Обретение дара (СИ)

Annotation
А вы знаете, каково быть наследником старейшего рода Российской империи двадцать первого века? Ходить на званый бал и видеть уважение в глазах своих собеседников? Быть равным среди первых?
Не знаете? Вот и я не знаю.
Но непременно это выясню.
День рождения
Выбор
Урок
Побег
Новый дом
Оболенские
Ицтлаколиуки
Знания
Поступление
Все зря?
Ректор
Гусары и их прошлое
Арест
Факты и знакомства
Учеба
Бал
Дуэль или убийство?
Новые открытия
Возвращение домой
Аудиенция
Награда
Фонвизин
Неожиданное решение
Наказание или подарок?
Воспитание и объявление
Грустные новости
шопинг
Шопинг 2.0
Вопросы множатся
Преступление и наказание
Веры больше нет
Планы и знакомства
Козырек
Случайность?
Разговоры и решения
А если?
Петергоф
Финал
 День рождения 
Двадцать пятое июля. День рождения императора Российской империи.
Сидя на троне в Георгиевском зале, император принимал поздравления от выстроившихся в очередь аристократов империи. Бароны и маркизы, графы и князья. Друзья и враги. Тайные советники и Генерал-прокуроры, статские советники и маршалы. Все сегодня были тут со своими семьями и выражали глубочайшее уважение императорской семье. Безжалостно царапая паркетный пол из шестнадцати пород дерева. Но терпеливо ожидая своей очереди. И эта терпеливость, когда друзья стояли с врагами, объяснялась очень просто. По традиции императорской семьи, в свой день рождения император не только получал подарки от своих подданных, но и одаривал их своей милостью. Каждый род мог обратиться к нему с просьбой и получить желаемое.
— Ваше Императорское Величество, семья Васильчиковых, желает вам долголетия и светлых лет правления, — поклонился низенький толстячок перед троном.
— Спасибо Андрей Петрович. Чем я могу вам помочь? — спросил государь. Сцепив руки в замок.
— Я прошу, я умоляю, чтобы моего сына, Стёпку, приняли в академию Екатерины.
— А он обладает даром? — нахмурился человек на троне.
— Да, вторая ступень, — кивнул Андрей Петрович.
— Вторая? Но ты ведь помнишь, что в академию набирают не ниже третьей и то, на границе с четвёртым, — задумчиво произнёс император.
— Он способный, он выдержит, — нервно произнёс Васильчиков.
— Да будет так, — кивнул Николай Четвёртый. — Завтра приводи сына с документами. Скажешь моё личное распоряжение.
— Спасибо государь, — склонился в глубоком поклоне мужчина.
Кто-то просил должности для членов семьи, кто-то просил разрешение для создания производства.
Но всё изменилось, когда к нему подошёл старый друг отца. Человек, на руках которого он, император, вырос. Алексей Иванович Барклай-де-Толли. Глава одноимённого рода. Некогда великого, стоявшего возле трона по правую руку. Но времена менялись, а старик жил прошлым. Полное пренебрежение к новым технологиям и изменениям в мире. Приверженец старых традицией. Когда сын должен служить империи лишь в армии, а место девушки в доме и нянчить детей.
Его жена, Наталья, умерла больше сорока лет назад и Алексей так и не нашёл ей замену, хотя вряд ли он вообще её искал. Двое сыновей, надежда и опора отца, погибли на службе короне. И это подкосило главу рода ещё больше. Заперевшись в своём поместье, он пил. А род нищал, всё имущество продавалось за копейки, люди уходили после невыплаты денег. И отец Николая, не мог никак повлиять на своего друга. В дни, когда ему удавалось попасть к нему в кабинет, Алексей Иванович просто игнорировал императора. Не получив результата, государь махнул рукой. Но издал указ, запрещающий Барклай-де-Толли, продавать своё поместье без разрешения действующего императора.
С тех пор прошло десять лет. И если с выпивкой Алексей Иванович завязал, но продолжал жить затворником. Приёмы он не посещал, а свои по понятным причинам он не проводил. Единственный актив, рода, был в лошадях. Их жеребцы были если не лучше, то ничем не уступали арабским. А уж про английских американских и вовсе не стоит. Они были неровня.
 
И сейчас Николай, с удивлением смотрел на этого гостя.
— Государь, прошу принять мои искренние поздравления! — поклонился мужчина перед ним.
Лет восьмидесяти, с седыми волосами, собранными в высокий конский хвост. На его чёрном с серебром камзоле был изображён герб рода. Лев державший в лапах шпагу.
— Спасибо Алексей Иванович! Рад, что вы выбрались к нам! — улыбнулся государь, склоняя голову, перед главой одного из самых старейших родов империи.
— Да, вы правы, для меня это путешествие было очень сложным, — не разгибая спину, проговорил мужчина.
— Так чем я могу помочь вам князь в свой день рождения? — продолжил государь.
— Я прошу у вас… — его голос дрогнул. Откашлявшись, мужчина взял себя в руки и продолжил. — Я прошу у вас право на призыв.
— О, как, — удивился государь.
— Мой век подходит к концу Николай. Я не хочу, чтобы мой род угас, — с тоской произнёс Алексей.
— И заодно получить сильного одарённого? — хмыкнул император.
— И это тоже, — кивнул мужчина. — Я готов отдать вам мои конюшни в обмен на эту просьбу.
И вот это удивило императора ещё сильнее, чем просьба. Ещё полгода назад, этот человек отказался продать конюшни.
— Вы? Своих скакунов? — поднял император брови.
— Да, я готов пойти на это, — ответил мужчина, не поднимая головы.
— Я подумаю над вашей просьбой. Сейчас я не могу ответить, — задумавшись на мгновение, ответил император.
Слишком долго задержался старик возле трона. Слишком много вопросов возникнет у людей.
— Как скажете государь, — произнёс Алексей Иванович. Разогнувшись, он отошёл от трона, давая возможность другим подойти.
Он был зол. На себя, на людей, которые его окружали в этом зале и, конечно, он был зол на императора. Этот ребёнок…да, именно ребёнок сорока лет, решил подумать. Ведь ещё недавно, он готов был на коленях ползать, ради этих лошадей.
А теперь подумать ему нужно! Бесит!
Мысленно сплюнув на пол, старик огляделся.
Бывшие друзья и знакомые. Враги и подхалимы. Но теперь все отвернулись. Ни одна собака не подошла и не поприветствовала его.
Когда он вошёл в зал, а церемониймейстер объявил о его приходе, всё с огромным удивлением на лицах смотрели, как он идёт по залу. А ведь он ещё помнил, когда несколько лет назад, стоило ему войти в зал, многие склоняли голову, друзья радостно улыбались, а враги стыдливо прятались в толпе.
Подхватив с подноса у проходящего мимо официанта бокал, он с удовольствием сделал глоток.
Скорей бы вернуться в поместье. Там дожидалась бутылка виски. Привезённая за огромную сумму из Шотландии.
Но вот его взгляд упал, на подошедшего к трону мужчину. С короткими седыми волосами, широкоплечий, настоящий русский богатырь. Как сказали бы раньше.
Чёртов Фонвизин.
— Здравствуй, Николай Николаевич, — прогудел мужчина, делая поклон. — Род Фонвизиных поздравляет тебя с лучшим праздником и желает тебе долгих лет, — произнёс мужчина, прикладывая руку к гербу рода. Улитка на щите.
— Спасибо Фёдор Васильевич, — кивнул в ответ государь. — Слушаю тебя внимательно.
— Мой род просит конюшни рода Барклай-де-Толли, — произнёс твёрдо Фёдор.
— Оу, интересно. И почему же они должны уйти тебе? Ведь Алексей Иванович жив и здоров, — нахмурился император, делая пас рукой, отгоняя от себя официанта.
— Он позор аристократии страны и его любовь к пьянкам известна всем. А лошади — это достояние нашей империи и они должны быть у сильного рода. Способного за ними следить. И мой род считает, что мы лучшие кандидаты для этого, — склонил голову Фонвизин.
— Позор значит…. — в голосе императора был металл. — Тебе ли Фёдор, говорит о позоре аристократов? — прогремел государь, отчего Фонвизин заметно сбледнул. — Что касается лошадей, Алексей разделяет твою точку зрения и поэтому он подарил конюшни мне на день рождения.