Психолога вызывали? (СИ)

— Лебедь белая! Еще килограмм двадцать скину и летать смогу. Полечу к нареченному, на себя заброшу и женю в гнезде родовом. Главное, чтоб было оно побольше да побогаче.
Хлопнула дверь, и в комнату заглянула радостная Кира, но увидев мою разгоряченную физиономию, настороженно спросила:
— Принц?
Я кивнула.
— Нам, Кирюш, мужа надо найти побыстрей и сваливать из дворца. А то отправят меня замуж в такие места, что Фейхуовка раем покажется. Императрица гневаться изволила. И не объяснишь, что мне ее мамкин пирожок на фиг сдался.
  
— А биснис? Я вон бутылок на пробу купила, — и она выгрузила на стол пять небольших бутылочек: две пузатенькие, а три длинные с пробками. Симпатичные.
Точно. Я же совсем забыла про это. Можно мужской и женский вариант сделать.
— Знаешь, еще надо, кисточку, краски. Бумага есть. И клеящее средство какое-нибудь. Горшок с рассолом притащи сегодня. Завтра с утра и займемся.
Настроение повысилось. Вот чего я, право, дело. Мне бы день пережить, а там бал с помолвкой. А перед невестой Джарлетт не сильно хулиганить будет. И женихами можно будет вплотную заняться. И денежку опять же заработаю на булавки. Планы, конечно, строила я наполеоновские, но выгорит или нет — это был второй вопрос.
Надела платье синее, чтоб в глаза сильно не бросаться. А платье-то свободным стало. Я же сегодня даже не пообедала! Где там пояс кожаный мой? Джарлетта сегодня не будет — поэтому смело натягиваем. Красота!
Вокруг головы коса — сама скромность. К Хренову, правда, не стоит сегодня соваться – пусть остынет, а то наговорит мне невесть что, потом жалеть будет. Цыпленочек мой, вспомнила, я его длинную худенькую шею.
— Ну что, Никафондора? Навстречу приключениям? Ой, тьфу, тьфу. Их у меня уже сегодня достаточно было. Бумкнули часы. Черт! Я же опаздываю!
Мне еще только этого не хватало. Точно от императрицы отхвачу, а эту даму мне сейчас злить такими вещами не стоит. Подняв юбку, я понеслась по коридору с криком:
— Лыжню!
Встречные вжались в стенку, пока синий ураган под звучным именем Никафондора несся по коридору, сметая все на своем пути.
Я успела. Через минуты три после моего эпатажного прибытия в залу вошла императрица.
Девочки окружили меня и затерли за свои спины. Она окинула всех присутствующих пристальным взглядом и уселась на свое место.
Пронесло! К матери дракона потянулись сановники. Одна парочка почему-то сильно привлекла мое внимание. Тоненькая, как весенний цветок девушка с голубыми глазами, в светло-сером платье, светленькая — прямо прозрачная. Моя ровесница, то бишь Никина, ну моя уже. Только я-то кровь с молоком, а это цветочек нежный.
А мужчина, даже Джарлетта повыше будет и в плечах пошире. Да и постарше лет на десять-пятнадцать. Одет с иголочки: черный камзол с тонкой серебряной окантовкой. Белые до плеч волосы уложены, как после салона красоты. Тяжелая челюсть и цепкий взгляд. Красив, конечно, ничего не скажешь. Он, что-то почувствовав, обернулся и пробежал глазами по толпе. Почему-то я резко опустила голову, рассматривая пол. Сердце забилось. Я сглотнула комок.
Силой воли заставила себя улыбнуться и поднять голову. Да что со мной происходит? Может, я его раньше видела? Не похоже. Мужчина убрал пылинку с рукава, еще раз обернулся, улыбнулся широкой обаятельной улыбкой какому-то знакомому, кивнул головой и сразу поправил волосы рукой. Девушка рядом кого-то увидела и радостно хотела побежать к нему на встречу, но мужчина остановил, резко схватив ее за руку чуть выше локтя. Болезненная гримаса пробежала по тонкому лицу девушки и тут же испарилась. Он подтянул ее к себе, и она покорно замерла.
— Ты кого увидела там? — спросила Светиана и, проследив мой взгляд, воскликнула. — Юлик, это же твоя Жасмин!
Юлиана обернулась:
— О да! Ника, — схватила она меня за руку и потащила за собой, — пойдем, я представлю тебя любимой племяннице.
И она потащила меня к той самой парочке.
— Жасмин, герцог, — разрешите я представлю вам мою подругу баронессу Никафондору О’ Лог.
— А это моя любимая племянница Жасмин и ее жених герцог Клекот.
Я присела в поклоне. Они поклонились. Жасмин что-то хотела меня спросить, но герцог, схватив девушку любимой хваткой так, что у нее кожа побелела под его хватом, сказал:
— Тебя матушка ждет уже, дорогая. Простите, леди. Я должен решить кое-какие дела и отвезти дам домой.
Юлиана проводила их теплым взглядом:
— Герцог живет при посольстве постоянно, но здесь периодически появляется. У него прекрасный замок недалеко от столицы, и Жасмин после свадьбы туда переселится. Заботливый, опекает девочку мою.
Айриша со Светианой пропели вместе:
— Какой красавчик! Повезло девушке!
Смотря на удаляющуюся парочку, и задумчиво кусая губы, я вдруг неожиданно сама за себя спросила:
— Он вдовец?
— Да. Откуда ты узнала? Это не афишировали сильно, — растерянно удивилась Юлиана. — Даже дважды вдовец. Одна жена с лошади прямо под копыта упала — бедняжка. А вторая оступилась и с лестницы свалилась.
Ариадна подошла ко мне вплотную:
— Ника, я видела у тебя такой взгляд, как тогда в зеркальном зале, когда ты со мной заговорила. Что случилось?
— Юлик, если тебе дорога племянница — расторгайте помолвку, потому что она может оказаться третьей женой, погибшей совершенно случайно.
Юлиана вздрогнула.
— Подумайте об этом. Сталкивалась я с похожими красавцами раньше. Хоть запоётся серенадами о любви к ней. Таких только могила исправит, либо на кого-то другого переключится.
Юлик перевела взгляд на Ариадну. Видимо, графиня имела вес среди подруг, и к ней прислушивались. Та кивнула. Подруга резко развернулась и ушла искать сестру.
Не было её долго. Мы даже занервничали и выпили по бокальчику красного, потом ещё один. Нас даже алкоголь не брал, настолько мы были на взводе.
Наконец пришла Юлик, взяла у слуги вина и залпом осушила.
— Всё. Вы не представляете, девочки. Жасмин расплакалась от счастья, когда я уговорила сестру не совершать эту ошибку. Она боится его до полусмерти, оказывается. Я рассказала ей про твои слова, и мы сразу объявили ему о расторжении помолвки.
— А он?
— Он аж побелел. Спросил только, с чего такое решение возникло? А сестра ответила, что им открыли глаза на него.
Я очень обрадовалась, что так дело закончилось. Насмотрелась я и на абьюзеров, и на их жертв. Врагине такого мужа не пожелаешь. Выдохнула, и тут же вздохнула, потому что увидела, как тот самый герцог Клекот смотрит на меня тяжёлым жёстким взглядом. У меня аж в груди заболело. Я похожие глаза видела только один раз в жизни, тридцать первого декабря в Москве, на семьдесят пятом этаже башни «Меркурий».
  
Глава 9
 
Отпустило меня только тогда, когда герцог покинул залу. Ну, надо же! Мир другой, а такие гавнюки везде есть. Да сто процентов, что он своих жен поколачивать начал, а потом в состоянии аффекта и убил. Конечно, можно поинтересоваться про его папашу, откуда что взялось, и не гробил ли он кого, или про детские травмы, но оно мне надо?
Мне своих два актуальных вопроса надо решать: замуж получше и денег заработать успеть. Я же до сих пор с кодексом не ознакомилась. Опять в библиотеку? Только с Кирой теперь.
— Ника, спасибо тебе большое еще раз, — наклонилась ко мне Юлиана, — вот сроду бы не подумала, что он такой. Казался обходительным, ласковым. А Жасмин как начала рассказывать — у меня прямо как глаза открылись. Завтра же девочка пойдет к договорному камню и расторгнет помолвку.
Камень? Что-то новенькое.
  
— Юлик, а расскажи что за камень. У нас в Фейхуовке все по-старому — в ратушу, запись в книге и всё – только если смерть разлучит вас, — придумывала я сходу.
— У нас не так все серьезно. Жених и невеста идут к договорному камню на центральной площади. Он туманом всегда прикрыт. Откуда взялся никто не знает, наверное, оттуда же, откуда и фей крестный. Подходят к нему вдвоем, держась за руки, и говорят: так, мол, и так, жениться хотим и срок оговаривают — через полгода или год. И условия, если есть. На запястье узор цветочка появляется и исчезает либо когда отведенное время для раздумий заканчивается, либо когда один приходит и объясняет вескую причину, почему не желает брака этого.