Попаданке в книге не место, или Как выжить в чокнутом романе (СИ)

— Лина? Что случилось?
Обернулась на голос и столкнулась взглядом с внимательными карими глазами.
Дорогие читатели!
Чтоб ждать продолжение было не скучно, приглашаю вас в волшебную историю  Зоряны Лемешенко в жанре славянского фэнтези!
 ИЗМЕНА. Год Дракона
Аннотация:
Бажена не выбирала себе мужа, ведь её будущее было определено ещё в детстве. Так и росла она, зная, что однажды осенью, когда войдёт в лета, то станет женою рослого и сильного Нечая — сына кузнеца. Парень при встрече обычно улыбался приветливо, но однажды перестал это делать, а начал хмуриться и опускать глаза долу. Девушка не знала, что и думать, ведь время свадеб близилось, а жених был невесел и мрачен. И в ночь, когда Бажене престало распрощаться с девичеством, она узнала то, что заставило её вызваться самой в жертвенницы — дань страшному крылатому змею, снова появившемуся в их лесах.
Кусочек текста:
Змей тем временем переместился, ступая на чёрную землю огромными толстыми лапами со страшными когтями и вытягивая длинную шею — так осматривал Бажену, будто не есть собрался, а свататься.
‐ Что любуешься? Не гожусь даже съесть? — зло проговорила она.
‐ Что? Съесть? — низким рокочущим голосом заговорил зверь, а после засмеялся, будто гром грозовой загрохотал, — да что в тебе тут есть? Только костями хрустеть…
Бажена вздрогнула от того, что змей заговорил! Не ожидала она услышать человеческую речь от страшилища. Но говорило-то оно верно! Даже ящерица не видела в ней интереса, не то, что суженый.
‐ Сожги тогда и всё, — опустила девица голову, сгорая от стыда, — прими жертву!
‐ Нечасто мне жертвенницы приказы отдают, — продолжал смеяться над ней змей.
Бажена сжалась под этим обманчиво безчувственным взором огромного змея. Он глубоко вдохнул и сарафан девицы потянулся в сторону его морды будто от ветра.
— Невинна… В этом угодили. Смиренна? Вижу, что тут подлог, — и опять зверь засмеялся, — а зачем ты мне?
— Не знаю, это ведь ты жертву требуешь каждую четверть века. И откуда нам знать, что ты с девами делаешь, коли не одна не вернулась?
  
Глава 48
 
Шайн
Скоро весна, а погода сошла с ума. Впрочем, у северных границ Империи всегда было так. В Тристраде сейчас теплая погода, столица гораздо южнее. Снег шел уже третьи сутки, укрыв весь лагерь, окружающие поля и лес толстым белым ковром. Я стоял на границе между Королевством Миранор и Империей и смотрел на казавшуюся бескрайней белую степь, и дорогу, ведущую домой. Изо рта вырывались клубы пара, оседая на усах и бороде инеем. Снежинки шелестели по ткани подбитого мехом плаща, а я не мог выбросить из головы сегодняшний сон.
Мне снилась Лина. Она лежала без сознания, запертая в клетке, на ледяном каменном полу, а вокруг нее летали золотистые бабочки, будто пытались разбудить.
Орландо прибыл, когда я меньше всего его ожидал. Паромобиль подпрыгивал на кочках, прокладывая новую колею, ведь старую занесло снегом за считанные минуты. Машина остановилась на пропускном пункте. Гвардейцы досмотрели все и всех, и нетерпеливый друг выпрыгнул из мобиля, махнув мне рукой.
Сердце пропустило удар. Он что-то узнал!
— Пропустить! — Приказал я солдатам. Те беспрекословно повиновались.
Друг быстрым неуклюжим шагом подошел и пожал предложенную руку.
— Приветствую, Ваше Высочество! — Поклонился он.
— Пойдем ко мне. — Я развернулся, отбросив плащ за спину, и размашисто зашагал к шатру. — Что ты узнал? — Спросил, едва мы оказались внутри.
— Сядь. Разговор будет не простым.
Я сделал как он сказал, жестом приглашая друга присесть на соседний стул.
 
— Как ты и велел, я разослал людей повсюду, во все концы Империи. Каждый день получал разные доносы, но не нашел ни одного свидетельства, подтверждающего, что она пересекала границу. И не покидала материк. Мои люди прошерстили все лечебницы и для бедных, и для богатых. Искали даже среди покойников — ничего. Исчезла без следа.
— А письмо?
— Да. Мои ребята без проблем выкрали из ее дома образец, специалист подтвердил, что почерк принадлежит ей.
— Если она не покидала пределов Империи, но написала послание, значит ее заставили это сделать.
— Думаю да. Ты знаешь, осталось всего два места, где я не властен, и не смог ничего выяснить — Дворец и Церковь. И знаешь, у меня есть подозрение.
— Какое?
— Боюсь, тебе оно не понравится, друг. — Орландо отвел глаза в сторону, прежде чем произнести то, о чем я уже догадался. — Инквизиция.
Хуже и не придумать. Я должен ехать туда, но не могу. Как же раздражает собственная беспомощность!
— Я понял, Ор, спасибо! Я распорядился, тебе оплатят издержки.
— Спасибо, конечно. Желаю тебе найти ее, как можно скорее.
Я кивнул, проводил друга и тут же сел писать брату. Дэймен сможет узнать все дворцовые сплетни и слухи. Моя последняя надежда на то, что Лина удерживается Владимиром или матерью. Только бы не в церкви! Только бы жива!
Рука дрожала, когда я обмакнул перо в чернила. Передо мной возникло зеленое свечение. Я отшатнулся, но потом узнал магию брата. Из изумрудного круга на стол упал бумажный прямоугольник. Магия тут же рассеялась.
Я отложил перо и взял конверт. Надо же, как вышло, я пишу ему, а от него уже пришло послание. Судя по способу доставки, там что-то срочное. Вскрыл конверт. Развернул белый лист. И почувствовал, как кровь отхлынула от лица.
Деймен написал, что он уезжает за лекарством для сестры и больше не сможет мне помочь, пока не вернется, но главным было: «Она во дворце».
В этот момент в шатер залетела бабочка. Посреди зимы. Она была словно соткана из золотого света. Оказавшись над моим столом, она рассыпалась мелкой пылью, которую я хотел было стряхнуть, пока не понял, что отчетливо вижу слово: «Помоги».
Я сжал в руке послание брата, вышел из шатра и молча оседлал коня. Заметил, как засуетились люди, назначенные матерью следить за мной, но мне было плевать. Что они сделают? Напишут на меня донос? Пусть пишут! Я рыкнул, пришпорил коня и рванул в сторону дома.
Лина
Дыхание сбилось. Не выплаканные слезы душили, буквально перекрыв доступ кислорода. Владимир закрыл дверь, отгораживая нас от публики. Он подошел ближе, заправил прядь волос мне за ухо.
Я будто видела все со стороны. Моя рука поднялась и со всего размаха залепила принцу пощечину. Не то что бы я не хотела его ударить, очень хотела. Только последствия были непредсказуемы. Но обида, гнев, растерянность и страх — эмоции, которые сводили меня с ума, сменяясь будто цветные стеклышки в калейдоскопе.
— Говоришь, Шайн женился и уехал в Миранор? — Спросила я, внутренне содрогаясь. — Отвечай!
— Я не обязан перед тобой оправдываться. — Взгляд его блуждал по сторонам.
— Ты соврал мне! — Процедила сквозь зубы.
Место удара краснело, четко очерчивая ладонь на его щеке.
— Смотри на меня, когда я с тобой говорю! — Меня трясло мелкой дрожью. Еще немного и, казалось, я брошусь и задушу его!
Он повернулся ко мне, но в глаза так и не посмотрел. А затем поцеловал. Горячие жесткие губы сминали мои. Он давил. Заставлял отвечать. У меня не хватало сил оттолкнуть его. Иллюзия рассыпалась. Я поняла это, когда заметила белые волосы, которые выпали из хвоста и мелькнули перед лицом. Принц прижимал меня к себе.
— Я не отдам тебя ему. — Произнес он хриплым голосом, на мгновение прервав поцелуй, позволив мне сделать вдох. — Ты моя!
— Нет! — Я отвернулась, воспользовавшись моментом. Выставила перед собой руки, лишь бы он прекратил. — Не твоя!
Дверь в комнату открылась. Принц замер, а я пыталась избавиться от удушающих объятий, трепыхаясь, как пойманная птица. На пороге возникла девичья фигура в прекрасном платье. Теодорра Шимарон-Вельская. Принцесса Королевства Лоскания. Она обернулась, вошла в гостиную, закрыла за собой дверь. И тяжело вздохнула, глядя на принца.