы на Земле почитывала! Не зря!
- Да ты… Да как ты смеешь? – закудахтала она, подскакивая со своего места.
- Сядь! – рыкнула на нее Ирилла, и Тур, как пришпиленная, плюхнулась на лавку, в то время, как шиена Роклор не сводила с меня глаз. – А смерть пошла тебе на пользу, Нинель, - наконец произнесла она.
- Да, мне уже говорили об этом сегодня. Благодарю за комплимент, - ответила я, с удовольствием наблюдая, как ненависть сменяет бешенство.
– Ты отрастила зубки. Только мой тебе совет, не вздумай путаться под ногами и не стой на моем пути! – рыкнула Ирилла.
Неужели угроза? Интересно, что могло настолько вывести из себя брюнетку?
- Видишь ли, - улыбнулась я, фактически заставив ашассу заскрипеть зубами. – Возможно, ты не заметила, но все мы прибыли на отбор, цель у нас одна, как и дорога, по которой нам предстоит идти. И уж поверь, стоять на ней я не намерена.
Шиена Роклор открыла рот, чтобы ответить мне что-то гневное. Глаза ее горели, а ноздри хищно раздувались. Но в этот момент в трапезную вошли преподаватели. Ни одной женщины. Лишь мужчины среднего и весьма почтенного возрастов. Все замолчали и поднялись со своих мест, чтобы стоя поприветствовать их.
Поскольку в трапезной стоял невообразимый гул, на нас мало обращали внимания. Нет, на меня, конечно, бросали косые взгляды, как на суицидницу, но короткие и осуждающие. Хорошо пальцем у виска никто не крутил. Видимо, на Ашшуре это не принято. Но стоило повиснуть тишине, как мои слова о дороге, услышали все.
- Доброе утро, благородные ашассы, - поприветствовал ректор. Разумеется, благородные. К обучению в академии допускались ашассы рангом не ниже ши. Даже шасам это было недоступно. Что уж говорить о людях? Те из них, кто все же попал сюда, сейчас проворно разносили завтрак или с усердием выполняли другую, не самую почетную работу.
Хмм, его голос я помнила, а вот видеть до этого момента не приходилось. Вообще, память Нинель оказалась настолько избирательной, что постоянно приходилось напрягаться, чтобы хоть что-то прояснить. Создавалось впечатление, что при жизни, девушка совсем себя не утруждала лишними мыслями. Жила, как планктон, до первого кита. В такие моменты я понимала Камака. Тут не нужно быть ни провидцем, ни богом. С подобным наплевательским отношением к своей судьбе долго не живут.
Итак, мужчина, которого мой отец называл Серпий, был уже не молод, но и не дряхл. Он, по всей видимости, пользовался авторитетом, как среди преподавателей, так и среди учащихся. Его слушали, ему внимали и смотрели на него, если не с восхищением, то точно с глубокой симпатией. Это говорило о многом. Чтобы завоевать уважение столь разномастной компании, нужно быть поистине незаурядным ашассом, мудрым политиком, прекрасными оратором и талантливым стратегом. Не меньше.
При всем притом, шиен Хассер не отличался ни мощью, ни ростом, а имел ничем не примечательную внешность. Худощавый, очень подвижный, одет в неброский серый камзол. Даже его рога аккуратно прижимались к голове. Но стоило посмотреть в его, наполненные мудростью, глаза, и взгляд отвести было уже сложно. И сейчас ректор взирал на меня так, словно видел впервые. Ах, да! Его привлекла моя реплика, по нелепой случайности прозвучавшая в полной тишине. И, разумеется, прежняя Нинель кардинально отличалась от обновленной. Серпий откашлялся и продолжил:
 
- Сегодня, в день Великого Шезму, все занятия отменены, а учащимся надлежит посетить торжественную церемонию в Храме всех богов. Напоминаю, что участницам отбора, покидать стены академии самостоятельно, запрещено. На праздник вы отправитесь с куратором королевского отбора ши Станишем. Так же, позволю себе вам напомнить, что завтра для вас запланировано посещение магического питомника. Чем быстрее вы подберете себе животное, тем проще вам будет в лабиринте. А теперь приступим к завтраку.
Ректор сел, а я перевела взгляд на куратора. Что сказать? Даже его голос мне показался неприятным, а уж вид и подавно. Длинный, неимоверно худой, словно его долго морили голодом, ашасс сейчас жадно и некрасиво поглощал что-то из своей тарелки. На неухоженной бородке блестели жирные капли. Между тонких рогов проглядывала лысина. Ох, не думала, что лысый ашасс настолько комичное зрелище. И все же, только благодаря ему все еще живет и дышит это тело, несмотря на слова отца о том, что ши Станиш всего лишь выполнял свои обязанности, и моя смерть повлекла бы за собой его казнь. В любом случае, приятно ощущать себя живой, а с остальным я разберусь и обязательно справлюсь. Ведь от этого зависит мое будущее.
- Приятного аппетита, благородные ашассы! – пролепетала хрупкая человеческая девушка, расставляя перед нами тарелки с завтраком.
Она брала их с многоярусного подноса, который просто толкала впереди себя. Конструкция очень напоминала каталку разносчицы, вот только никаких колес у нее не было. Все подносы висели в воздухе, и девочка ловко вертела их в нужном направлении без всяких видимых усилий. Магия. А ведь точно, в этом мире есть магия, и с ее проявлениями мне придется сталкиваться часто.
Что там ректор говорил о магическом питомнике? Воображение рисовало персонажей забытых детских сказок: драконов, фениксов, русалок и даже конька-горбунька.
Но что-то в словах шиена Хассера не давало покоя. Какая-то явная, лежащая на поверхности, нестыковка. Я растерянно посмотрела на соперниц. Девушки завтракали чинно и очень аккуратно. При этом то и дело кидали заинтересованные взгляды куда-то в сторону. Ну, точно. Именно там расположилась коробка с шоколадными батончиками. И если почти все мужчины в зале то и дело посматривали на наш столик, то все девушки, вне зависимости от расы, не сводили глаз с мощных ашассов за вип-столом.
Даже «ее величество» Ирилла испепеляла взглядом… хмм… того самого брюнета, с которым мне так не посчастливилось играть в гляделки. Вот почему шиена с такой яростью смотрела на меня. Она ревновала. Только поводов для ревности у нее было маловато, на мой взгляд. Нинель с этим ашассом точно ничего не связывало. Хотя, с ее внимательностью, девушка вполне могла не заметить проявляемого к ней интереса. Тогда, почему Кайл позволил Дейву так поступить с Лигейрос? Ох, и запутанная история! В хитрости Ириллы я не сомневалась. Наверняка некоронованная королева воспользовалась каким-нибудь весьма удобным моментом.
И тут меня осенило! Королева… Я повернулась к своей новой знакомой.
- Лори, - едва слышно прошептала я, но шия услышала и вопросительно на меня посмотрела. – Если во главе всех ашассов стоит Повелитель, то почему отбор называется королевский?
Милора улыбнулась мне как-то снисходительно и слишком мягко, на мой взгляд. Так улыбаются детям, когда они сморозят глупость. Так улыбаются умалишенным, не надеясь, что хоть какое-нибудь разумное пояснение будет воспринято и понято.
- Потому что когда-то на Ашшуре правила королева, - медленно произнесла она, словно вдалбливала прописные истины в абсолютно пустую голову.