Скрытая одержимость

Я наблюдаю за тем, как он останавливается у двери в подъезд, которая ведет в небольшой коридор, – из него можно попасть на лестницу, а затем в мою квартиру. Майлзу нужно всего лишь мгновение, чтобы открыть дверь, и я закусываю нижнюю губу, чувствуя волнение.
– Не стоит постоянно бояться бугимена, – говорил мне мой папа, когда я тайком пробиралась ночью в комнату родителей. – Ты должна понимать, что страшилки – это лишь выдумки, созданные для того, чтобы дети боялись спать по ночам. Просто загляни под кровать, и ты увидишь, что там никого нет.
  
Этот урок дался мне тяжело. Я помню, как той же ночью тихонько подошла к своей кровати, скрытой в тени, и опустилась рядом с ней на колени. С испугом вздохнув и опустив голову, я заглянула под кровать и вдруг увидела карие глаза, смотрящие на меня в ответ. Моя сестра была наказана за эту шалость – она лишилась десерта на неделю. А я осталась наедине со своими страхами. И теперь мне предстоит снова встретиться с ними лицом к лицу.
Я выхожу из машины Майлза гораздо медленнее, чем он. Мои конечности словно скованы льдом, и каждый шаг дается с трудом. Наконец, я переступаю порог своего подъезда и поднимаюсь по лестнице. Дверь в мою квартиру открыта и ждет меня, но внутри так темно.
Я нахожу на своем телефоне кнопку фонарика, после чего, стараясь не издавать ни звука, вхожу внутрь. Мои шаги легки, но это не имеет значения, потому что кто-то тут же обнимает меня сзади. Я понимаю, что это Майлз, но меня все равно охватывает страх. Однако, прежде чем я успеваю вскрикнуть, он зажимает мне рот одной рукой, а другой обхватывает под грудью. Я включаю фонарик в тот момент, когда он резко закрывает за нами дверь. Раздается щелчок, и я слабо осознаю, что, вероятно, он починил замок, а затем обращаю внимание на пол в гостиной и замечаю, что на нем нет ни крови, ни мертвого тела.
В квартире нет никаких признаков того, что здесь недавно произошло что-то ужасное, и я чувствую лишь едва уловимый запах отбеливателя, но даже он почти исчез.
Когда они успели здесь все убрать?
Если бы я сейчас позвонила в полицию, они бы, вероятно, решили, что я не в себе.
Майлз настойчиво тянет меня к моей спальне, но я упираюсь каблуками в пол и качаю головой. В ответ на мой протест он лишь фыркает, поднимает на руки и вносит внутрь, а затем бросает на кровать. Однако я быстро перекатываюсь и встаю на ноги с другой стороны.
– Твой замок в полном порядке, – усмехается он, – в квартире чисто. Отдохни немного, детка. Тебе понадобятся силы для того, что я для тебя запланировал. И тебе не следует спать на чужом диване.
С этими словами он разворачивается и уходит.
Что он задумал?
Я в замешательстве смотрю ему вслед, пока не начинаю осознавать, что он оставил меня одну.
Когда выпитый виски вновь берет надо мной верх, я медленно опускаюсь на кровать. Как бы мне ни было неприятно, я понимаю, что он прав. Мне необходимо поспать.
Остается только надеяться, что кошмары не будут мучить меня слишком часто.
 
Глава 7
 
Майлз
 
2 года назад
Я снова выхожу на лед вслед за Ноксом. Танцевальная команда пришла посмотреть на нашу тренировку, и теперь, когда она завершилась, они решили остаться. Кажется, это открытое приглашение пойти вместе выпить. Мой брат поддерживает под руки двух девушек, помогая им скользить по льду в уличной обуви.
– Тебе это не интересно?
Я обращаю внимание на скамейку соперников, у которой стоит девушка, барабанящая пальцами по ограждению. У нее длинные светлые волосы и голубые глаза, которые, кажется, смотрят прямо в мою душу. Она выглядит невероятно привлекательно в темно-синем жилете, надетом поверх толстого белого свитера, скрывающего ее изгибы, и светлых джинсах.
– Не интересно что? – спрашиваю я, подходя ближе.
Она машет рукой в сторону хихикающих девушек, которые флиртуют с хоккеистами.
– Вся эта показуха…
– Если ты думаешь, что это показуха, то ты еще толком ничего не видела, – смеюсь я.
Она тихо бормочет что-то себе под нос, затем садится на перегородку и перекидывает через нее ноги, словно игрок, готовящийся вступить в игру. Но когда ее каблуки касаются заграждения, она останавливается и смотрит на меня.
– Ты из танцевальной команды?
Она согласно кивает.
– И как тебе в ней? Нравится?
– Ты задаешь так много вопросов, Уайтшоу, – с улыбкой говорит она.
– Откуда…
– Твоя фамилия указана на спине твоей майки, – говорит она, протягивая мне руку. – Но, возможно, я просто запомнила твою фамилию, потому что фамилии вратарей известны всем.
– Неужели я уже знаменит? – спрашиваю я в шутку.
Я – первокурсник и вряд ли заслуживаю какой-либо славы, даже дурной.
– Не так знаменит, как скоро станешь, я уверена.
Я поражаюсь ее уверенности, даже если она и не совсем искренняя. В конце концов, мы ведь совсем не знаем друг друга.
Я беру девушку за руки, но она поскальзывается, как только ее ноги касаются льда, а затем тянет меня за собой, издавая громкий, но удивительно милый визг. В результате я тоже теряю равновесие и падаю на нее сверху. Моя грудь прижимается к ее груди, но я стараюсь не давить на нее всем весом и опираюсь на руки, которые расположены по обе стороны от ее головы. Я замираю, когда она смотрит на меня снизу вверх, и не могу пошевелиться. Как идиот.
– Уиллоу, – наконец шепчет она.
– Что?
– Меня зовут Уиллоу.
– Боже мой, Майлз! – восклицает мой брат, останавливаясь рядом с нами.
Нокс помогает мне подняться, а затем берет Уиллоу за руку и, поддерживая ее, тоже ставит на ноги. Бросив на меня предостерегающий взгляд, он снова сосредоточивается на девушке, ведь они всегда привлекают его внимание. А две хоккейные фанатки, которые минуту назад держали его под руки, таинственным образом исчезли. Он поворачивает девушку спиной ко мне, и я замечаю его ухмылку. Понимая, что этот вызов предназначен только для меня, я сжимаю зубы.
Итак, приступим к игре!
Однако внезапно его внимание полностью сосредоточивается на Уиллоу, девушке, с которой я едва успел познакомиться. Он берет ее за руку и помогает пройти по льду к дверям, которые находятся в дальнем конце катка.
А она не оборачивается.
 
Глава 8
 
Уиллоу
 
Признаюсь, я немного ошиблась с расписанием. Я подумала, что лучше всего заполнить свою неделю по максимуму, и теперь мой понедельник начинается с раннего подъема в восемь утра. После двух последовательных занятий у меня запланирована третья пара после обеда. Среда повторяет понедельник, по вторникам и четвергам у меня по две пары, а в пятницу только третья.
После завершения второго занятия я обычно делаю небольшой перерыв и выпиваю вторую чашку кофе из автомата возле библиотеки. Кофеин помогает мне взбодриться и с новыми силами приступить к третьему занятию – одному из двух увлекательных факультативов, которые я смогла выбрать. Конечно, на занятиях по криминальной литературе студенты вынуждены читать, но в программе есть книги, которые действительно приносят удовольствие. Поэтому этот предмет должен стать настоящим отдыхом от математических и инженерных дисциплин. Когда я выбирала специальность, мне следовало учесть, сколько дополнительных занятий по математике необходимо пройти для получения степени по информатике. Оказалось, что очень много. К счастью, я хорошо разбираюсь в математике, и цифры мне даются легко. Однако даже это не помогает мне после бессонной ночи. А профессор ведет себя так, будто мы уже несколько недель изучаем это дерьмо.
  
Я как раз направляюсь на занятия по криминальной литературе, когда замечаю одну из девушек из танцевальной команды. Она первокурсница и, кажется, не обращает на меня внимания до тех пор, пока не сталкивается со мной плечом. Девушка поскальзывается, хватается за мое запястье, и кофе из стакана, который я держу в руках, проливается прямо на меня. На мгновение я испытываю радость от того, что заказала кофе со льдом вместо горячего. Но сердце замирает, когда я понимаю, что мое пальто местами насквозь промокло, а на обуви появились коричневые разводы.