Замки у моря

  
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
 
Залив был спокоен даже во время прилива. Плавать здесь было намного легче, чем в Атлантическом океане. По мнению Квина, единственным недостатком являлся специфический запах при отливе, но через пару дней он перестал замечать и его.
Он проплавал кролем больше получаса и сейчас направлялся к берегу.
Если бы приятели прочитали его мысли, они сочли бы его абсолютно безнадежным. И Молли, и его друзья считали, что он должен освежиться, расслабиться, целый день валяясь на пляже. Он же в данный момент собирался вернуться в город и начать поиски работы. Единственное, что ему никогда не удавалось, чего он просто не мог понять, — как попусту тратить время.
Квин вышел из воды и направился по горячему песку к полотенцу, где он оставил ключи, сандалии и солнечные очки. Больше ничего с собой на пляж он не брал. В этом не было нужды, потому что дом находился совсем рядом. Молли оказалась права — расположение превосходное.
Погода стояла чудесная: нежно-голубое небо было почти безоблачным, а температура не поднималась выше тридцати градусов. За узкой полоской пляжа начинались дюны. Отдыхающих было немного: в основном парочки и семьи с маленькими детьми.
Квин вытерся, надел очки и пошел по направлению к фургону с мороженым, вокруг которого теснились веселые малыши, размахивающие долларовыми купюрами. Он обулся, наученный горьким опытом первого дня, когда узнал, что бывает, если наступить босой ногой на раскаленный асфальт.
Подходя к дому, Квин по привычке осмотрел его со всех сторон, выясняя, нет ли там Молли.
Как они и договорились, она оставила его в покое. И вот уже целую неделю они практически не встречались. Но когда их пути все же пересекались, она была безумно приветлива и разговорчива. Конечно, Квину не нравилось держать ее на расстоянии. Но в конечном итоге такая тактика менее болезненна для них обоих.
Хотя Квин, думая об этой говорливой, жизнерадостной сердцеедке, не мог отрицать свое влечение к ней. И, подумать только, эта женщина четыре месяца назад бросила у алтаря одного из самых влиятельных людей в мире рекламного бизнеса.
Квин каждый день видел ее на пляже. Она плавала, нежилась в теплых солнечных лучах, болтала с отдыхающими. Молли была знакома со всеми и каждым. Ее путь на пляж занимал, наверное, целую вечность. Многочисленные радушные встречи, разговоры с детишками… Она угощала людей, присматривала за их детьми, а как-то утром даже позволила какому-то блондину намазать ее кремом от загара!
Эти дружелюбие и доверчивость наверняка плохо кончатся. Квин уже который раз ловил себя на том, что присматривает за нею. Ради ее же блага. Он пытался сопоставить невинное очарование и ужасное поведение с Филом Оуэном, но ничего не получалось. Невозможно разобраться в отношениях других людей, если не знаешь всего. Однако, несомненно, Филу без нее намного лучше.
А то, что он брал с нее такую плату, было, видимо, неким реваншем. Да, расположение дома превосходное, но Фил совершенно запустил его. Веранда кое-где прогнила, половина окон и раздвижных дверей не открывались, водопровод оставлял желать лучшего, кафель потрескался, садом завладели ядовитый плющ и старые кедры, которые уже давно пора заменить. Да, дела у Фила пошли бы намного лучше, стоило только чуть-чуть потратиться. Наверняка съемщики выказывали свое недовольство.
Едва ли кто-нибудь платил столько же, сколько Молли. Принимая во внимание состояние дома, Квин сомневался, что Фил мог получать даже семьсот долларов в неделю. Самое большее восемьсот, и то в разгар сезона.
Поняв все, Квин изменил отношение к бывшему боссу. Зачем так жестоко пользоваться доверием разорившейся девушки, пусть даже и бывшей невесты? При этом Квину он предоставил дом бесплатно. Но Молли этого знать не стоит.
Он перешел улицу и через сад направился к веранде, где на полуразвалившемся стуле сушилось его полотенце. Душ находился в дальнем углу веранды Квин больше ни разу не видел, чтобы Молли пользовалась им. Только иногда слышал журчание воды и песни. Будучи человеком с развитым воображением, он легко представлял себе, как она намыливает тело, потом, пританцовывая, ополаскивается под душем. Квин видел все в мельчайших деталях.
 
Он снял пляжные сандалии и перегнулся через перила, чтобы вытряхнуть из них песок, как вдруг услышал велосипедный звонок. Это Молли подъезжала к дому на взятом напрокат велосипеде. Два набитых снедью пакета стояли в корзине, еще два висели на руле, и один она держала в руке.
Она заметила Квина и хотела помахать ему свободной рукой, когда съезжала с главной дороги на тропинку, ведущую к дому. Велосипед резко повело в сторону, Молли схватилась за руль, но было уже поздно. Она с грохотом упала, пакеты разлетелись в стороны.
Не прошло и секунды, как Квин уже был рядом.
— Не двигайся, — сказал он.
Перепуганная, она лежала на боку. Квин отодвинул в сторону велосипед и посмотрел, не сломала ли Молли что-нибудь. Все кости оказались целы, но царапин хватало.
— Уф, — выдохнула Молли. Она с трудом приподнялась на локте, и он помог ей сесть.
Она посмотрела вокруг: разбитые яйца, текущее молоко и виноградная каша.
— Мои продукты.
— А о чем ты думала, нагружая до такой степени велосипед?
Молли взглянула на него с такой душераздирающей беззащитностью, что ему тут же стало стыдно за свои слова.
— Не переживай, — произнес Квин, нежно стирая песок с ее подбородка. — Все нормально.
— Мои продукты…
Она смотрела на расцарапанное левое колено, по которому текла кровь, как, впрочем, и по подбородку, плечу и локтю.
— Я соберу продукты, не беспокойся, но сначала отнесу тебя в дом.
Он взял ее на руки. Молли открыла было рот, чтобы выразить протест, но тут же успокоилась на его обнаженной груди.
Квин ощутил незнакомое прежде желание защитить этого нежного человечка, желание неведомое, пугающее и вместе с тем радующее. За почти тридцать лет, прожитые на земле, он никогда не отвечал ни за кого, кроме себя самого.
Он крепче обнял ее и понес в дом, в уютную спальню. Проходя в дверь, он немного наклонил голову, и мягкие пушистые волосы, выбившиеся из ее хвоста, защекотали его губы.
Он нежно положил Молли на кровать, подложив ей под спину несколько подушек, чтобы устроить поудобнее. Она посмотрела на мягкое хлопковое покрывало.
— Ты застилаешь постель?
— А что?
— Для кого?
— Сегодня? Для тебя.
Молли улыбнулась.
— Я запачкаю кровью твое чистое покрывало, Квин.
— Не переживай. У меня в машине есть аптечка. Сиди смирно.
Квин пошел к машине и достал из багажника аптечку. На обратном пути он собрал продукты Молли… те, которые еще были на что-то годны. Не закатывать же чайкам роскошный пир.
Когда он вошел в комнату, Молли выглядела неважно. Она повернулась на правый бок, стараясь как можно меньше пачкать покрывало.
— Будь добра, расслабься. — Он сел рядом с нею на кровать и повернул ее на спину. — Знаешь, Молли, ты очень напряжена. С этим надо что-то делать. Возьми отпуск или что-то в этом роде.
Интересно, видел ли он когда-нибудь нечто столь же очаровательное, как легкая ухмылка на ее лице, которую он сам и вызвал? Квин открыл аптечку и стал искать что-нибудь подходящее среди многочисленных пакетиков.
— Так, посмотрим…
Она наклонилась к нему.
— Что у тебя там есть?
— Вот это нам подойдет. — Он достал какую-то упаковку. — Очищающие антисептические платочки.
— Звучит многообещающе.
Квин открыл упаковку и посмотрел на Молли, раздумывая, откуда же начать. Она выставила вперед подбородок. Он достал платочек и приложил его к ссадине.
Молли вскрикнула и откинулась назад, ударившись головой о деревянную спинку кровати.
— Так. — Он сжал ее руку. — Молли, ты прекрасно понимаешь, что надо обработать царапины. Иначе в них попадет инфекция.
Она зажмурилась и начала бормотать такое… Квин в жизни не подумал бы, что она это знает. Да, Славная Молли. Легкая улыбка появилась на его лице.