Попаданке в книге не место, или Как выжить в чокнутом романе (СИ)

Я бросилась к окну и задернула штору, притаившись сбоку. На противоположной стороне улицы находились такие же как наш двухэтажные дома, но я вроде бы не заметила никого ни на крыше, и в окнах. Выдохнула. Владимир прислал мне говорящий подарок-предупреждение. Конечно, я ожидала чего-то подобного, но бедное животное ни в чем не виновато. Кошку было жалко. К тому же это была молоденькая кошечка, почти котенок.
Я закрыла крышку и защелкнула все замки. Сняла перчатки и палантин, и позвала горничную.
— Ийя, выбрось коробку и впредь, если мне придет очередной подарок без указания отправителя, поступай с ними так же. Сразу выбрасывай.
— Да, госпожа. — Служанка поклонилась и поспешила выполнить задание.
Что ж, Владимир, я поняла твое предупреждение. Урок усвоен. Теперь оставь меня в покое, а? Ну пожалуйста!
На следующий день, сразу после завтрака прибыл портной. На сей раз он был не с одной, а с двумя помощницами, которые помогли мне надеть наметанную модель. Брюки, юбка, жакет, рубашка. Все это мастер успел раскроить и наметать за одну ночь!
— Вы гений, Грэхэм! — Восхитилась я.
— Вы моя муза, леди Лейна. Когда я поработал над вашими идеями, стало ясно, что это невероятные задумки!
— Вы мне льстите, Грэхэм. — Я не смогла сдержать улыбку. Глаза мастера горели.
— Ни в коем разе! Как я сам до подобного не додумался, ума не приложу! После вашего выхода в свет в подобном наряде, уверен, от заказов не будет отбоя! Это просто и практично! А главное, такой простор для фантазии!
«И тут Остапа понесло»! Портной не замолкал ни минуты, пока наметанные вещи на мне подкалывали иголками. Он восторгался и болтал даже когда меня переодевали, а он стоял за дверью. Под конец он пообещал выплатить мне гонорар за идею. Попрощались мы на хорошей ноте, и я с нетерпением ждала свой первый брючный костюм.
Настал день охоты. Путь в заповедник был не близкий. Несколько десятков паромобилей ехали впереди. За ними кавалькада наездников. Каждый вел за собой несколько расседланных коней. Мы ехали в паромобиле.
— А Вы уже бывали в заповеднике Императора, отец? — обратилась я к, как всегда, что-то читающему мужчине. Газеты, книги, брошюры.
— Однажды.
— А Вы, мама?
— Нет, в тот раз я не могла сопровождать твоего отца из-за плохого самочувствия. Но он много и долго восторгался количеством зверя для охоты и условиями.
— Правда? — Этот человек умеет «долго восторгаться» чем-либо? Я подняла одну бровь.
— Ну, — замялась мама, улыбнулась и заговорщицки шепнула, наклонившись к моему уху. — Он сказал тогда аж два длинных предложения.
Мы прыснули в кулачки. Я была здесь не так долго, но если что-то заставило отца сказать аж целых два длинных предложения, то это явно было нечто необыкновенное.
— Как долго нам предстоит добираться? — Я посмотрела на отца. Он оторвался от газеты и выглянул в окно. Помолчал с полминуты.
— Два дня. — И снова уткнулся в газету.
Вот и поговорили. Мы с мамой обменялись красноречивыми взглядами, прикрыли улыбки веерами и продолжили чтение книг, которые взяли с собой.
Казалось бы, паромобиль, почти современный автомобиль, значит и дороги должны быть более — менее подготовлены, но куда там! Спустя половину дня моя поясница болела так, будто по ней проехали катком, и я четко для себя решила подарить Империи подобие асфальта или бетона. Нужно будет узнать, где добывают щебень, песок и гипс. Уверена, методом проб и ошибок я добьюсь нужного результата. Предложу отцу открыть новую фабрику.
Скоро дорога стала не такой ухабистой, а затем и вовсе пошли по накатанной колее. Лесистая местность и возделанные поля за окном сменились низкими домиками небольшого городка. Мы проезжали витрины магазинов. До моего носа донесся аромат свежеиспеченного хлеба, желудок недовольно буркнул. Отец громко сложил газету и постучал тростью по стенке бывшей кареты. Транспорт остановился. Мужчина проворно выскочил и помог выйти сначала матери, затем мне. Галантный кавалер, мой отец, однако.
Он отдал команду слугам доставить наш багаж в гостиницу «Весенний цвет», а сам повел нас с мамой в кондитерскую, откуда исходил сногсшибательный сладкий аромат. Раньше я не любила сладкое, но сейчас была готова отдать ему свое сердце!
 
«Симфония вкуса» оказалось вполне уютным кафе. Круглые деревянные столики и стулья, цветы на огромных окнах, много света и фантастический аромат. Людей оказалось не мало, мы не первые, кто прибыл в это место, и не последние. К нам быстро подошел официант и принес меню. Почти как в моем мире, только форма одежды немного иная. Чай со сладостями подали довольно быстро, не смотря на явную загруженность. После еды я почувствовала, как стала добрее.
— Это попросили передать Леди. — Официант поставил передо мной тарелку с пирожным.
— Котенок? Какая прелесть! — Воскликнула мама, заметив кусок шоколада в форме кошачьей мордочки, лежащий сверху десерта. Красный сироп стекал по округлым бокам наверняка вкусной сладости. — Кажется у тебя появился поклонник!
Угу. Желающий меня убить, а не накормить. Я увидела его в окно. Он стоял на другой стороне улицы и хищно скалился, глядя прямо мне в глаза. Принц Владимир.
В непонятном порыве я подняла тарелочку с пирожным и демонстративно отломила ложкой кусочек, отправляя его в рот. Смотреть я при этом продолжала на второго принца. Он перестал улыбаться, а через секунду развернулся и ушел, скрывшись среди прохожих в тени. Вечерело.
  
Глава 6
 
Поставив тарелку на стол, под недоуменными взглядами родителей, схватила салфетку и осторожно выплюнула сладкий кусок. Надеюсь, оно не было отравлено, а если было, то яд не успел попасть в мой организм через слизистую.
— Прошу меня простить, я отойду на минуту припудрить носик. — Пробормотала я родителям и убежала в уборную, где выбросила салфетку и несколько раз промыла рот. Привязался на мою голову. Гад! Вероятно, не стоило его дразнить. Я промокнула губы полотенцем и в зеркало заметила, как дрожат руки.
Ночь в гостинице прошла спокойно, а с утра продолжилась пытка под названием «паромобиль на современных загородных дорогах».
К середине дня мы наконец добрались до Императорского заповедника, а мой позвоночник не высыпался. На территории нас ожидали подготовленные шатры. Майна и Найна обнюхивали каждый сантиметр деревянного настила шатра, в котором нас разместили. Слуги перенесли и разбирали вещи. Отец ушел в мужскую компанию охотников. Мы с мамой провожали его взглядом, стоя у входа.
— И как вы с этим миритесь? — Спросила я у нее.
— С чем, дорогая? — Улыбнулась мама.
— С тем, что он так немногословен с вами, и так воодушевленно общается там.
Отец казался другим человеком, когда общался с мужчинами. Он залихватски шутил, много смеялся и казался «своим парнем».
— Это вовсе не задевает меня. Ведь я знаю, что он больше жизни любит нас с тобой, дорогая. — Она ласково погладила меня по голове.
— А вы тоже будете охотиться? — Я повернулась к ней.
— Нет. — Ее вздох показался печальным. — У меня нет птицы.
— Я думала здесь только псовая охота. — Она остро посмотрела на меня. Возможно ли, что она догадалась о том, что я не ее дочь? — Простите, я просто не могу вспомнить.
— О, нет. Некоторые леди охотятся с кречетами, а мужчины с соколами. Но таких охотников с каждым годом становится меньше.
— А почему?
— После магических войн популяции многих птиц были уничтожены. Нам стало некого приручать. — Она грустно осмотрела лес, за поляной, где мы разместились, и вошла в шатер.
Вечером все, кто прибыл в заповедник собрались в Императорском шатре. Можно сказать, что Императрица организовала для гостей званный ужин. Подавали интересные блюда, но без мяса. Охотники должны были добыть дичь завтра. Людей оказалось на удивление много. Императорская чета находилась во главе стола, мы же сидели, где-то на периферии, но я постоянно ловила на себе взгляды. Заинтересованный от Шайна, злобный от Владимира и неопределенный от Императрицы. Находиться в этом обществе становилось с каждой минутой все не комфортнее. Огромным усилием воли заставила себя дождаться, когда будет позволено уйти.