Хранитель (СИ)

Ничего удивительного, что большинство моих одноклассников сейчас обсуждали не сегодняшние экзамены, а недавний приезд благородных семей, причём информации у них об этом стало куда больше.
— Я своими глазами видел наследницу Заславскую! — на весь класс заявил наш местный проныра, который всегда любил совать свой нос во все сплетни, гуляющие по школе.
— И когда ты только успел, они же буквально с час назад появились в школе? — парня окружили небольшой толпой мои одноклассники, заинтересовавшись его словами.
— Уметь надо, я вам, кстати, ещё самое интересное не рассказал, с Заславскими по какой-то причине приехали Вороновы и тоже притащили с собой свою наследницу.
— Что? Вороновы? — по классу разлетелся ещё больший гул, семья, о которой велась речь, так же, как и Заславские, являлась одной из Великих, управляющей всем нашим районным поясом.
— А кто она? Тебе удалось её рассмотреть?
— Простите, но с Вороновыми как-то уж не знаком, понял, что она наследница только по тому, как она держалась и...
В этот момент в класс вошёл учитель, мгновенно прерывая рассказ нашего сплетника — в школе не поощрялось распространение слухов, особенно если это касалось благородных семей.
— Займитесь лучше подготовкой к уроку! — похоже, учитель хорошо слышал, что обсуждалось в классе мгновенье назад. — Сегодня наш последний урок перед экзаменами, сосредоточьтесь на том, что важно.
Первый день экзаменов оказался для меня самым обычным. Тем более их в щадящем режиме сегодня было всего два и по не самым тяжёлым предметам. Благодаря умениям «хранителя знаний», мне не составило особого труда сдать оба экзамена на отлично. Хотя стоит признать, в отличие от мира боевых искусств, здесь эти умения использовались мной постоянно.
Уже вечером, после окончания последнего экзамена, я встретился с Максом возле ворот. Толстяк стоял, подпирая стену каменного забора и отстранённо наблюдал за припаркованными неподалёку шикарными машинами благородных семей.
— Только взгляни на это, — кивнул он на картэж. — Каждая из этих малюток стоит, как магазин моих родителей.
— Не завидуй, — усмехнувшись ответил я и, поправив рюкзак, направился к автобусной остановке.
Возле машин можно было заметить выстроившихся охранников, вооружённых лёгкими мечами покоящихся в ножнах, а также у каждого имелось кобура с огнестрельным оружием, популярным в этом мире. Вот только тварям из-за барьера и порабощённым аминой пули были нипочём. Именно поэтому среди всех магов и воинов были так популярны мечи из так называемой холодной стали. Хотя, как по мне, они были уж слишком лёгкими...
— Может заскочим ко мне, матушка обещала приготовить что-то вкусное? — между тем предложил, как обычно Макс, он почему-то считал своим долгом каждый раз, как его угощали у меня дома, отплатить тем же.
— Нет, я же говорил, сегодня хочу помочь маме с домом, фасад надо починить, а после пойти тренироваться.
— Твое дело, конечно... Но я напомню тебе, что завтра экзамен по практической магии.
— Всё будет в порядке, — сколько бы я ни пытался ему втолковать, что магическая сила и боевые искусства не зависили друг на друга, Макс всё едино не верил, даже если факты были прямо перед его носом.
— Ну, надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — кивнул он. — Если что, ты всё же заглядывай, маман давно тебя приглашала.
— Хорошо, может быть, загляну.
***
— Ну вроде пока сойдёт, — я критически осмотрел дело своих рук и довольно кивнул.
— Братик! — меня отвлёк голос Леры, раздавшийся за спиной.
Обернувшись, я увидел приближающуюся хрупкую, бледную девочку с белокурыми волосами, завязанные в два хвостика, смешно торчащие в разные стороны. Моя сестра не могла похвастаться хорошим здоровьем и даже я, со всеми знаниями акупунктуры и ключевых точек жизни и смерти не мог ей ничем помочь. Чувствительность Амины — напасть свойственная лишь жителям окраинных районов.
— Братик, мама звонила, сказала сегодня опять задержится, — Лера подошла ближе, и, осмотрев плоды моих трудов, показала рукой с висящим на ней массивным отслеживающим браслетом, на небольшую трещину в фасаде. — Ты здесь недоделал.
 
— Много ты понимаешь, — не удержавшись, улыбнулся я и положил руку на белокурую голову. — Лучше уроками займись, а мне надо потренироваться.
— Ай, не трогай меня, ты весь в замазке, — возмутилась в смущении сестра, отскочив в сторону и, показав язык, убежала домой, не забыв при этом кинуть пару комментариев по поводу грязнуль-братьев.
После душа я вернулся в свою комнату и, переодевшись в тренировочную форму, подхватил простенький с виду деревянный меч, находящий в синем чехле. Подобные тренировочные орудия продавали во множестве лавок города и предназначались они, прежде всего, для практики магического боя. Но, как оказалось, замечательно подходили и для боевых искусств.
Закинув меч, называемый ещё боккеном, за спину и крепко схватив его за удобные завязки, я отправился в своё «тайное» место практики.
Сегодняшний успех со сбором природной энергии вдохновлял. Уже несколько лет я безостановочно практиковался в использовании «десяти движений цветенья» школы меча и смог с большим трудом овладеть лишь тремя из них. И теперь впервые за целый год у меня появилось хорошее предчувствие. На этот раз уверен, у меня получится воспроизвести четвёртое движение, последнее, из тех, что мне в теории были доступны на этапе «создания основания». Я чувствовал, что до следующего этапа уже было рукой подать, но всё ещё не решался ступить на него. Успех в боевых искусствах был за терпеливыми.
С хорошим настроением я направился к парку. Солнце клонилось к закату, опускаясь за горизонт. Местные обычно старались после заката на улицу не выходить, опасаясь появления тварей из-за барьера, хотя всем было хорошо известно, что тварям пустоши и порабощённым без разницы, когда нападать.
Пожалуй, для меня это было самым странным — нерациональный страх к темноте у местных. В моём родном «мире боевых искусств» темнота не считалась чем-то опасным — благодаря чувствительности к природной энергии любой воин без труда ориентировался и в полнейшей тьме. Даже на самом первом этапе сбора природной энергии любой практик боевых искусств без труда имел возможность чувствовать окружение вокруг себя. Чего уж говорить о том уровне, на котором находился сейчас я. Ещё чуть-чуть и мне удастся начать создание своего «золотого ядра», в моей прошлой жизни воины, достигшие этого, становились почётными членами школы, входя в её элиту. И это притом, что мне только исполнилось восемнадцать, а вокруг имелось очень мало природной энергии... В прошлой жизни в такой ситуации у меня был бы уровень настоящего гения школы меча.
Вот только я уже не в мире боевых искусств. И давно бы пора прекратить жить прошлыми сожалениями, это точно никак мне сейчас не поможет возродить родную школу.
Я посмотрел на полупустую трассу. Сейчас по дороге мимо меня проезжали в основном грузовики с аминой, направляясь куда-то на юг, к районному центру, а там уже и в саму столицу. Эти поставки магической энергии были критически важны для всего районного пояса, и я уверен, что в других центрах добычи работа, как и у нас, никогда не останавливалась. От этих поставок зависела не только целостность барьера, но и само существование нашего пояса.
Как раз в этот момент меня привлекла проезжающая мимо кавалькада подозрительно знакомых машин с характерной эмблемой на дверях, исполненной в виде двух мечей перекрещённых мечей, заключённых в круг. Семья Заславских. На большой скорости кортеж проехал мимо, умчавшись куда-то за город, где, как я понял, должен был находиться один из фамильных дворцов этой семьи.
Когда я добрался до входа в Фоминский парк, солнце уже окончательно закатилось за горизонт, погрузив окружающий мир в сумерки. Впрочем, серебристое сияние барьера далеко впереди давало достаточно света, чтобы я даже без ощущения природной энергии прекрасно ориентировался в парке. И, надо сказать, именно в такое позднее время мне больше всего нравилось посещать этот парк. Под серебристым светом барьера он преображался, становясь похожим на мистические храмовые сады, что располагались близ горы Меча.