"Фантастика 2025-64". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Обедал я в грустном одиночестве. Майри в зале не появились, а собравшаяся публика меня не впечатлила. Я уже собирался было заканчивать и думал, куда бы пойти прогуляться, как в зал влетели две девушки, и заняв столик у окна, начали активно обмениваться впечатлениями.
И всё бы ничего, но одну из них я узнал — дочь герцога. Их Светлость Юлиана Орейро.
В ожидании официанта, девушка обвела взглядом зал, особо ни на ком не задерживаясь, а потом повернулась в мою сторону. Сами понимаете — игнорировать дочь герцога — крайне дурной тон, особенно, если вы знакомы. Так что, мне пришлось обозначить поклон, на всякий случай не вставая, чтобы не привлекать к девушке чрезмерное внимание. Где-то с минуту она раздумывала, нет-нет, да поглядывая на меня, а потом всё-таки подошла к моему столику и уселась напротив.
— Ларри, в прошлый раз ты не страдал от скромности. А теперь что случилось? — с хитрой усмешкой поинтересовалась эта очень интересная девушка.
— Одно дело — общение между студентами, где все мы чисто теоретически были равны, и совсем другое — в обычной жизни.
— Ты давно в столице?
— Всего лишь второй день.
— А почему не на учёбе?
— У меня очень скоро две премьеры в театре, — напомнил я ей свою вторую ипостась.
— Точно! У меня же зацепился взгляд на фамилии автора, но меня кто-то отвлёк и я не успела сообразить, что это ты. Пересядешь к нам за стол? — посмотрела она на мой, где ещё не все блюда были убраны.
— Я не слишком горазд в этикете. Пока что я простолюдин. Сын купца. Будет ли правильно понято, если мы вдруг окажемся за одним столом?
— Ну-ка, объясни мне, что значит твоё «пока что»?
— Государь пообещал мне службу сценаристом при театре, если я к осени напишу две удачные пьесы. Опять же, я к концу учебного года просто автоматически стану лэром, а с учётом победы на турнире получу звание капитана. Вот только у меня есть сомнения, что если я не стану лэром, то и должность при театре окажется невместна.
— Я правильно помню, что именно ты связал себя клятвой с Императором?
— Каюсь. Во всём виновата моя провинциальная безграмотность, — склонил я голову, чтобы скрыть ухмылку.
— Так-так-так, — потёрла руки Их Светлость, — Похоже, у нас намечается славное дельце! Я помогу тебе, и ты мне будешь должен, и даже не спорь. У матушки появится новость, которую можно будет обсудить вечером в салоне, а заодно и кое-что подсказать отцу. Зато потом отец поможет государю, а это важно. Ух, как всё славно получается! — поэтапно расписала она какую-то сложную задачу на несколько ходов, — Твои пьесы правда так хороши, как ты считаешь?
— Они даже лучше первой…
— Тогда ждём второй премьеры и не вздумай ничем занять следующий вечер после неё! Матушка тебя точно не простит!
— Не желаете пояснить мне, убогому, высоту полёта вашей мысли?
— Так, Ларри, не мешай мне. Я сейчас всё ещё раз обдумаю и бегом помчалась к матушке, — из-за стола Юлиана поднялась, словно сомнамбула.
Она явно пребывала сейчас где-то далеко от нас.
Девушка на автомате в темпе поклевала что-то из принесённого им на стол, а затем быстро умчалась, оставив свою подругу в растерянности.
Подружка у неё, кстати, премиленькая, но нет. Это уже перебор будет. Личико я на всякий случай запомнил, а вот всякие прочие мысли на её счёт отложил до лучших времён. Предпочёл по-тихому свалить из зала, на всякий случай, отметившись по дороге учтивым поклоном подружке герцогской дочери.
Уже на выходе из зала ко мне обратился знакомый официант:
— Прикажете подать на тот стол два бисквита и чай?
— Изыди, искуситель, — решительно проявил я свою полную непокобелимость в данном конкретном случае, — У меня сегодняшний вечер и так занят.
— Как скажете, — кланяясь, проводил меня парень чуть ли не влюблённым взглядом.
Надеюсь, это его мои успехи пикапа так пробили, а не что-то иное.
Если что, я — воинствующий натурал. Любой намёк не в ту сторону, и можно по роже отхватить. А удар у меня поставлен, куда там боксёрам-тяжеловесам моего мира. И я вовсе не хвастаюсь. Прокачанная Ловкость и Сила, да плюс ко всему аномально большой вес моего тела — вот и получите нокаут на ровном месте, а заодно множественный перелом челюсти и лишение ряда зубов, если я сдержу удар, не доводя дело до смертоубийства.
В своём мире в факте существования гомогеев я находил всего лишь один маленький плюс — чем их больше, тем легче нам, нормальным мужикам, добиваться женского внимания. А в остальном — это психически больные люди. Их лечить надо, а не играть с ними в толерантность. Ноги у педерастии не из жопы растут, а из головы.
Как бы то ни было, а у меня вдруг образовалось свободное время. Навскидку — часа четыре, а то и пять.
Отчего такой разбег во времени? Да как-то само собой пришла мысль, что рассиживаться вечером в зале, тем более с майри за столом будет не совсем правильно.
Оно бы и ничего, если место для этого случилось менее пафосное, но после общения с Юлианой я слегка пересмотрел свой взгляд на столицу. Моё имя того и гляди скоро снова начнут склонять все, кому не лень, и факт нашего ужина с майри непременно где-нибудь да всплывёт. А мне и ответить нечего…
Развести руками и сказать, что я до сих пор не понимаю, отчего ко мне майри прилипли, но я этим научился пользоваться — это не тот вариант, который добавит мне популярности и уважения у светского общества.
Сказать, что мне плевать на это мнение — ну, такое только в сказках. На самом деле это капитал, который не вдруг зарабатывается, но его можно легко потерять. Достаточно совершить один-два опрометчивых поступка, и с тобой не то, что перестанут здороваться, а даже говорить никто не захочет. Если что, Император тоже публичная персона, и его статус и рейтинг определяются, как компоненты системы социальной стратификации.
Носителю Императорского статуса его социальным окружением приписывается в качестве «должного» определённое поведение, регулируемое социальными нормами, оговорённый набор прав, обязанностей и требований, находящих своё отражение, в том числе и в ролевых ожиданиях придворных.
Короче, всё сложно, но в то же время и просто. Выскочка, каким бы он ни был золотым с виду через сито светского общества запросто не проскочит. Там вековые связи и знакомства, как паутина вокруг трона, и нити у неё толщиной в корабельный канат. Явно не по моим возможностям.
Так что, вернусь я из столицы «со щитом или на щите», зависит в основном от моего благоразумия и стечения обстоятельств. Поэтому включаем благоразумие и начинаем генерировать благоприятные обстоятельства.
Первое уже пошло в дело. Юлиана начала свою игру.
Кое-что я и сам создал, когда вмешался в режиссуру театра.
Плюс ко всему, у меня есть несколько «домашних заготовок». Пусть я их и привёз с границы, а не из дома, но они должны выстрелить, зря я что ли столько денег потратил за изготовление сувениров.
Всё. Достаточно терзать свой комплекс неполноценности. Вот же, как сильно пробила меня герцогская дочь, заставив почувствовать неуверенность в своих силах.
Сейчас схожу в душ, потом соберусь с мыслями и пойду в город. Оторвусь по подаркам для семьи и друзей. Заодно и сам приоденусь. Костюм и парадная форма у меня с собой имеются, но столичная мода наверняка на месте не стоит. К счастью, мне не стоит изображать из себя больше того, кто я есть. Иначе неправильно поймут. Скажем так — в законодатели моды мне лезть не по чину. Зато этакий полувоенный френч без претензий на роскошь и слегка расклешённые брюки я бы себе прикупил. Сценарист Императорского театра может себе позволить быть немножко не от мира сего…
Свои планы по части одежды я реализовал даже с перевыполнением.
Нашёлся кудесник иглы и напёрстка, точней говоря, хозяин швейной мастерской, где этих игл и напёрстков в работе не меньше двух дюжин. Меня обмерили, выслушали, посмотрели на эскизы, выбрали дорогую ткань и воодушевившись, пригласили завтра к обеду уже на примерку, заверив, что заказ к завтрашнему вечеру будет готов. Заодно и четыре модные сорочки успеют сшить, и бабочку — украшение в этом мире ранее неведомое.