Заклятые напарники. Алхимия любви и ненависти

Прохладный душ помог прийти в себя. Я переоделся в подготовленную для меня Кэссиди одежду и отправился на поиски еды. Думал, придётся хозяйничать в чужом доме, но, как выяснилось, алхимики уже проснулись. И, судя по синяку под глазом Марко, успели повздорить.
– Доброе утро, – улыбнулся я, входя на кухню.
Солнечные лучи свободно входили через стеклянную дверь и окна, отражались от светлых фасадов мебели, заливая помещение золотым светом и играясь в распущенных волосах Кэссиди. С трудом отлепив взгляд от её надутых в обиде губ, я посмотрел на Марко.
  
– За что Сэнд раздаёт тумаки?
– Я вчера перебрал… – туманно ответил он, коснувшись щеки. – Сам виноват, – и подмигнул насупившейся Кэссиди.
– Доброе утро, Вега. Каша на плите. Сможешь сам о себе позаботиться? – сдержанно обратилась ко мне Сэнд.
– Конечно. Спасибо, – решил не злить и так злую алхимичку, а то тоже мог отхватить.
Даже интересно, что Марко учудил, раз она не пожалела его королевскую морду?
– Почему вы такие свежие? – поморщился, проходя к плите.
Интересно, Кэсси сама готовила?
– Мы же алхимики, ускорили выведение алкоголя, – пояснил Марко.
Точно, я и забыл…
– Можете и мне ускорить? – взмолился я, накладывая в тарелку кашу и с интересом присматриваясь к ягодам.
– Противозаконно, – напомнил об опасном принц, и в его голосе послышалось напряжение.
– Мы же одни, и я разрешаю, – отметил, глянув на ещё больше помрачневшую Кэссиди из-за плеча. – Окажешь мне честь? Я смогу до конца жизни рассказывать, что меня трансмутировал Красный Алхимик.
– Обратись к Марко, – сипло попросила она, резко поднимаясь из-за стола. – Кажется, алофон звонит, – и направилась прочь из кухни.
– Я что-то не то сказал? – предположил, обращаясь к посмурневшему Марко.
– Да. Лучше извинись позже, когда она остынет.
– Она не гордится своими успехами?
– Ты не понимаешь, – покачал он головой.
– Так поясни, – попросил я, направляясь с тарелкой к столу.
– Дворец атаковали. Мы с Кэсси находились с Александреску. Дела были плохи. И ма… королева приказала Кэссиди обратиться к человеческой трансмутации. Кэсс отказалась выполнять приказ.
– Значит, это была не она?
– Александреску приставил пистолет к моему виску, сказал, что членов королевской семьи всё равно не пощадят и лучше умереть так, быстро и без пыток. Если, конечно, она не хочет выполнить свой долг перед королевой и страной. Ей пришлось подчиниться. Я влил в неё свой сосуд, опустошил себя. Мы оба должны были погибнуть в тот день, нам даже не стали оказывать помощь, всем хватало дел. Белка оттащила нас обоих в госпиталь, чем и спасла. А когда мы очнулись, выяснили и про удачную трансмутацию, и про гибель всех повстанцев вместе с частью союзников. И что Кэссиди нарекли Кровавым Алхимиком.
Не сдержавшись, я выругался и порывисто развернулся к проходу кухни. Захотелось догнать Кэссиди и извиниться.
– Дай ей остыть, – посоветовал Марко, вновь многозначительно указав на свою щеку.
– Понял, – я присел за стол, ощущая тяжесть в груди.
Не думал, что касаюсь столь болезненной и опасной темы. Значит, Кэссиди устроила массовые убийства не по своей воле. Неудивительно, как и не удивляют действия Александреску. Поражала только угроза для жизни принца. Если она подчинилась, значит, не сомневалась в решимости маршала.
– Это ужасно… – выдохнул, опустив взгляд к тарелке.
Аппетит пропал, настроение опустилось к отрицательным величинам.
– Это давнее дело. Мы решили так: Александреску исполнял свой долг перед страной и королевой, как и мы с Кэссиди. Пусть нас и пришлось подтолкнуть, – он протянул ко мне руку. – Если расскажешь кому, что я воздействовал на тебя, убью, – и подмигнул мне.
– Не расскажу, – заверил его, невесело усмехнувшись, и взялся за протянутую руку.
Ладонь обдало жаром, который поднялся по руке и распространился по всему телу. Головная боль начала отступать.
– Спасибо. Выручил.
– По поводу ужина… – он почти болезненно стиснул мою ладонь. – Не мне диктовать Кэссиди, в каком ключе ей общаться с тобой. Но лучше остановись на одном ужине и держись от неё подальше. Королева следит за моральным обликом невестки, не рискуй.
– Понял, – хмыкнул, тоже стиснув на миг руку принца.
И не собирался идти дальше свидания. И дураку понятно, что мне не увести невесту у принца и самой королевы. Но хотелось бы хоть на миг приблизиться к мечте. И возможно, урвать ещё один поцелуй.
Кэссиди так и не спустилась на завтрак, как и не вышла прощаться со мной. Судя по доносящемуся из её комнаты голосу, общалась по алофону. Я переоделся и покинул дом Марко. Поехал к себе, где попал под допрос бабушки. Она пыталась выяснить, с чем теперь связана моя работа и насколько хороши новые сослуживцы. Ну и заодно расспрашивала по поводу личности моей девушки.
– Как она хоть выглядит? – не унималась бабушка.
– Она брюнетка, красивая, – пожал я плечами.
Стоило бы описать Санду, но перед мысленным взором ещё стоял образ расстроенной моим выпадом Кэссиди. Надеюсь, она примет мои извинения.
– Из простой семьи? Младше тебя?
– Разве это важно? – усмехнулся я.
– Значит, не из простой, – заключила она с тяжким вздохом и посмотрела на меня с укоризной. – Вечно ты усложняешь себе жизнь.
– Ставлю высокие цели, – не согласился я. – Не волнуйся, ба, разберусь, – и поцеловал её в лоб.
– Разбирайся, – вздохнул она, махнув на меня рукой.
Последующая неделя прошла насыщенно. Я вливался в жизнь гнезда, ознакамливался с инструкциями и алгоритмами работы. Змея гоняла меня по полигону, Кастэль помогал влиться в работу оружейной. Мне нравилась царящая в отряде атмосфера, потому чувство вины усиливалось с каждым написанным отчётом. Кэссиди не появлялась в штабе, находилась в увольнении, но на мой звонок ответила. Правда, лишь без эмоций приняла извинения и поспешила попрощаться. Общаться дольше необходимого она не желала. Прошло несколько вызовов отряда, но меня к ним не привлекали, как и большую часть верхушки. Я терпеливо ждал, когда мне разрешат приступить к службе.
С Кэсси Сэнд мы увиделись на второй неделе после моего назначения в отряд. Я только покинул кабинет Грифона после разговора по поводу моих успехов. Мне обещали экзаменационное задание, по итогам которого будет определена дальнейшая работа и даже, возможно, наступит увольнение. А Кэссиди только пришла. Судя по свежему виду и умиротворению на лице, она хорошо отдохнула.
– Привет, Кэсс. Рад встрече, – я старался быть милым. – Как дела?
– Здравствуй, Вега. Хорошо, – ответила она, скользнув по мне равнодушным взглядом, и прошла в кабинет полковника.
Похоже, не желала разговаривать, либо спешила. Значит, можно было пообщаться вечером!
Так я и решил сделать. Дождался, когда Кэссиди завершит дела и отправится домой, поднялся за ней на стоянку, а здесь налетел сзади и закинул себе на плечо.
– Не брыкайся, Сэнд, иначе снова ударишься, – рассмеялся я.
– Ты что творишь, Вега?! – проорала она сердито, но предусмотрительно сжалась.
– Хочу извиниться.
– Я уже приняла твои извинения! – проревела она, несильно ударив меня кулаком по спине.
– Не приняла, – фыркнул я, направляясь к своей машине.
Открыл заднюю дверь, затолкнул внутрь не особо сопротивляющуюся девушку и заблокировал замок.
– Вега, что тебе надо? – потребовала она ответа, когда я занял водительское кресло.
– Я же сказал, буду извиняться. Можешь считать, что это наше первое свидание.
– Оно завершится для тебя в госпитале, – пригрозила Сэнд.
– Поверь мне, ты не посмеешь меня бить, – улыбнулся я белозубо. – Спорим?
  
– Нет, – внезапно успокоившись, она скрестила руки на груди и расслабленно откинулась на спинку кресла. – С тобой я спорить не буду.
– Значит, едем, – подмигнув её сердитому отражению в зеркале заднего вида, я завёл мотор и моментально сорвал автомобиль с места.