"Фантастика 2025-64". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
— Лишь бы вино не разбавляли, а остальное не важно, — махнул я рукой, и художник начал собираться.
Собственно, особо он не озадачивался. Мольберт и его табурет были просто сдвинуты к платану, а всё остальное вместилось в плоский ящик, ремень которого художник закинул себе на плечо.
Сказать честно, меня немного напрягла его инфантильность и меланхолия. Не умею я разговаривать с настолько флегматичными людьми.
— Я хотел бы с вами поговорить про особняк, который отошёл вам по наследству, — обозначил я тему разговора, когда мы сели за стол и я сделал заказ.
— Я обращался к своему знакомому стряпчему. Он друг отца и по старой памяти мне иногда помогает. По его мнению, следующий суд я проиграю, так как мачеха пообещала судье двести золотых за решение в свою пользу. Потом мой знакомый поможет составить мне жалобу, и это отсрочит решение суда ещё на пару месяцев, — равнодушно пожал художник плечами.
— Отчего бы вам не пообещать судье триста золотых? Продав особняк, даже в том виде, как он есть, вы потом можете выручить куда как больше, выставив его на продажу.
— Что-то такое стряпчий мне предлагал, — вяло помахал художник рукой, потеребив воздух расслабленными пальцами, — Но у меня не осталось таких знакомых, у которых можно занять триста золотых. Восемь лет назад меня отрезали от семьи, как лишённого Дара. Признаюсь, я был очень удивлён, узнав, что мне вообще что-то положено было получить. Кстати, тому же стряпчему спасибо. Без его помощи я бы даже денег за аренду не смог получить, а они меня очень сильно выручили.
— Когда у вас следующий суд?
— По-моему, где-то через полмесяца. Точную дату надо у стряпчего узнавать. — пожал художник плечами, жадно впиваясь зубами в только что принесённый куриный окорочок.
Что-то острое и жирное я побоялся ему заказывать, глядя на измождённое лицо художника и его худую шею. Зато нечто диетическое этому дистрофику в самый раз и на пользу.
— У меня к вам два вопроса. Во-первых, достаточно ли вам будет трёх тысяч золотых за особняк, если я помогу вам выиграть суд? Во-вторых, как зовут вашего стряпчего и где я его могу найти?
Получив ответы на оба вопроса, я рассчитался за стол, оставив художника спокойно допивать остатки вина, к слову сказать, вполне приличного.
Уникальный флегматик! Художник даже на три тысячи золотых согласился без малейшей искры в глазах.
Зато разговор со стряпчим вышел весьма оживлённым.
— Молодой человек, надеюсь, вы понимаете, что особняк, даже недостроенный, сейчас стоит около пяти тысяч золотых! Ну, или, как минимум четырёх, если его продавать срочно, — улыбаясь, поведал мне юркий остроносый мужичок, потирая руки.
— Тогда всё сходиться, — оскалился я в ответ, — Три тысячи художнику, триста судье и двести вам за труды, а там ещё и налоги городу платить.
— Говорите, триста мне, двойной налог и плюсом налог с прибыли. Ну, да. Под четыре и выйдет, — ушлый стряпчий тут же провёл нехитрый перерасчёт, словно бы случайно добавив сто золотых в свою пользу.
— Последнее не понял, с остальным решаемо, — коротко дал я понять, что про прибавку договоримся.
— Так всё же просто. Кто собирается стать владельцем особняка?
— Мой друг.
— Тогда первую покупку делаете вы, а на следующий день перепродаёте особняк своему другу, уже дороже, а он под такую покупку берёт у кого-то кредит под залог особняка. Поверьте мне — это очень хорошая схема. Даже я не взялся бы отсудить такую собственность, так как на неё нельзя наложить арест. Соответственно, её можно будет перепродать потом хоть десять раз. А это каждый раз ещё один суд. Не такой уж особняк ценный актив, чтобы судиться за него десять лет, раз за разом теряя деньги на сутяжничество.
— Когда я могу узнать о положительном отношении судьи к нашему вопросу?
— Да хоть завтра, — широко улыбнулся этот живчик, — Я с ним в соседях живу. Прямо сегодня вечером и смогу обсудить наш вопрос за бокалом хорошего вина.
— Договаривайтесь, — кивнул я головой, — От меня что-то надо?
— Всего лишь сто золотых в качестве аванса и подтверждения серьёзности ваших намерений, — не перестал улыбаться стряпчий.
Надо ли говорить, что десяток дублонов, выложенных мной перед собой, исчезли, как по волшебству, даже не брякнув в открытом ящике стола.
Вот это магия так магия…
Глава 12
В кои-то веки могу похвастаться, что у меня появилось свободное время.
С утра я успел прилично размяться и потренироваться в работе с магией и Элементалями, а после завтрака матушка вместе с Мари укатили в город, отец ушёл в мастерскую и в нашем особняке наступили редкие часы тишины.
Мы с Федром устроились на балконе, выбрав себе тот, что в тени, и лениво покачиваясь на креслах, занялись чтением. Приятель штудирует справочники по нумизматике, а я заново листаю страницы бестиария по Тварям. И вроде зачёт уже по этому предмету мной сдан, но там я тупо воспользовался своей замечательной фотографической памятью, а сейчас перелистываю учебник вдумчиво. Своих вероятных противников надо не просто знать, а знать хорошо. Увидев Тварь, у меня вряд ли будет время, чтобы вызвать из памяти страницы бестиария и перечитать их заново. И я сейчас говорю вовсе не о ценных ингредиентах, которые добывают с их трупов, а о вопросе выживания.
К примеру, та же Адская Гончая. Стайная Тварь с зачатками разума. Она стойко переносит магию Огня, Воды и даже заморозка лишь незначительно способна её замедлить, что и неудивительно для Твари, рождённой в северных широтах. Густая и крайне жёсткая шерсть позволяет ей без особого ущерба воспринимать удары лёгким рубящим оружием. Лобная кость толста и крепка, а брыли защищены мощными хитиновыми бляшками. Но это хищник атакующего плана. Его плюсы — скорость, изворотливость, когти и пасть, полная острых зубов. Оттого и уязвимых мест достаточно. Никак не может столь быстрая Тварь иметь надёжную защиту. Шея, лапы, задняя часть живота — эти участки Гончей вполне можно поразить даже простым острым мечом или копьём. Отдельной строкой идут глаза, ушные раковины и небольшой участок на холке, где находится пара верхних позвонков, соединяющих череп с позвоночником. Гончая плохо переносит удары тяжёлым дробящим оружием, магию Земли, ослепление, едкий дым. Концентрированный удар магией Воздуха тоже эффективен. Если сбить Тварь на скорости, то она может поломать себе лапы, но даже менее удачное попадание её ошарашивает, заставляя пару секунд мотать головой и потерять темп, без которого это подобие собаки становится гораздо менее прыгучим и более уязвимым.
Чуть ли не антиподом Гончей является Броненосец. Здоровенная Тварь, размером с хорошего кабана и весом килограммов под триста-четыреста. Это существо медлительное и полностью невосприимчивое к физическому урону. Может, пара крепких молотобойцев и пробьют его панцирь, если им дать на это хотя бы несколько минут, но Броненосец далеко не беззащитен. В случае опасности он выпускает вокруг себя облако ядовитой дымки. У него есть Кислотный Плевок, прожигающий гвардейский щит за секунду и мощный липкий язык, которого вполне хватает, чтобы подтащить к своей пасти коня и начать неспешный обед. Крайне твёрдые когти и могучие лапы позволяют Броненосцу прорывать норы даже в скальных породах. К магии Земли и Воздуха это существо практически невосприимчиво, но Огонь и заморозка работают, и вполне неплохо. Обычные солдаты зачастую справляются с такой Тварью под стенами, сбрасывая на него десяток больших амфор с маслом или нефтью, и затем поджигая их факелом или горящей стрелой.
— Ларри, к майри кто-то важный приехал, — отвлёк меня Федр от описания здоровенных гиеноподобных крокоттов с бело-серой шерстью.
— С чего ты взял? — остановился я на изучении перечня уязвимых мест ночных хищниц, вложив в книгу закладку.
— Когда карета к воротам подъехала, там все забегали, а потом кланялись чуть не до земли. В карете две женщины прибыли. Одна совсем молодая, вторая постарше.