Заклятые напарники. Алхимия любви и ненависти

Вскоре моё терпение оправдалось: Кэссиди выскользнула из зала во внутренний двор. Естественно, я отправился следом. Пахло цветами и влагой после прошедшего недавно дождя. Небо хмурилось, осыпая землю прохладной моросью. Внутренний двор был выстроен кругом, с фонтаном в центре. Сюда вело множество дверей из разных помещений, и в учебное время здесь собирались студенты, отдыхая между занятиями на скамейках или на мягком газоне.
  
Сегодня проходила встреча выпускников, потому гости собрались в торжественном зале и предпочитали общаться, а не прогуливаться под дождём. Кэссиди тоже не наблюдалось. Я было испугался, что она снова пропала или вообще мне привиделась, но вдруг заметил пышный алый подол платья. Девушка пряталась, прислонившись плечом к колонне, и обнимала себя руками. Сегодня было прохладно.
– Решила замёрзнуть, Кэсс? – я снял пиджак и приблизился к ней со спины, чтобы набросить его ей на плечи.
На миг носа коснулся почти забытый гранатовый запах её духов. Неужели она до сих пор использует тот же аромат? Хотя вряд ли, дело во мне, в воспоминаниях юности.
А Кэссиди вдруг сделала стремительный шаг вперёд и развернулась ко мне. Я так и замер с пиджаком в руках. Внимательный взгляд синих глаз девушки прошёлся по моему лицу. В них не было узнавания.
– Здравствуй, Кэсс, – улыбнулся я, пытаясь подавить досаду.
– Здравствуй… – отозвалась она строгим тоном и замолчала в ожидании.
Я был расстроен, потому не сразу понял, что мне стоит представиться.
– Эрик. Эрик Вега, – выдохнул и наконец увидел эмоции на её прекрасном лице.
Кэссиди приоткрыла рот от удивления и вдруг рассмеялась.
– Вега?! Тебя не узнать! – она приблизилась, вдруг сжала пальцами моё предплечье. – Мышцы нарастил! Не знала, что механики качаются, – снова усмехнулась и с удивительной для девушки силой ударила кулачком по моему плечу.
– Не дерись, – я перехватил её руку за запястье и не смог сдержаться, притянул Кэссиди ближе.
Она легко высвободила руку и вновь отступила.
– Я же шучу, – улыбка на её губах чуть померкла. – Послушай, мне очень стыдно за тот случай и жаль, что не было возможности поговорить раньше. Первая юношеская влюблённость, а я обошлась с тобой так жестоко. Надеюсь, ты не держишь на меня зла.
– Не держу, – качнул головой, действительно ощутив, как на душе становится легче. – Тогда мы были детьми.
– Да, словно в прошлой жизни, – кивнула она, а её взгляд рассеялся. На её щеке мигнул продолговатый символ и тут же исчез. – Кто-то применяет сильную алхимию… – заявила она вдруг и сорвалась с места.
– Что? – я растерянно взмахнул руками, но она уже вновь пропала.
Подол алого платья мелькнул за закрывшейся дверью торжественного зала. Естественно, я рванул следом за Кэссиди. Лишь у входа притормозил и вошёл бесшумно. И не зря. Практически все присутствующие лежали без сознания, а между ними прохаживались люди с винтовками. Вот тебе и встреча выпускников…
Кэссиди затаилась, как и я, рассматривая представшее зрелище из-за завешенной портьерой колонны. Тело напряжено, руки сжаты в кулаки. Впрочем, неудивительно, учитывая, что бывшие выпускники и наши знакомые стали заложниками либо вообще погибли. Злоумышленники все предстали в масках и неприметной серой одежде. Оружие в их руках удивило. Такие винтовки доступны только военным. Как же они попали к преступникам? И что им нужно на встрече выпускников?
– Оттащите их от центра зала. Мне нужно пространство, – заносчиво заявил… Фердинант.
Когда-то мы учились в параллельных группах. Он тоже прибыл на встречу выпускников, только явно не для того, чтобы пообщаться со старыми знакомыми. Фердинант и в прошлом не вызывал тёплых чувств: всегда вёл себя нагло, высокомерно, делал гадости, а теперь и вовсе опустился до злодейства.
– Остановитесь немедленно! – Кэссиди вышла из-за своего укрытия. – Сложите оружие, и тогда вы избежите смертной казни.
На неё направилось почти два десятка дул винтовок.
– Сэнд, тебя я желаю убить больше всех остальных, – рассмеялся Фердинант, прожигая её внезапно радостным взглядом.
Выругавшись под нос, я бросил пиджак, рванул к девушке, схватил её за руку и дёрнул обратно за колонну. Грянули выстрелы. Кэсси дёрнулась, пытаясь меня оттолкнуть. Но было не до церемоний. Я подхватил её под колени, забросил себе на плечо и рванул прочь.
– Вега! Отпусти немедленно! – проорала она, принявшись вырываться.
– Заткнись, Сэнд! – рявкнул я.
Ну не идиотка? Решила вступить в переговоры с преступниками.
– Вега! Я тебе… – она развернулась, уперев руки в мою спину.
Я в этот момент влетел в ведущий на улицу дверной проём. Грянул звук глухого удара, послышался вскрик, и Кэссиди обмякла в моей хватке. Судя по всему, налетела головой на косяк, но у меня не было возможности проверить её состояние, за нами неслось вооружённое преследование. Только в отличие от них, я знал эти здания досконально, потому довольно быстро скрылся в переходе главного корпуса, а там нырнул в двойные двери библиотеки, буквально за миг до того, как враги показались в коридоре. Повезло, что за пять лет порядки академии не поменялись, и эти помещения оставались доступны даже на каникулах.
Как только преследование пронеслось мимо, я аккуратно перетянул Кэссиди на руки. Она не подавала признаков жизни, и это встревожило. Притянув девушку ближе, я приложил палец к её шее и прислушался к дыханию. Сердце стучало ровно, она была жива. Вот только, судя по протянувшейся на лбу кровавой линии, получила серьёзный удар. И зачем она дёргалась?
Ругаясь про себя на ситуацию в целом и на своенравный характер Кэссиди, я запер дверь и огляделся. Освещение отсутствовало, свет входил в помещение через высокие стрельчатые окна, позволяя рассмотреть примостившиеся возле них длинные столы и стулья. Высокие стеллажи с книгами исполинами вырастали будто до самого потолка и скрывались в тенях. Тёмные ниши прятали от взгляда мягкие зоны отдыха.
Я поднял Кэссиди на руки и понёс в дальнюю часть зала, где у окна находилась софа. На ней и расположил девушку, после чего присел перед ней на колено. Нос защекотал почти забытый аромат граната. Надо же, она действительно так и не поменяла духи. Свет заходящего солнца алыми тенями очерчивал прекрасные черты безмятежного лица и придавал нежность ярким цветам платья и губ. Волосы разметались смоляными волнами. Несколько прядей прилипло к кровоточащей гематоме у правого виска.
– Кэссиди, где же ты пропадала все эти годы? – я извлёк платок из нагрудного кармана и прижал его к ране.
Следом принялся за осторожный осмотр. Вот только не осмысливать, что касаюсь Кэссиди Сэнфордэску, не получалось. Волнение нарастало, сердце стучало словно бешеное. Я хотел и одновременно не хотел, чтобы она проснулась.
Внизу опасность. Нам нужно покинуть здание и вызвать полицию. С девушкой на руках это будет проблематично. Но когда ещё мне представится шанс вот так сидеть и любоваться Кэссиди? Касаться, ловить тихое дыхание. Я мог даже поцеловать её. Впрочем, нет, это было бы неправильно. Зато ничто не мешало мне мечтать. Ну да… как в академии. Там я только и делал, что мечтал о ней и творил глупости, которые всё больше отворачивали её от меня. Уж лучше бы признался сразу или попытался стать ей хотя бы другом. Нет, я выбрал самую идиотскую стратегию. А теперь снова сижу перед своей воскресшей мечтой и просто представляю возможности. Ведь теперь стало очевидным, что за пять лет вовсе не забыл и не остыл.
Окончательно разозлившись, я склонился к лицу Кэссиди и припал своими губами к её неподвижным губам. Они были такими мягкими, нежными и пахли гранатом, что голова закружилась, пока её покидали все здравые мысли. Но наваждение закончилось так же быстро, как наступило. Губы Кэсси сжались в прямую линию, а по моему уху заехала её рука. Я отпрянул в ошеломлении. Девушка резко села, попыталась вскочить, но рухнула обратно на софу, держась за голову.
  
– Это я, Сэнд, не бойся, – удержал её за плечи, прерывая новый рывок.